Валютный контроль штрафы

За нарушения в сфере валютного контроля в 2019 году резидентами и нерезидентами РФ санкции выписывает Федеральная налоговая служба, а если правонарушение касается экспортных или импортных операций, то к определению наказания подключается и Федеральная таможенная служба.

Основные правонарушения и ответственность за них

Если говорить именно о валютном контроле, то основные нарушения перечислены в законе «О валютном регулировании…» № 173 от 10 декабря 2003 года. В частности, глава 4 определяет следующие виды правонарушений:

  • нарушение сроков, оговоренных законом, для подачи уведомлений и отчетности в контролирующие органы;
  • представление документов с неверными данными, а также неправильным заполнением;
  • несоблюдение сроков, указанных в контракте, в течение которых валюта должна поступить на расчетный счет банка (при этом по закону нет разницы, какая из сторон задерживает оплату);
  • перечисление доходов, полученных от нерезидентов, на банковские счета иных государств.

Ответственность за нарушения предусмотрена сразу тремя кодексами: гражданским, КоАПП и уголовным. Соответственно, и санкции по ним также разнятся. Например, при неверно заполненных документах (если речь идет именно об ошибках, опечатках, а не злонамеренной фальсификации) сделку могут просто аннулировать. А вот за вывод денег из России (да еще и группой лиц, в больших масштабах) можно сесть в тюрьму на срок до 10 лет.

Штрафные санкции в 2019 году

В связи с изменениями в КоАПП, вступившими в силу в этом году, возросли и штрафы, за которые предусмотрена административная ответственность. Все они перечислены в статье 15.25 административного кодекса. Так как отныне все юридические лица, зарегистрированные на территории РФ, считаются ее резидентами, то и денежные санкции для них также увеличились.

Чтобы избежать штрафов, необходимо вовремя представлять налоговым органам:

  • отчет о движении валютных средств на счетах;
  • уведомления об открытии или, наоборот, закрытии заграничных счетов, а также смене их реквизитов;
  • документы, подтверждающие легальность сделок.

Важно! С 2019 года паспорта сделок были отменены. Теперь не нужно их оформлять и, соответственно, представлять в контролирующие органы. Вместо этого банк самостоятельно будет регистрировать договоры и контракты, если их сумма превышает 3 млн рублей.

Размеры штрафных санкций в 2019 году:

  • За проведение валютной операции, не разрешенной законом, штраф составит от ¾ до всей суммы сделки (к примеру, если предполагалось отправить за рубеж 100 000 рублей, то в качестве штрафа могут начислить от 75 000 до 100 000 рублей).
  • Нарушение сроков поступления денежных средств, оговоренных в контракте. Если сумма была переведена с опозданием, то штраф составит 1/150 ключевой ставки ЦБ (с 26 июля 2019 года она равняется 7.25 %) от суммы контракта, а если деньги не пришли вовсе — от ¾ до всей суммы сделки.
  • Нарушение сроков по сделкам, предусматривающим регистрацию договора, — от 40 до 50 тысяч рублей.
  • Нарушения сроков возврата авансовых средств, полученных в качестве предоплаты за товары, если поставка так и не состоялась. Если сумма была переведена с опозданием, то штраф составит 1/150 ключевой ставки ЦБ от суммы контракта, а если деньги не пришли вовсе — от ¾ до всей суммы сделки.
  • Нарушение сроков подачи уведомлений об открытии валютного счета (закрытии, изменении реквизитов) — для физических лиц штраф составит от 1 до 1.5 тысяч рублей, для юридических — от 50 до 100 тысяч.
  • Непредоставление информации по валютному счету для физических лиц обернется санкциями в размере 4—5 тысяч рублей, для юридических — от 80 тысяч до 1 миллиона рублей.
  • Нарушение сроков подачи отчетной документации по движению валютных средств на счетах (в том числе зарубежных) — для физических лиц штраф составит от 300 до 3 тысяч рублей, для юридических — от 5 до 50 тысяч рублей (зависит от количества просроченных дней).
  • Повторные нарушения, связанные с нарушением сроков представления документов, влекут за собой повышенные штрафные санкции — для физических лиц максимальная сумма взысканий составит 20 тысяч рублей, для юридических — 600 тысяч.

Уголовная ответственность за нарушение валютного контроля

Статья 193 Уголовного кодекса РФ предусматривает ответственность за уклонение от возврата денежных средств из-за границы, причем не только в валюте иностранных государств, но и в рублях.

Например, за представление в банк неверных сведений при транзакциях, связанных с переводом за рубеж суммы денег, штрафы могут составлять от 200 до 500 тысяч рублей. Если нарушение было совершено группой лиц или в особо крупном размере (а также с участием подставной компании), то штраф возрастает до 1 миллиона рублей. Помимо этого, виновные могут быть заключены под стражу на срок до 5 лет или отправлены на принудительные работы (сроком до 4 лет).

При этом крупным размером считаются суммы, превышающие 9 миллионов рублей, а особо крупным — от 45 миллионов.

Важно! Ответственность за нарушение валютного контроля ложится не только на физических и юридических лиц, индивидуальных предпринимателей, но и на должностных лиц — для них также предусмотрены отдельные штрафы.

Исковая давность

По всем правонарушениям, предусмотренным ст. 15.25 КоАП РФ, срок исковой давности составляет 2 года (а не 1 год, как ранее). Это значит, что штрафы в 2019 году могут быть начислены за нарушения, совершенные в 2017 и 2018 годах. Соответственно, за просрочку или непредставление документов в 2019 году взыскать штраф налоговые органы смогут вплоть до 2021 года включительно.

Решение об увеличении срока исковой давности стало результатом медленной скорости обращения документации между основными агентами валютного контроля.

Оспаривание штрафов в суде

Судебная практика показывает, что полностью отменить штрафы, начисленные за валютные правонарушения, нельзя. Однако законом предусматривается ряд условий, в связи с которыми суммы санкций могут быть уменьшены.

В частности, допущенные ошибки, неправильно заполненные отчетные формы или справки могут посчитать малозначительным проступком, что влечет за собой снижение суммы штрафа. А вот с нарушением сроков сослаться на малозначительность уже не получится — даже просрочка в 1 день уже считается серьезным нарушением.

Для снижения штрафов можно сослаться за хорошую репутацию компании или ИП, сложное финансовое положение (подтвержденное отчетностью) — все это признается смягчающими обстоятельствами и служит основанием для уменьшения суммы санкций.

Валютное регулирование существовало еще с ХV века, политика царской России сменялась с либерального подхода до полного запрета на осуществление валютных операций. С 1917 года регулирование характеризуется государственной валютной монополией, которая отменяется только в 1991 году.

Смысл репатриации (возврата выручки в страну) – поддержание финансовой и макроэкономической стабильности в стране. Например, фермерское хозяйство, которое продало партию яблок в другую страну, обязано завести полученную выручку на банковские российские счета. Другая задача – контроль за движением капитала и управление трансграничными потоками денежных средств, борьба с серым рынком и отмыванием. Для современной России репатриация – еще и один из инструментов для поддержания ликвидности российских банков. В ряде стран от валютного контроля (в том числе репатриации) отказались полностью или частично, считая это малоэффективным механизмом для борьбы с «обналичкой».

Статья 88 УК РСФСР

Дело № «За такие приговоры самих судей судить надо!» – как в СССР меняли закон ради расстрела преступников

Ян Рокотов, самый известный советский валютчик, окончил свой путь в 1961 году в Бутырской тюрьме. Схема работы Рокотова и его команды была простая: после приезда на территорию СССР зарубежных туристов, у особенно предприимчивых граждан появился доступ к валюте и иностранным товарам. Так называемые фарцовщики покупали и перепродавали дефицитные импортные товары, которые не были доступны «рядовым» гражданам. Рокотов, а также Владислав Файбишенко и Дмитрий Яковлев, его сообщники, придумали схему по скупке валюты и товаров. Рокотову удавалось довольно долго избегать наказания, так как он был осведомителем отдела по борьбе с хищениями социалистической собственности. КГБ раскрыл фарцовщиков в 1960 году.

С. Довлатов «Чемодан» Рымарь идет в магазин «Березка», протягивает кассиру сорок долларов. Это с его-то рожей! Да он в банальном гастрономе рубль протягивает, и то кассир не сомневается, что рубль украден. А тут — сорок долларов! Нарушение правил валютных операций. Готовая статья… Рано или поздно он сядет.

В итоге при обыске у Рокотова изъяли $1,5 млн, а всего оборот их компании составлял около 20 млн руб. (в переводе на нынешние деньги). Дело должно было стать показательным и обозначить намерения правительства всему черному рынку. Сначала каждому назначили по восемь лет тюрьмы, после срок изменился до 15 лет. По разным источникам, «слишком мягкий» приговор стал причиной отстранения председателя Мосгорсуда Леонида Громова. На фоне его дела был выпущен закон «Об усилении уголовной ответственности за нарушение правил валютных операций». Случай был исключительным: команду судили по закону, принятому уже после совершения деяния. Срок для Рокотова и других членов его банды сменился смертным приговором, который привели в исполнение. Расстрелы валютчиков не стали массовыми, но с момента смерти Рокотова до полной отмены ст. 88 УК РСФСР оставалось 33 года.

После 1994 года: смягчение контроля

«По непроверенным данным, поступившим из неофициальных источников, в органах прокуратуры рассматривается вопрос об отмене ст. 88 Уголовного кодекса РСФСР, предусматривающей уголовную ответственность за незаконные валютные операции», – пишет «Коммерсант» 26 марта 1990 года. В 1990 году ее только смягчают, полностью убирают статью в 1994 году.

Далее меры валютного контроля продолжают использоваться, особенно в период экономического кризиса 1998 года, рассказывается в докладе Центра стратегического развития. В 2000-х отменяют требования об использовании спецсчетов для проведения валютных операций, а также положения об обязательной продаже части валютной выручки на внутреннем валютном рынке. Основной документ – ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле» – принимают в 2003 году, тогда же на его базе формулируется ст. 193 УК РФ («Невозвращение из-за границы средств в иностранной валюте»). Преступление средней тяжести, по которой руководителям компаний грозило до трех лет. Статья значительно преобразуется в 2013 году, а в формулировке появляется слово «репатриация» – термин, который классически использовался для военнопленных и эмигрантов. По ст. 193 «Уклонение от исполнения обязанностей по репатриации денежных средств в иностранной валюте или валюте РФ» вводятся штрафы от 200 000 до 500 000 руб., среди самых строгих санкций – лишение свободы на срок до трех лет. Всего за незаконные действия с валютными ценностями в российском законодательстве есть еще несколько статей: ст. 191 («Незаконный оборот драгоценных металлов и камней»), ст. 192 («Нарушение сдачи государству драгметаллов и камней»), сама ст. 193 («Уклонение от репатриации») и ст. 193.1 («Валютные операции по подложным документам»).

Число уголовных дел по статьям сравнительно невелико. В 2017 году Федеральная таможенная служба возбудила 173 дела по ст. 193 УК, еще 116 дел возбуждено по ст. 193.1 УК («Совершение валютных операций по переводу денежных средств в иностранной валюте или валюте РФ на счета нерезидентов с использованием подложных документов»). Ответственность за такие нарушения предусмотрена и в КоАП – ст. 15.25 («Нарушение валютного законодательства»). Только за 2017 год ФТС возбудила 1463 дела (сумма штрафов за этот период не указана). В 2016 году за 11 месяцев по этой статье было возбуждено около 5000 дел на общую сумму 150 млрд руб.

Стремление правительства и желание бизнеса валютное регулирование минимизировать (об этом заявляли замминистра финансов Алексей Моисеев, а также глава Минфина Антон Силуанов). С недавнего времени оформление валютных сделок несколько упростилось, но по ст. 15.25 КоАП санкции усилились: теперь штрафы могут достигать всей суммы сделки, а самих руководителей могут штрафовать на 20 000–30 000 руб., при этом при повторных нарушениях руководителя могут отстранить от должности на срок от полугода до трёх лет.

Что дальше?

В марте 2018 года ЦСР выпускает доклад, в котором говорит о необходимости отменить закон «О валютном контроле» (173-ФЗ). В России обязательная продажа валютной выручки не закреплена, но при этом введена обязательная репатриация капитала. Часть норм предлагается закрепить в ГК и законе «О рынке ценных бумаг» ( 39-ФЗ), а саму репатриацию ликвидировать, вместо этого ввести территориальный принцип (в РФ расчет проведут в рублях, а за рубежом – в валюте).

Правительственная инициатива в части либерализации мер ответственности за нарушение валютного законодательства была внесена в Думу в конце июля 2018 года. «Российские компании-экспортеры и индивидуальные предприниматели подпадают под штрафные санкции за любые нарушения сроков поступления валютной выручки на счет в уполномоченном банке, которые в значительном количестве случаев происходят по вине контрагента-нерезидента и на которые резидент-экспортер повлиять в большинстве случаев не может. В итоге российские компании и индивидуальные предприниматели вынуждены нести дополнительную финансовую нагрузку, вести переговорные процессы с иностранными контрагентами, оформлять большое количество дополнительных соглашений к контрактам на «мелкие просрочки» (менее 30 дней), предоставлять дополнительные соглашения в уполномоченные банки для учета», – сообщается в пояснительной записке. В законопроекте предложили ограничить штрафы за просроченные перечисления в размере от 5 до 30% от неперечисленных средств.

Позже Минфин и Центробанк договорились об отмене репатриации валютной выручки по контрактам, заключенным в рублях к 2024 году. При этом регулятор заявил, что полностью отменить репатриацию не получится. «Отмена репатриации рублей к 2024 году вряд ли может считаться серьёзной уступкой, учитывая, что валюта платежей по внешнеторговым контрактам – это вопрос договорённости и желания двух сторон, а не только российской стороны контракта», – комментирует ведущий юрист Пепеляев Групп Пепеляев Групп Федеральный рейтинг группа Арбитражное судопроизводство (средние и малые споры — mid market) группа ВЭД/Таможенное право и валютное регулирование группа Коммерческая недвижимость/Строительство группа Комплаенс группа Налоговое консультирование группа Налоговые споры группа Трудовое и миграционное право группа Фармацевтика и здравоохранение группа Экологическое право группа Антимонопольное право группа Банкротство группа Интеллектуальная собственность группа Корпоративное право/Слияния и поглощения группа Природные ресурсы/Энергетика группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа Семейное/Наследственное право группа ТМТ группа Финансовое/Банковское право группа Цифровая экономика × Пётр Попов.

Банк России категорически против более широкой отмены репатриации, ссылаясь на риски «серых» валютных операций и отсутствие альтернативных механизмов борьбы с ними. Репатриация вошла в привычку, а в некоторой степени даже помогает российским банкам в поддержании ликвидности, хотя такой способ поддержки отечественных банков, при всей к ним симпатии, не каждый будет готов признать рыночным и конкурентным.

Пётр Попов

Владимир Чикин, партнер Bryan Cave Leighton Paisner (Russia) LLP Bryan Cave Leighton Paisner (Russia) LLP Федеральный рейтинг группа Антимонопольное право группа ВЭД/Таможенное право и валютное регулирование группа ГЧП/Инфраструктурные проекты группа Интеллектуальная собственность группа Коммерческая недвижимость/Строительство группа Комплаенс группа Корпоративное право/Слияния и поглощения группа Международный арбитраж группа Налоговое консультирование группа ТМТ группа Транспортное право группа Трудовое и миграционное право группа Фармацевтика и здравоохранение группа Цифровая экономика группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры — high market) группа Международные судебные разбирательства группа Природные ресурсы/Энергетика группа Уголовное право группа Управление частным капиталом группа Финансовое/Банковское право группа Банкротство 3 место По выручке 3 место По количеству юристов 3 место По выручке на юриста (Больше 30 Юристов) Профайл компании × , обращает внимание, что в проекте правительства предлагается установить разное наказание для лиц в зависимости от их статуса. Для так называемых профессиональных участников ВЭД наказание может ограничиваться предупреждением, а для обычных – административным штрафом.

Скрепно наказывать дворян покаянием, а крестьян поркой за одинаковый проступок, но неконституционно, поскольку нарушает принцип равенства граждан перед законом. КоАП подтверждает принцип равенства перед законом: юридические лица подлежат административной ответственности независимо от места нахождения, организационно-правовых форм, подчиненности, а также других обстоятельств.

Владимир Чикин

Чикин считает, что требование о репатриации создает конкурентное преимущество для иностранных участников ВЭД по отношению к отечественным. «Разумно было бы устранить этот барьер полностью, отменив ст. 19 закона о валютном регулировании. В результате не будут применяться ни ч. 4 и 5 ст. 15.25 КоАП, ни ст. 193 УК. Предлагаемая мера – снижение размера штрафов – выглядит паллиативной, она не устранит это конкурентное преимущество участников ВЭД из стран, где требований о репатриации нет», – комментирует Чикин.

Попов при этом отмечает, что репатриация как инструмент против сомнительных списаний из страны за границу работает слабо. «Репатриация лишь слегка увеличивает издержки махинаторов на создание правдоподобного комплекта документов «под платёж» с последующим исчезновением плательщика из видимости государственных проверяющих ведомств. Чтобы бороться с «серыми» трансграничными платежами, нужно, наоборот, отменить сплошной валютный контроль и перенести акцент на противодействие отмыванию, выработать критерии риска подозрительных операций и «придушить» сомнительные платежи не через сплошной контроль, а через внезапные для клиента выборочные запросы банков на основе автоматизированной выборки», – резюмирует он.

Законопроект о смягчении штрафов ждет поправок до 9 января 2019 года, тогда к нему добавятся ключевые изменения. В первом чтении документ приняли 12 декабря 2018 года, во втором чтении он все еще не рассматривался. С февраля этого года у валютной либерализации появился еще один сильный аргумент – поддержка президента Владимира Путина. «Если у вас есть предложения по поводу того, как можно либерализовать этот вид деятельности, не подвергая угрозам интересы государства, то давайте подумаем. Я согласен», – заявил он на на пленарном заседании форума «Деловая Россия» (6 февраля, цитата по «Коммерсанту»).

Бизнес ждать не может: 18 марта четыре ассоциации – Российский союз промышленников и предпринимателей, Торгово-промышленная палата, «Деловая Россия» и «Опора России» – направили письмо Дмитрию Медведеву с просьбой отменить уголовную ответственность за валютные нарушения, рассказывают «Ведомости». За отказ не репатриировать выручку можно получить до пяти лет тюрьмы, а уголовная ответственность наступает за невозврат более чем 9 млн руб., что не так много в условиях даже среднего бизнеса. В Центробанке заверили, что сейчас корректировки в Уголовный кодекс прорабатываются. А бизнес констатирует: при нынешнем законодательстве в сфере валютного регулирования некоторым компаниям проще вообще не выходить на внешние рынки.

Москва. 6 декабря. INTERFAX.RU — Минфин РФ подготовил поправки в Уголовный кодекс (УК), исключающие из него статьи 193 и 193.1, которые устанавливают уголовные наказания за уклонение от репатриации валютной выручки и за переводы средств на счета нерезидентов с использованием подложных документов.

С проектом документа, который Минфин разослал на этой неделе на рассмотрение в ведомства, ознакомился «Интерфакс». Попытки убрать эти статьи из УК министерство предпринимало и ранее. Еще в 2018 году министерство предложило отменить статью 193, при этом приводилась статистика МВД о росте количества уголовных дел по этой статье (число направленных в суд дел выросло с 3 в 2015 г. до 13 в 2016 г. и 19 в 2017 г., количество привлеченных к ответственности лиц увеличилось с 22 до 33 и 56 соответственно).

Такая статистика, отмечал Минфин, подтверждает, что за правонарушениями, предусмотренными 193-й статьей, в реальности скрываются иные реальные преступления — кража или хищение средств, отмывание преступных и коррупционных доходов. Именно за эти преступления и нужно наказывать согласно УК РФ вместо уголовного преследования за уклонение от возврата выручки в валюте, что может иметь обычные причины гражданско-правового характера, считают в ведомстве.

В пояснительной записке к законопроекту «О внесении изменений в Уголовный кодекс РФ и Уголовно-процессуальный кодекс РФ в части совершенствования уголовной ответственности за нарушение требований валютного законодательства РФ» отмечается, что статьи 193 и 193.1 не только не соответствуют цели, которая декларируется — противодействие незаконному выводу средств за границу, но и мешают благоприятному развитию делового климата, препятствуют нормальному движению капитала между хозяйствующими субъектами РФ и других стран, мешают решению задачи значительно расширить российский экспорт товаров и услуг, создают постоянные риски для российских физлиц и юрлиц при ведении ими международной торговли и условия для необоснованного давления на предпринимателей и неоправданного вмешательства в работу производителей товаров, работ, услуг и потребителей их продукции.

В статье 193 преступлениями считаются: нарушение требований о зачислении денежных средств в валюте и рублях в крупном размере (свыше 9 млн рублей) от одного или нескольких нерезидентов на счета резидента в уполномоченном банке или в банках, расположенных за пределами РФ, по внешнеторговым контрактам за переданные и оказанные нерезидентам товары, работы, услуги, а также нарушение требований о возврате в РФ на счета резидента денежных средств в крупном размере (свыше 9 млн рублей), уплаченных одному или нескольким нерезидентам за не ввезенные на территорию России товары, невыполненные работы, услуги.

За эти нарушения предусмотрено уголовное наказание вплоть до лишения свободы на срок до трех лет. Если деяния совершены группой лиц по предварительному сговору, то наказание возрастает до лишения свободы до четырех лет, в особо крупном размере (свыше 45 млн рублей), организованной группой, с использованием заведомо подложного документа или специально созданного юрлица — до пяти лет со штрафом или без него.

При этом, отмечает Минфин, требование обязательной продажи валютной выручки было отменено еще в 2006 г., и репатриированные денежные средства можно перевести на зарубежные банковские счета на законных основаниях.

Статья 193.1 в УК устанавливает, что преступлением является перевод денежных средств на банковские счета одного или нескольких нерезидентов с представлением кредитной организации, обладающей полномочиями агента валютного контроля, документов, содержащих заведомо недостоверные сведения. За это преступление предусматривается уголовное наказание вплоть до лишения свободы на срок до трех лет, за его совершение в крупном размере (свыше 9 млн рублей), группой лиц по предварительному сговору или с использованием созданного для этого юрлица — до пяти лет со штрафом или без него, в особо крупном размере (свыше 45 млн рублей) организованной группой -от пяти до десяти лет со штрафом или без него.

В записке поясняется, что деяния, предусмотренные этими статьями, не имеют смысла как самостоятельные преступления, они всегда являются лишь способом совершения других преступлений, в первую очередь легализации преступных доходов, а также уклонения от уплаты таможенных платежей, налогов, сборов и страховых взносов, содействия террористической деятельности, финансирования экстремистской деятельности, финансирования акта международного терроризма.

Минфин полагает, что нецелесообразно криминализировать в качестве самостоятельных преступлений способы совершения других преступлений, предусмотренных УК и за которые и должна наступать уголовная ответственность.

Мнения руководства Минфина

Ранее первый вице-премьер — министр финансов РФ Антон Силуанов заявлял, что считает уголовную ответственность за невозврат валютной выручки рудиментом и рассчитывает продвинуть обсуждение ее отмены до конца 2019 года. «Что касается уголовки, то мы такую работу начали проводить. У нас не все правоохранительные органы поддерживают эту инициативу, поэтому мы не снимаем вопрос с повестки. У нас будет обсуждение либерализации уголовного законодательства, более широкая тема, где уголовная ответственность за невозврат валютной выручки (я тоже считаю, что это рудимент, который требует пересмотра). Надеюсь, что в ближайшее время — до конца года — пройдет такая встреча, в целом, по вопросу либерализации уголовного законодательства, и это один из элементов, который мы будем рассматривать. Надеюсь, нам удастся это решить, потому что очевидно, что уголовное наказание сейчас не имеет смысла применять», — говорил он в начале ноября.

Также он отмечал, что валютное законодательство все еще косное, и его либерализации противится, в частности, Банк России. «Оно из Советского Союза, когда доллар нельзя было обменять на рубль, не получив за это уголовную ответственность. (…) У нас сохраняется еще уголовная ответственность за невозврат валютной выручки, огромные (хорошо, сейчас снижаем) штрафы за невозврат валютной выручки. Огромная старая неповоротливая система наказания, ответственности еще сохранена, к сожалению. Знаете, почему? Мы в правительстве гораздо либеральнее чувствуем себя, чем наши партнеры в ЦБ», — говорил он.

Замминистра финансов РФ Алексей Моисеев в сентябре в интервью «Интерфаксу» сравнил наличие «уголовки» за такие нарушения с уголовным наказанием за бег. «Я давно занимаюсь валютным контролем и постоянно нахожу противоречия, потому что в России вывод капитала не запрещен. Любое физическое и юридическое лицо имеет полное право в соответствии с российскими законами вывести любые свои средства за границу в любом объеме при условии, что эти деньги не украдены, что это не схема по неуплате налогов, что это не отмывание капиталов, что это не элемент мошеннической схемы, не элемент схемы по продаже краденого имущества. Сам вывод денег не является противозаконным действием. Например, кто-то кого-то ограбил — отнял сумочку и убежал. За грабеж и побег положено наказание, но бег как таковой преступлением не является, а вот бег с отнятой сумочкой — является. Так что, давайте введем уголовную статью за бег, если он сопровожден отнятием сумочки? Мне кажется, это перевернутая логика. Логика должна быть такая: у нас есть противозаконные деяния, в том числе мошенничество, связанное с выводом капитала за рубеж, так давайте вводить наказания в виде полутора-двух лет или штрафа. Такой логикой надо идти». Он также отмечал, что по уголовной статье в отношении нарушений валютного законодательства «пока нет консенсуса — правоохранители и ЦБ против, видимо, придется вопрос эскалировать».

Премьер-министр РФ Дмитрий Медведев в марте 2019 года дал поручение ведомствам и Российскому экспортному центру (РЭЦ) подготовить законопроект об отмене статьи УК за нерепатриацию валюты. Тогда же главы крупнейших деловых объединений РФ — РСПП, ТПП, «Деловая Россия» и «Опора России» — направили премьеру письмо, в котором поддержали законопроект. Наличие этой статьи «является одним из основных факторов, дестимулирующих экспорт, и влечет для резидентов дополнительные неоправданные риски», писали авторы обращения к Медведеву. Для многих компаний такие риски являются неприемлемыми и удерживают их от выхода на внешние рынки либо подталкивают к выводу активов под иностранные юрисдикции.

Ольга Целуйко, шеф-редактор изданий «Баланс», «Библиотека-Баланс», эксперт по учету и налогообложению Общественной организации «Всеукраинский бухгалтерский клуб».

Валютный контроль в Украине традиционно строг и зарегулирован. Что изменится с введением в действие Закона о валюте?

Нацбанк постановлением Правления от 02.01.19 г. № 7 утвердил новую Инструкцию о порядке валютного надзора банков за соблюдением резидентами предельных сроков расчетов по операциям экспорта, импорта товаров (далее – Инструкция № 7). Старая Инструкция, утвержденная постановлением Правления НБУ от 24.03.99 г. № 136 (далее – Инструкция № 136), пока не отменена. А новая инструкция начинает действовать с 5 января 2019 года, кроме п. 1–3, которые начнут действовать с 7 февраля 2019 года.

Обратите внимание: в названии новой инструкции слово «контроль» заменено на слово «надзор». Формулировка более мягкая, но изменилась ли суть? Давайте проанализируем, что реально стоит за либеральной вывеской и насколько принципиально новый порядок валютного надзора отличается от ныне действующих мер валютного контроля.

Срок расчетов за экспорт/импорт товаров. Переходящие операции

С 07.02.19 г. предельный срок расчетов по операциям экспорта и импорта товаров составит 365 календарных дней (п. 21 Инструкции № 7). Превысить этот срок разрешается на основании заключения Минэкономразвития (пп. 3 п. 3, п. 4 Инструкции № 7).

Данное ограничение не распространяется на экспорт, импорт товаров (включая незавершенные расчеты по сделке) в незначительном размере, кроме:

дробления операций по экспорту товаров (определение этого «процесса» дано в пп. 5 п. 3 Инструкции № 7);

дробления валютных операций (определение приведено в пп. 2 п. 2 Положения о порядке осуществления уполномоченными банками анализа и проверки документов (информации) о валютных операциях, утвержденного постановлением Правления НБУ от 02.01.19 г. № 8 (далее – Положение № 8).

Под незначительным размером валютной операции (п. 7 разд. I Положения о мерах защиты и определении порядка осуществления отдельных операций в иностранной валюте, утвержденного постановлением Правления НБУ от 02.01.19 г. № 5, далее – Положение № 5), подразумевается размер операции в гривневом эквиваленте по курсу НБУ на дату ее осуществления, меньший размера, установленного для финансовых операций, подпадающих под обязательный финансовый мониторинг согласно законодательству в сфере предотвращения и противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма и распространения оружия массового уничтожения. В общем случае к операции незначительного размера относится операция, сумма которой меньше 150 000 грн. (ч. 1 ст. 15 Закона от 14.10.14 г. № 1702-VII, далее – Закон № 1702).

Важные новшества! НБУ может устанавливать ограничения по срокам рас­четов не на все, а только на отдельные виды товаров и/или отрасли экономики по пред­ставлению Кабмина (такого сейчас нет) и на операции, сумма которых больше не­которой минимальной суммы. Это позволит вывести из-под контроля мелкие операции.

А вот пеня в размере 0,3 % за нарушение сроков расчетов в инвалюте никуда не делась (она есть сейчас и сохраняется в качестве меры воздействия и в новом Законе от 21.06.18 г. № 2473-VIII «О валюте и валютных операциях», далее – Закон № 2473). Пеню взимает ГФС по результатам проверки нарушителя-резидента (п. 1, 8 ст. 13 Закона № 2473). Проект постановления КМУ о применении штрафных санкций за валютные нарушения также не обещает никаких послаблений (в настощее время опубликован для обсуждения).

В какие сроки надо закончить расчеты по операциям, не завершенным до 07.02.19 г.?

Ясно, что по состоянию на 07.02.19 г. у отдельных субъектов ВЭД могут остаться незавершенные операции, подпадающие под валютный контроль. Новые предельные сроки расчетов (365 дней) распространяются на незавершенные операции в сфере ВЭД, по которым до 07.02.19 г. не установлено нарушения 180-дневного срока расчетов. То есть дальше такие операции контролируются на соблюдение нового срока расчетов в 365 дней (п. 2, 3 Инструкции № 7). Конечно, с учетом срока, прошедшего до 7 февраля.

К сведению! До 06.02.19 г. банки должны передать контролирующим органам инфор­мацию о выявленных в отчетном месяце фактах нарушения срока расчетов (180 дней) (п. 4 Инструкции № 7, п. 5.9 Инструкции № 136).

Какие операции подпадают под валютный контроль

Отметим, что Инструкции № 7 не присуща детализация мер валютного контроля по каждой валютной операции: многое здесь описано общими формулировками. Видимо, для упрощения. Назовем основные моменты в части валютного контроля ВЭД-операций.

Экспортная операция подпадает под валютный контроль, если оплата не поступила:

на дату таможенного оформления товаров;

на дату выполнения работ, оказания услуг, экспорта прав интеллектуальной собственности, прочих неимущественных прав, предназначенных для продажи.

В общем случае отсчет срока для расчетов начинается на следующий календарный день после даты оформления таможенной декларации (далее – ТД) типа ЕК-10, ЕК-11, акта или другого документа, подтверждающего поставку.

Важное напоминание! На сегодня контроль за поступлением экспортной выручки распространяется только на экспорт продукции и работ. Не контролируется срок поступления выручки от экспорта услуг (кроме транспортных и страховых), прав интеллектуальной собственности, авторских и смежных прав (ст. 1 Закона от 23.09.94 г. № 185/94-ВР). Но эта норма теряет силу с 07.02.19 г.

Как видим, подход к валютному надзору (по-старому – контролю) принципиально изменился: если раньше из-под контроля выводились отдельные операции (сумма не имела значения), то теперь все наоборот. Контролироваться будут все экспортные операции, не вписывающиеся в незначительный размер (до 150 тыс. грн.), независимо от их характера.

Импортная операция подпадает под валютный контроль, если на дату оплаты товара нет информации:

о ввозе товара в Украину;

о завершении импортной операции без ввоза товара в Украину.

Напомним! Термин «товар» употребляется в значении, которое приведено в ст. 1 За­ко­на от 16.04.91 г. № 959-XII «О внешнеэкономической деятельности». А именно: под то­ва­ром подразумевается любая продукция, услуги, работы, права интеллектуальной собст­венности и другие неимущественные права, предназначенные для продажи (возмездной передачи).

Условия завершения валютного надзора за ВЭД-операцией

Основные условия завершения банком валютного надзора таковы (разд. III Инструкции № 7):

незавершенная операция по экспорту или импорту не превышает незначительного размера – при условии, что банк не заподозрил клиента в дроблении операции в целях выведения ее из-под контроля. Размер незавершенной операции для целей контроля определяется по курсу НБУ на дату последней операции: платежа или поставки, зачета встречных однородных требований;

Как и сейчас, датой поступления инвалютной выручки для целей валютного контроля является дата зачисления инвалюты на текущий валютный счет резидента.

  • по импортной (товарной) операции банк получил информацию из реестра ТД о поставке, оформленной ТД типов ІМ-40 (в тексте Инструкции сказано ГМ-40, но, скорее всего, это опечатка), ІМ-41, ІМ-51, ІМ-72, ІМ-75, ІМ-76 или другим подтверждающим документом, когда по закону не требуется оформления ТД. При импорте работ, услуг, прав интеллектуальной собственности и других неимущественных прав, предназначенных для продажи, документом, подтверждающим поставку, служит акт, счет (инвойс) или другой документ, определенный в ВЭД-контракте.

Как и раньше, в случае пересмотра цены, возврата товаров, порчи товаров, возврата предоплаты и в других случаях возможно уменьшение валютной суммы, подпадающей под контроль (п. 12 Инструкции № 7).

Зачет встречных однородных требований

Общие условия проведения зачета встречных однородных требований не изменились. Они прописаны в п. 5 п. 10 Инструкции № 7 (ранее – в п. 1.11 Инструкции № 136).

Однако действующий сегодня запрет на зачет встречных однородных требований для экспортных операций остался в силе. Никакой либерализации с принятием новых нормативных документов в этом вопросе не произошло. Почему?

НБУ четко указал, что в случае введения такой защитной меры, как обязательная продажа части инвалютных поступлений, банк не может снять с контроля экспортную операцию на основании документов о зачете встречных однородных требований в инвалюте 1-й группы Классификатора № 34 и российских рублях – вне зависимости от суммы операции, а в других валютах – в случае, если общая сумма зачтенных обязательств в рамках одного договора превышает эквивалент 500 тыс. евро по курсу на дату проведения зачета (пп. 5 п. 10 Инструкции № 7). Видимо, НБУ считает, что в результате зачета в таких условиях нивелируется эффект от введения обязательной продажи инвалюты.

Поэтому зачет встречных однородных требований может быть разрешен только после отмены данной защитной меры.

Как осуществляется валютный контроль в случае, если валюта платежа отличается от валюты контракта?

Как известно, цена товара в ВЭД-контракте может быть выражена в любой валюте (так называемая валюта цены). Расплатиться за товар можно также любой валютой, указанной сторонами в контракте (так называемая валюта платежа). Если валюта контракта (валюта цены) не совпадает с валютой платежа, то стороны фиксируют в контракте условия пересчета валюты цены в валюту платежа (так называемый кросс-курс) (п. 2 раздела «Дополнительные рекомендации к типовым платежным условиям внешнеэкономических договоров (контрактов)» приложения 1 к совместному постановлению КМУ и НБУ от 21.06.95 г. № 444). Причем в этом вопросе стороны вправе исходить из собственных коммерческих интересов.

Анализируя подобные контракты, регулятор уже давно обнаружил, что курсы пересчета валют зачастую существенно отличаются от рыночных.

Например, при импорте курс искусственно завышается и происходит необоснованный отток валюты за рубеж (по всей видимости, она уходит к не чужому для импортера контрагенту).

А при экспорте курс пересчета искусственно занижается, из-за чего валютной выручки поступает меньше (так как экспортер не заинтересован в ее обязательной продаже).

Ранее НБУ высказывал жесткую позицию по данной проблеме: за ухищрения клиентов могло достаться банкам, пропускающим такие операции без должного контроля (см., например, письмо НБУ от 08.02.17 г. № 25-0008/9995).

Теперь данная проблема урегулирована прямо в нормативном документе – Инструкции № 7. Как и раньше, банк по умолчанию будет использовать тот курс пересчета, который прописан в контракте. Но! Если банк посчитает, что такой способ пересчета приведет к недополучению экспортной выручки (или завышению суммы поставки импортных товаров), то данное правило не сработает. Тогда банк сделает пересчет на дату платежа по курсу НБУ к соответствующей инвалюте – без вариантов, ранее предусмотренных п. 1.5 Инструкции № 136 (п. 17 Инструкции № 7).

Резюме

  • Большинство норм валютного контроля и ограничений в сфере валютного регулирования перекочевало из старых нормативно-правовых актов в новые.
  • Отдельные нормы были обобщены, сокращены. Может, что-то важное и упустили – это покажет время.
  • Некоторые улучшения (действительно значимые) все-таки не изменили общей картины зарегулированности данной сферы, как ни старался регулятор. Ограничений много, и они все те же. Надо полагать, что пока в Украине не наступит экономическая и прочая стабильность, нечего ждать и реальной либерализации валютных правил.

Основным инициатором либерализации валютного контроля является Минфин. ЦБ же обычно выступал за более осторожный подход к ослаблению регулирования.

В конце июня Минфин опубликовал законопроект о поэтапной — с 2021 по 2025 год — отмене обязательной репатриации валютной выручки для несырьевых неэнергетических экспортеров. Минфин предлагает план по аналогии с отменой репатриации в рублях для сырьевых экспортеров, которая была принята ранее. Так, с 2021 года будет отменена репатриация средств до 30% суммы внешнеторгового договора между резидентом и нерезидентом, с 2022 года — не более 50%, с 2023 года — не более 70%, с 2024 года — в отношении всей суммы.

В национальном плане правительства по восстановлению экономики либерализации валютного контроля посвящен отдельный раздел. Среди мер — переход от тотального контроля к проверке только сомнительных операций, отмена на год штрафов за невозврат валютной выручки, разрешение экспортерам осуществлять зачеты встречных требований.

Но отменить репатриацию валютной выручки в плане предложено только по несырьевым неэнергетическим товарам. В то время как опрошенные ранее РБК эксперты уверены, что отменить ограничения по валютному контролю нужно для всех компаний.

Заместитель главы Федеральной налоговой службы (ФНС) Дмитрий Вольвач высказывал мнение, что радикально ослабить контроль во время экономического кризиса было бы опасно из-за рисков утечки капитала. При этом замглавы ФНС согласился, что следующим этапом либерализации должно стать смягчение контроля за зарубежными счетами компаний. «Ограничений по зарубежным счетам быть не должно при условии, что эти счета прозрачны для ФНС», — уверен Вольвач.

Несмотря на внушительные штрафы, самый большой риск при несоблюдении требования о репатриации — уголовная ответственность, в том числе по ст. 193.1 УК (валютные операции по подложным документам). «Эта статья может быть интерпретирована самым широким образом», — отмечала ранее в беседе с РБК директор EY Law Анна Назарчук. По этой статье, в частности, расследуется уголовное дело против основателя автодилера «Рольф» Сергея Петрова.

Высокий риск необоснованного привлечения к ответственности, вплоть до уголовной, за валютные нарушения иной раз удерживает компании от принятия решений о выходе на экспорт, отмечала ранее директор по совершенствованию регулирования экспортной деятельности РЭЦ Екатерина Барвалина. Многие компании отказываются выходить на экспорт, потому что боятся связываться с валютным контролем, подчеркивала профессор РЭШ Наталья Волчкова.

За последний год в России были предприняты шаги по смягчению валютного законодательства. В основном изменения коснулись граждан со счетами за рубежом. Так, с 1 января физлица могут без ограничений зачислять средства от нерезидентов на счета в странах — участницах Евразийского экономического союза или участницах автообмена финансовой информацией. Условия распространились на валютные операции после 1 января 2018 года.

admin