УК ст 37

Статья 37. Необходимая оборона

1. Не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.
2. Защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.
2.1. Не являются превышением пределов необходимой обороны действия обороняющегося лица, если это лицо вследствие неожиданности посягательства не могло объективно оценить степень и характер опасности нападения .

3. Положения настоящей статьи в равной мере распространяются на всех лиц независимо от их профессиональной или иной специальной подготовки и служебного положения, а также независимо от возможности избежать общественно опасного посягательства или обратиться за помощью к другим лицам или органам власти .

Комментарий к статье 37 Уголовного Кодекса РФ

Необходимая оборона является неотъемлемым правом личности. Конституция Российской Федерации (ч. 2 ст. 45) признает право каждого защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Цель необходимой обороны, ее значение состоят в осуществлении защиты личности, общества и государства от общественно опасных посягательств. Право на защиту является естественным правом любого человека независимо от профессиональной или иной подготовки. Любой гражданин может воспользоваться правом на необходимую оборону, но закон не обязывает его это право применять. При необходимой обороне посягающему причиняется вред. Формально такие действия подпадают под признаки преступного деяния. Но действия обороняющегося не являются общественно опасными. Более того, они общественно полезны, поощряемы государством, поскольку не только направлены на защиту правоохраняемых интересов, но и способствуют повышению социальной активности граждан. Институт необходимой обороны призван обеспечить права обороняющихся и иных субъектов от общественно опасных посягательств, защитить обороняющегося от возможного необоснованного привлечения к уголовной ответственности за совершение преступления, в том числе и за преступление, связанное с превышением пределов необходимой обороны.

Согласно ч. 1 ст. 37 УК РФ не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, т.е. при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

Из содержания этой нормы следует, что если общественно опасное посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, то необходимая оборона будет являться правомерной вне зависимости от того, какие средства и способы были применены при обороне и какой вред был причинен при этом посягающему. Закон признает в таких случаях правомерность причинения любого вреда, вплоть до причинения смерти. Тем самым фактически речь идет об отсутствии каких-либо ограничений (за отдельными исключениями, о которых будет сказано ниже) при защите такого объекта, как жизнь человека. Тем самым в таких ситуациях исключается превышение пределов необходимой обороны.

Общественно опасное посягательство, о котором идет речь, должно быть сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия. При этом опасность для жизни должна быть объективно существующей, реальной. В противном случае действия обороняющегося могут быть расценены как мнимая оборона, что влечет за собой уголовную ответственность, или при добросовестном заблуждении обороняющегося и наличии оснований полагать о существовании опасности для жизни действия обороняющегося следует оценить как невиновное причинение вреда.

Защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, т.е. умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.

В этом положении, установленном ч. 2 ст. 37 УК РФ, законодатель акцентирует внимание на следующих моментах. Первое: при защите иных объектов, кроме жизни человека, должны быть соблюдены ограничения, установленные законом. Вместе с тем следует иметь в виду, что в отдельных случаях причинение смерти при отсутствии посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, также может являться правомерным. К примеру, причинение женщиной смерти посягающему при изнасиловании следует признать правомерным.

При решении вопроса о наличии насилия, опасного для жизни, следует учитывать и разъяснения Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. N 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» о том, что под насилием, опасным для жизни или здоровья, следует понимать такое насилие, которое повлекло причинение тяжкого и средней тяжести вреда здоровью потерпевшего, а также причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, или которое хотя и не причинило вреда здоровью потерпевшего, однако в момент применения создавало реальную опасность для его жизни или здоровья.

Второе: несоблюдение указанных в законе этих ограничений, т.е. превышение пределов необходимой обороны, должно заключаться в умышленных действиях, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.

Как известно, в соответствии со ст. 25 УК РФ преступление признается совершенным умышленно, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления либо не желало, но сознательно допускало эти последствия или относилось к ним безразлично. В этой связи следует сделать вывод о том, что при посягательстве, не сопряженном с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, превышение пределов необходимой обороны связано с осознанием обороняющимся неправильности, опасности своих действий в момент причинения вреда. Иными словами, обороняющийся должен с очевидностью осознавать, что защититься от посягательства, пресечь его он имеет возможность, применяя иные средства защиты, с меньшей ее интенсивностью, с причинением посягающему значительно меньшего вреда по сравнению с реально причиненным. Таким образом, обороняющийся должен стремиться не к расправе над посягающим, а к прекращению его действий и причинению только необходимого для отражения посягательства вреда. Но при этом правового значения не имеет возможность обороняющегося убежать, позвать на помощь, иным образом уклониться от посягательства. Наличие такой возможности ни в коем случае не должно расцениваться как фактор превышения пределов необходимой обороны.

В ч. 2.1 ст. 37 УК РФ говорится о том, что не являются превышением пределов необходимой обороны действия обороняющегося лица, если это лицо вследствие неожиданности посягательства не могло объективно оценить степень и характер опасности нападения. В таких ситуациях при отсутствии объективной оценки обстоятельств нападения умысел на превышение пределов необходимой обороны отсутствует, и поэтому причинение вреда в таких ситуациях признается правомерным.

Право на необходимую оборону имеют в равной мере все лица независимо от профессиональной или иной специальной подготовки и служебного положения. Это право, как отмечалось выше, принадлежит лицу и независимо от возможности избежать общественно опасного посягательства или обратиться за помощью к другим лицам или органам власти.

Данное положение, закрепленное в ч. 3 ст. 37 УК РФ, уточняет положение о необходимой обороне применительно к лицам, в чьи профессиональные обязанности входит пресечение общественно опасных посягательств.

Так, в ст. 24 Закона РФ от 18 апреля 1991 г. N 1026-1 «О милиции» содержится положение о том, что на деятельность сотрудника милиции распространяются нормы уголовного законодательства Российской Федерации о необходимой обороне, причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление, крайней необходимости, физическом или психическом принуждении, об обоснованном риске, исполнении приказа или распоряжения. В то же время предотвращение и пресечение преступлений и административных правонарушений являются обязанностью милиции, при исполнении которой в установленных законом случаях сотрудники милиции вправе применять физическую силу, специальные средства и огнестрельное оружие <1>.

———————————
<1> Ведомости СНД и ВС РСФСР. 1991. N 16. Ст. 503.

Аналогичные законодательные положения имеются и в отношении сотрудников ряда других служб. Общее право на необходимую оборону, в том числе и указанных сотрудников, не может быть ограничено. Поэтому в случае противоречия иных законодательных актов положениям ст. 37 УК РФ применяться должны положения последней. Однако это не исключает необходимости учета при решении вопроса о необходимой обороне таких факторов, как физическая и психологическая подготовка сотрудников милиции и иных лиц, наличие у них специальных средств и оружия.

Право на необходимую оборону не может не иметь границ, определяющих состояние необходимой обороны и отделяющих это состояние от состояния превышения ее пределов. Правомерность необходимой обороны определяется рядом признаков, которые принято делить на две группы:

а) относящиеся к посягательству;

б) относящиеся к защите.

Обстоятельством правомерности необходимой обороны, относящимся к посягательству, прежде всего является общественная опасность последнего, что выражается в причинении вреда или возможности причинить вред охраняемым уголовным или иным законом общественным отношениям. Здесь следует обратить внимание на то, что, регламентируя институт необходимой обороны, законодатель акцентирует внимание на факторе именно общественной опасности, а не преступности посягательства. Этот подход означает, что необходимая оборона может иметь место и в случаях, когда права и законные интересы личности, общества, государства нарушаются не только преступлением, но и иным общественно опасным посягательством, например посягательством, относящимся к категории административных правонарушений. Кроме того, наличествует общественная опасность и в неправомерных действиях должностных лиц. Поэтому при соблюдении иных условий, установленных законом, необходимая оборона возможна и против подобных посягательств.

Не может быть признано находившимся в состоянии необходимой обороны лицо, которое намеренно вызвало нападение, чтобы использовать его как повод для совершения противоправных действий (развязывание драки, учинение расправы, совершение акта мести и т.п.). Содеянное в таких случаях должно квалифицироваться на общих основаниях.

Вторым условием правомерности признается наличность посягательства. Установление этого обстоятельства связано с определением начального и конечного моментов посягательства. Осуществление права на необходимую оборону возможно только в период осуществления общественно опасного посягательства. Так, неправомерной будет оборона от возможного посягательства в будущем. Однако состояние необходимой обороны возникает не только в самый момент общественно опасного посягательства, но и при наличии реальной угрозы нападения. Состояние необходимой обороны может иметь место и тогда, когда защита последовала непосредственно за актом хотя бы и оконченного посягательства, но по обстоятельствам дела для оборонявшегося не был ясен момент его окончания. При этом, например, переход оружия или других предметов, использованных при нападении, от посягавшего к оборонявшемуся сам по себе не может свидетельствовать об окончании посягательства.

Действия оборонявшегося, причинившего вред посягавшему, не могут считаться совершенными в состоянии необходимой обороны, если вред причинен после того, как посягательство было предотвращено или окончено и в применении средств защиты явно отпала необходимость. В этих случаях ответственность наступает на общих основаниях.

Действительность или реальность посягательства также относится к условиям правомерности необходимой обороны и состоит в том, что оборона возможна только от реального, объективно существующего посягательства, а не от посягательства, существующего только в воображении обороняющегося. Этим необходимая оборона отличается от обороны мнимой.

К условиям правомерности, относящимся к защите, относятся: 1) наличие объектов, которые можно защищать, реализуя право на необходимую оборону; 2) причинение вреда только посягающему; 3) отсутствие действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.

Решая вопрос о наличии или отсутствии признаков превышения пределов необходимой обороны, следует учитывать не только соответствие или несоответствие средств защиты и нападения, но и характер опасности, угрожавшей оборонявшемуся, его силы и возможности по отражению посягательства, а также все иные обстоятельства, которые могли повлиять на реальное соотношение сил посягавшего и защищавшегося (количество посягавших и оборонявшихся, их возраст, физическое развитие, наличие оружия, место и время посягательства и т.д.). При совершении посягательства группой лиц обороняющийся вправе применить к любому из нападающих такие меры защиты, которые определяются опасностью и характером действий всей группы.

Действия обороняющегося нельзя рассматривать как совершенные с превышением пределов необходимой обороны и в том случае, когда причиненный им вред оказался большим, чем вред предотвращенный и тот, который был достаточен для предотвращения нападения, если при этом не было допущено явного несоответствия защиты характеру и опасности посягательства <1>.

———————————
<1> По вопросу о необходимой обороне см. также: Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 16 августа 1984 г. N 14 «О применении судами законодательства, обеспечивающего право на необходимую оборону от общественно опасных посягательств» // Бюллетень Верховного Суда СССР. 1984. N 5. Несмотря на изменения законодательства, многие положения указанного Постановления имеют практическое значение и в настоящее время.

Уголовный закон устанавливает ответственность только за следующие деяния, совершенные при превышении пределов необходимой обороны: убийство (ч. 1 ст. 108 УК РФ) и умышленное причинение тяжкого вреда здоровью (ч. 1 ст. 114 УК РФ). Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее смерть по неосторожности, также следует квалифицировать по указанной норме. Устанавливая круг деяний, совершение которых в условиях превышения пределов необходимой обороны может влечь за собой уголовную ответственность, законодатель не включил в их число умышленное причинение легкого вреда здоровью и вреда здоровью средней тяжести. Следовательно, причинение такого вреда посягающему ни при каких обстоятельствах не может быть признано превышением пределов необходимой обороны в связи с отсутствием явного несоответствия защиты характеру и опасности посягательства. Не является таким превышением и причинение любого вреда посягающему по неосторожности.

Другой комментарий к статье 37 УК РФ

1. Сущность необходимой обороны заключается в защите права путем причинения вреда посягающему, активном противодействии посягательству, контратаке.

2. Под общественно опасным посягательством, защита от которого допустима, следует понимать деяние, предусмотренное Особенной частью УК.

Не может признаваться находившимся в состоянии необходимой обороны лицо, причинившее вред другому лицу в связи с совершением последним действий, хотя формально и содержащих признаки какого-либо деяния, предусмотренного уголовным законодательством, но заведомо для причинившего вред не представлявших в силу малозначительности общественной опасности. В таком случае лицо, причинившее вред, подлежит ответственности на общих основаниях (п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2012 г. N 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление» <1>).

———————————
<1> БВС СССР. 2012. N 11.

3. Всякое посягательство имеет определенные границы (начало и конец), что принято называть в уголовном праве наличностью посягательства. Посягательство начинается тогда, когда создается непосредственная угроза охраняемым законом правам и интересам. Непосредственная угроза применения насилия, опасного для жизни обороняющегося или другого лица, может выражаться, в частности, в высказываниях о намерении немедленно причинить обороняющемуся или другому лицу смерть или вред здоровью, опасный для жизни, демонстрации нападающим оружия или предметов, используемых в качестве оружия, взрывных устройств, если с учетом конкретной обстановки имелись основания опасаться осуществления этой угрозы (п. 2 названного Постановления).

Общественно опасное посягательство, сопряженное с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, представляет собой деяние, которое в момент его совершения создавало реальную опасность для жизни обороняющегося или другого лица. О наличии такого посягательства могут свидетельствовать, в частности: причинение вреда здоровью, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (например, ранения жизненно важных органов); применение способа посягательства, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, удушение, поджог и т.п.).

Под посягательством, защита от которого допустима в пределах, установленных ч. 2 ст. 37, следует понимать совершение общественно опасных деяний, сопряженных с насилием, не опасным для жизни обороняющегося или другого лица (например: побои; причинение легкого или средней тяжести вреда здоровью; грабеж, совершенный с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья).

Кроме этого таким посягательством является совершение и иных деяний (действий или бездействия), в том числе по неосторожности, предусмотренных Особенной частью УК, которые хотя и не сопряжены с насилием, однако с учетом их содержания могут быть предотвращены или пресечены путем причинения посягающему вреда. К таким посягательствам относится, например, умышленное или неосторожное уничтожение или повреждение чужого имущества, приведение в негодность объектов жизнеобеспечения, транспортных средств или путей сообщения (п. 3 указанного Постановления).

Состояние необходимой обороны может быть вызвано и общественно опасным посягательством, имеющим длящийся или продолжаемый характер (например, незаконное лишение свободы, захват заложников, истязание). Право на необходимую оборону в этих случаях сохраняется до момента окончания такого посягательства.

В случае совершения предусмотренных Особенной частью УК деяний, в которых юридические и фактические моменты окончания посягательства не совпадают, право на необходимую оборону сохраняется до момента фактического окончания посягательства (п. 5 Постановления).

Правомерные действия должностных лиц, находящихся при исполнении своих служебных обязанностей, даже если они сопряжены с причинением вреда или угрозой его причинения, состояния необходимой обороны не образуют (применение в установленных законом случаях силы сотрудниками правоохранительных органов при обеспечении общественной безопасности и общественного порядка и др.) (п. 6 Постановления).

4. Оборона допустима только против действительного посягательства, т.е. посягательства, существующего в реальности, а не в воображении обороняющегося. Причинение вреда при кажущемся, но реально не существующем посягательстве либо причинение вреда лицу, не участвующему в посягательстве, а ошибочно принятому за нападающего (мнимая оборона), является неправомерным и наказуемо в зависимости от вины.

В тех случаях, когда обстановка происшествия давала основания полагать, что совершается реальное посягательство, и лицо, применившее средства защиты, не сознавало и не могло сознавать ошибочность своего предположения, его действия следует рассматривать как совершенные в состоянии необходимой обороны. Если при этом лицо превысило пределы защиты, допустимой в условиях соответствующего реального посягательства, оно подлежит ответственности как за превышение пределов необходимой обороны.

Если же лицо причиняет вред, не сознавая мнимости посягательства, но по обстоятельствам дела должно было и могло это сознавать, действия такого лица подлежат квалификации по статьям УК, предусматривающим ответственность за причинение вреда по неосторожности.

5. Необходимая оборона должна соответствовать характеру и степени опасности посягательства. Качество опасности посягательства и причиняемого вреда определяется главным образом объектом посягательства, т.е. теми ценностями (благами), которые подвергаются воздействию. Так, если лицу, посягавшему на имущественные блага, причинен имущественный вред, то характер посягательства и защиты следует признать соответствующим.

Учитывая бесценность человеческой жизни, законодатель рассматривает ее как особый объект защиты. Причинение любого вреда посягающему на жизнь человека либо применяющему насилие, которое создает непосредственную угрозу жизни человека, является правомерным.

6. На степень опасности посягательства оказывают влияние многие обстоятельства. Для оценки соответствия защиты характеру и степени посягательства надо учитывать, в частности, способы причинения вреда, применяемые орудия и средства, место, время причинения вреда, возраст, физическое состояние нападавшего и оборонявшегося, количество нападавших и количество оборонявшихся.

При совершении посягательства группой лиц обороняющийся вправе применить к любому из нападающих такие меры защиты, которые определяются опасностью и характером действий всей группы.

7. Несоответствие защиты характеру и опасности посягательства может иметь место только при явном, очевидном их различии. Действия обороняющегося нельзя рассматривать как совершенные с превышением пределов необходимой обороны и в том случае, когда причиненный им вред оказался большим, чем вред предотвращенный, и тот, который был достаточен для предотвращения нападения, если при этом не было допущено явного несоответствия защиты характеру и опасности посягательства.

Правила о необходимой обороне распространяются на случаи применения не запрещенных законом автоматически срабатывающих или автономно действующих средств или приспособлений для защиты охраняемых уголовным законом интересов от общественно опасных посягательств. Если в указанных случаях причиненный посягавшему лицу вред явно не соответствовал характеру и опасности посягательства, содеянное следует оценивать как превышение пределов необходимой обороны. При срабатывании (приведении в действие) таких средств или приспособлений в условиях отсутствия общественно опасного посягательства содеянное подлежит квалификации на общих основаниях.

8. Наличие объективной возможности избежать посягательства способом, не связанным с причинением вреда посягающему, например спастись бегством, обратиться за помощью к другим лицам, не устраняет права на оборону. Не ограничивается оборона и в зависимости от специальной подготовки или профессиональной принадлежности обороняющегося.

9. Вред при необходимой обороне должен причиняться посягающему, а не какому-либо другому лицу; в противном случае ответственность наступает на общих основаниях в соответствии с виной.

10. Следует также иметь в виду, что в состоянии душевного волнения, вызванного посягательством, обороняющийся не всегда может точно определить характер опасности и избрать соразмерные средства защиты. Поэтому не являются превышением пределов необходимой обороны действия обороняющегося, если вследствие неожиданности посягательства он не мог объективно оценить степень и характер опасности нападения.

При выяснении вопроса, являлись ли для оборонявшегося лица неожиданными действия посягавшего, вследствие чего оборонявшийся не мог объективно оценить степень и характер опасности нападения (ч. 2.1 ст. 37 УК), следует принимать во внимание время, место, обстановку и способ посягательства, предшествовавшие посягательству события, а также эмоциональное состояние оборонявшегося лица (состояние страха, испуга, замешательства в момент нападения и т.п.). В зависимости от конкретных обстоятельств дела неожиданным может быть признано посягательство, совершенное, например, в ночное время с проникновением в жилище, когда оборонявшееся лицо в состоянии испуга не смогло объективно оценить степень и характер опасности такого посягательства (п. 4 Постановления).

11. Превышение пределов необходимой обороны выходит за ее границы и само становится общественно опасным посягательством, наказуемым в случае лишения жизни человека, причинения тяжкого вреда или вреда средней тяжести, против которого также могут применяться меры обороны.

Статья 37 УК РФ. Необходимая оборона

  1. Не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.
  2. Защита от посягательства, не сопряжённого с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.
    2.1. Не являются превышением пределов необходимой обороны действия обороняющегося лица, если это лицо вследствие неожиданности посягательства не могло объективно оценить степень и характер опасности нападения.
  3. Положения настоящей статьи в равной мере распространяются на всех лиц независимо от их профессиональной или иной специальной подготовки и служебного положения, а также независимо от возможности избежать общественно опасного посягательства или обратиться за помощью к другим лицам или органам власти.

Комментарии к статье 37 УК РФ

В уголовном праве под обстоятельством, исключающим преступность деяния, понимают совершенное с общественно полезной целью вменяемым и достигшим возраста уголовной ответственности лицом деяние, причинившее вред правоохраняемым отношениям при наличии оснований, предусмотренных уголовным законом, и с соблюдением установленных им пределов правомерности. Эти действия признаются правомерными и не обладающими общественной опасностью, присущей преступлениям.

Уголовный закон выделяет необходимую оборону как важнейшее обстоятельство, исключающее преступность деяния. Она считается общественно полезной и рассматривается как конституционное право каждого гражданина на защиту своих интересов, интересов других лиц и государства от общественно опасных посягательств (ст. 45 Конституции РФ). Право на необходимую оборону было присуще всем законодательным системам и практически на всех этапах человеческого общества. Оно признавалось естественным, прирождённым правом человека. Защита правового порядка, возможность для каждого пользоваться правами и благами, ему принадлежащими, есть необходимое условие существования цивилизованного общества. Но при обороне вторжение в право другого имеет производный характер.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 27 сентября 2012 г. N 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», уголовно-правовая норма о необходимой обороне, являясь одной из гарантий реализации конституционного положения о том, что каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещёнными законом (часть 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации), обеспечивает защиту личности и прав обороняющегося, других лиц, а также защиту охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства.

Обороняющийся употребляет силу, предупреждая общественно опасное деяние. Следует помнить, что цель необходимой обороны — защита правоохраняемых интересов, а причинение посягающему вреда в процессе её осуществления носит вынужденный характер.

Изменённая редакция ст. 37 УК (ч. ч. 1, 2.1 и 3), на наш взгляд, усиливает позицию обороняющейся стороны, расширяет право граждан на оборону от опасных посягательств. Наш закон исходит из того, что положения, содержащиеся в ст. 37 УК, в равной мере распространяются на всех лиц независимо от их профессиональной или иной специальной подготовки и служебного положения, а также независимо от возможности избежать посягательства или обратиться за помощью к другим лицам или органам власти.

В науке уголовного права и в судебной практике выработаны условия правомерности необходимой обороны, относящиеся к посягательству и к защите от него.

Условия правомерности необходимой обороны, относящиеся к посягательству, следующие:

1) посягательство должно быть общественно опасным, т.е. оно должно либо причинять вред охраняемым законом интересам, либо создавать объективную и реальную угрозу причинения такого вреда.

Необходимая оборона путём причинения посягающему вреда возможна лишь от общественно опасных деяний, посягающих на интересы и права личности, общества и государства, охраняемые уголовным законом. Особый случай — оборона против посягательств невменяемых и лиц, не достигших установленного законом возраста уголовной ответственности.

Если обороняющийся осознает, что на него нападают указанные субъекты, он обязан принять все возможные меры для прекращения нападения и только в исключительных случаях прибегнуть к причинению вреда. Указанное условие не относится, на наш взгляд, к случаям групповых нападений и нападений, соединённых с насилием, опасным для жизни и здоровья обороняющегося. Вместе с тем в соответствии с разъяснениями высших судебных инстанций не может признаваться находившимся в состоянии необходимой обороны лицо, причинившее вред другому лицу в связи с совершением последним действий, хотя формально и содержащих признаки какого-либо деяния, предусмотренного уголовным законом, но для причинившего вред заведомо не представлявших общественной опасности в силу малозначительности. Также не допускается необходимая оборона и от деяний, совершаемых в состоянии необходимой обороны, крайней необходимости, при причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление, при других обстоятельствах, исключающих преступность деяния. Вопрос о пределах обороны от неправомерных действий должностных лиц решается на практике неоднозначно.

Общепризнано, что всегда правомерна необходимая оборона против преступных действий должностных лиц, соединённых с насилием над личностью или с нарушением важнейших прав и свобод (незаконное задержание, пытки в отношении подследственного, незаконное проникновение в жилище). Ограничение прав и свобод гражданина, совершенное с соблюдением всех процессуальных формальностей, но которое представляется гражданину незаконным и необоснованным, не даёт оснований для необходимой обороны.

Существует установленный порядок обжалования таких действий, который должен быть соблюдён. Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ, правомерные действия должностных лиц, находящихся при исполнении своих служебных обязанностей, даже если они сопряжены с причинением вреда или угрозой его причинения, состояние необходимой обороны не образуют (применение в установленных законом случаях силы сотрудниками правоохранительных органов при обеспечении общественной безопасности и общественного порядка и др.). Не может быть признано находившимся в состоянии необходимой обороны лицо, которое намеренно вызвало нападение, чтобы использовать его как повод для совершения противоправных действий (развязывание драки, учинение расправы, совершение акта мести и т.п.). Содеянное в таких случаях должно квалифицироваться на общих основаниях.

Так, Президиум Верховного Суда РФ отметил, что действия И. не содержат признаков необходимой обороны, поскольку он в составе группы с целью выяснения отношений с другой группой лиц участвовал в подготовке драки: ездил к будущим потерпевшим домой, заранее расставил автомашины таким образом, чтобы свет их фар затруднял видимость поджидаемым людям, принёс оружие, которое затем применил при нападении (БВС РФ. 2002. N 8. С. 14);

2) вторым условием правомерности необходимой обороны является наличность посягательства.

Наличным считается такое посягательство, в результате которого охраняемым объектам реально причиняется вред. Состояние необходимой обороны наступает не только в тех случаях, когда осуществляется нападение, но и тогда, когда по всем обстоятельствам начало реального осуществления нападения настолько очевидно и неминуемо, что неприменение предупредительных мер ставит в явную непосредственную и неотвратимую опасность лицо, вынужденное к принятию этих мер.

Вместе с тем следует учесть, что судебная практика не признает установку опасных для жизни приспособлений с целью предотвращения посягательства на собственность правомерной, поскольку в таких случаях отсутствует наличность посягательства, а вред может быть причинён совершенно случайным людям. Каждый раз вопрос о наличности посягательства должен решаться на основе анализа всей совокупности обстоятельств и фактов, при которых оно осуществляется. Возможны случаи, когда необходимая оборона следует за оконченным посягательством, но по обстоятельствам дела для оборонявшегося не был ясен момент его окончания. Для признания состояния необходимой обороны оконченным требуется, чтобы защищающийся осознал отпадение опасности, созданной общественно опасным посягательством. И если обстановка посягательства явно не свидетельствует о его полном окончании и отсутствии у посягающего намерения его немедленно продолжить, состояние обороны не может признаваться оконченным.

Говоря иначе, в случаях, когда обороняющийся с учётом ситуации обоснованно полагает, что посягательство лишь приостановлено и может возобновиться в любой момент, право обороны продолжает существовать. Переход оружия или других предметов, использованных при нападении, от нападавшего к оборонявшемуся сам по себе не может свидетельствовать об окончании посягательства.

Например, действия В., который выбил у нападавшего преступника нож и, защищаясь, нанёс ему этим же ножом два ранения, признаны правомерными, совершенными в состоянии необходимой обороны (БВС РФ. 1998. N 6. С. 12).

Существенное значение имеет момент окончания посягательства, так как в случае причинения вреда нападавшему после явного окончания нападения или его предотвращения действия оборонявшегося не могут считаться совершенными в состоянии необходимой обороны. В этих случаях ответственность наступает на общих основаниях, но иногда необходимо тщательно выяснять, не совершены ли эти действия в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного неправомерными действиями посягающего.

До настоящего времени воспринималась как догма недопустимость необходимой обороны против подготовляемого или предполагаемого нападения.

На этот вопрос следует ответить однозначно: согласно ст. 30 УК преступным и наказуемым признается приготовление к тяжкому и особо тяжкому преступлениям.

Значит, необходимая оборона возможна от приготовления к такого рода деяниям и от покушения на преступление;

3) третье важное условие, относящееся к посягательству, — его действительность.

Действительность означает фактическое наличие посягательства в объективном мире, а не в воображении обороняющегося. Несоблюдение данного условия приводит к так называемой мнимой обороне, под которой понимается причинение вреда лицу, ошибочно принятому за преступника. Действия обороняющегося при мнимой обороне могут быть вызваны различными факторами, которые по-разному оцениваются правоприменительными органами.

Возможна неправильная оценка обстановки, при которой поведение лица ошибочно принимается за общественно опасное посягательство. Возможна ошибка в моменте окончания посягательства, в результате которой нападающему причиняется вред, который не вызывался необходимостью.

При мнимой обороне решающее значение принадлежит анализу субъективного восприятия обстановки обороняющимся. В тех случаях, когда обстановка происшествия давала основание полагать, что совершается реальное посягательство и лицо, применившее средства защиты, не осознавало и не могло осознавать ошибочность своего предположения, его действия следует рассматривать как совершенные в состоянии необходимой обороны. Если при этом лицо превысило пределы защиты, допустимой в данных условиях, оно подлежит ответственности за превышение пределов необходимой обороны. Если же лицо, причинившее вред, не осознавало мнимости посягательства, но по обстоятельствам дела должно было и могло это осознавать, действия такого лица подлежат квалификации по статьям УК, предусматривающим ответственность за причинение вреда по неосторожности. Но если будет установлено, что лицо при мнимой обороне не должно или не могло предвидеть, что нападения в действительности нет, то налицо казус — невиновное причинение вреда.

Когда лицо совершенно необоснованно предполагало о начале нападения, хотя ни поведение потерпевшего, ни вся обстановка по делу не давали ему никаких реальных оснований опасаться нападения, оно подлежит ответственности на общих основаниях как за умышленное преступление. В таких случаях действия лица не связаны с мнимой обороной, а вред причиняется потерпевшему вследствие чрезмерной, ничем не оправданной подозрительности виновного.

Не менее важны нижеследующие условия правомерности необходимой обороны, относящиеся к защите:

1) защита всегда является активным действием, направленным на причинение вреда посягающему.

При этом главная цель обороняющегося — защитить охраняемые интересы, а не причинить вред. Исходя из этого, защита не должна быть направлена против третьих лиц. Если это происходит, то нужно применять правила о крайней необходимости. Субъектом посягательства, которое даёт право на необходимую оборону, может быть только физическое лицо, т.е. человек. Но бывают и специфические ситуации, когда вред причиняется напавшему животному, владелец которого использует его в качестве орудия нападения (например, натравливает собаку).

В таких случаях причинение вреда животному есть причинение имущественного вреда нападавшему (владельцу животного) в процессе правомерной необходимой обороны. Вред, причинённый нападавшему, может выражаться в различных формах. Физический вред — в причинении различной тяжести вреда здоровью и даже в причинении смерти нападавшему.

Законодатель не ограничивает действия обороняющегося, который действует в экстремальной обстановке и имеет право на причинение любого вреда. Это правило подтверждено законодателем в последних новеллах к уголовному закону, где говорится о том, что не будет признаваться превышением пределов необходимой обороны причинение любого вреда нападавшему в том случае, если его действия явились неожиданными для обороняющегося, который не мог оценить тяжесть нападения. Это в полной мере относится и к случаям причинения смерти посягающему.

Во-первых, такие последствия признаются обоснованными, если нападение сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

Во-вторых, такая законодательная трактовка эксцесса обороны позволяет подчеркнуть особую значимость личности в современном Российском государстве.

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ под насилием, опасным для жизни, следует понимать такое, которое было направлено на причинение смерти или повлекло причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью, а также такое, которое в момент применения создавало реальную угрозу для жизни обороняющегося.

Примерами могут быть: утопление, удушение, нанесение множества ударов в жизненно важные органы, угроза оружием, причинение проникающего ранения, реальная угроза убийством.

Аналогичный вывод сделан и в определении президиума Тамбовского областного суда по делу о действиях стрелка военизированной охраны по отражению нападения лиц, пытавшихся задушить его и завладеть табельным оружием. Он вынужден был в процессе обороны выстрелить в нападавшего, причинив ему смертельное ранение (БВС РФ. 1994. N 5. С. 13, 14);

2) правомерна защита не только личности и прав обороняющегося, но и охраняемых интересов других лиц, а также интересов общества и государства.

Суды подчас неправильно признают право обороны за лицом только при посягательстве на него самого, тогда как согласно закону граждане имеют право защищать от посягательств интересы государства, общества, а также личность и права другого лица, подвергнувшегося нападению.

Вместе с тем не может быть признано находившимся в состоянии необходимой обороны лицо, которое намеренно вызвало нападение, чтобы использовать его как повод для совершения противоправных действий (развязывание драки, учинение расправы, совершение акта мести и т.п.). Содеянное в таких случаях должно квалифицироваться на общих основаниях. Защита является результатом провокации, а не актом необходимой обороны.

Защита не должна превышать пределов необходимой обороны. В науке уголовного права и в судебной практике такие пределы определяются совокупностью признаков, характеризующих интенсивность нападения (с количественной и качественной сторон), и ценностью защищаемого блага.

Из смысла ч. 2 ст. 37 УК вытекает, что пределы необходимой обороны можно определить через определённое соответствие действий обороняющегося и признаков характера и степени общественной опасности посягательства. При этом важно подчеркнуть, что обороняющийся, находясь в состоянии душевного волнения, вызванного посягательством, не всегда может точно взвесить характер опасности и избрать соразмерные средства защиты. Основное требование при этом — не допустить явного несоответствия защиты характеру и опасности посягательства. Закон не раскрывает подробно всех признаков, характеризующих пределы эксцесса обороны.

Данное понятие является оценочным, т.е. вопрос о пределах необходимой обороны есть вопрос факта. Только на основании анализа конкретных обстоятельств дела можно определить пределы защиты. Под интенсивностью нападения с качественной стороны, по нашему мнению, следует понимать совокупность объективных и субъективных признаков, характеризующих степень общественной опасности нападения: время, место, способ посягательства, орудия и средства, используемые нападающим, его физическое состояние и возраст.

Количественный критерий интенсивности предполагает осуществление нападения группой лиц. При совершении посягательства группой лиц обороняющийся вправе применить к любому из нападающих такие меры защиты, которые определяются опасностью и характером действия всей группы. Определяющее значение в выборе средств и способа защиты имеет ценность обороняемого объекта, блага, интереса. При этом важно исходить из общепризнанной шкалы таких ценностей, которые в настоящее время закреплены в Конституции РФ и в соответствии с которыми построена Особенная часть УК.

Превышением пределов необходимой обороны признаются умышленные действия, явно не соответствующие характеру и опасности посягательства. Закон признает такие действия общественно опасными, а в ряде случаев преступными. В теории уголовного права превышение пределов необходимой обороны принято называть эксцессом обороны, т.е. выходом за пределы правомерной необходимой обороны. Законодатель уточнил, что превышение может быть лишь в том случае, когда посягательство не было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия и не явилось для обороняющегося неожиданным.

Каждый раз необходимо подробно устанавливать интеллектуальный и волевой моменты умысла, т.е. осознание обороняющимся того, что защита не соответствует характеру и степени опасности посягательства, предвидение причинения такого вреда, который явно превышает вред, необходимый для защиты, и желание или сознательное допущение причинения такого вреда либо безразличное отношение к последствиям (обычно последнее состояние и имеет место). При малейшем сомнении в доказанности указанных моментов умысла, как мы полагаем, необходимо считать, что отсутствует важнейший субъективный критерий эксцесса обороны.

Закон не раскрывает признаков явного несоответствия защиты характеру и степени опасности посягательства. Вновь мы встречаемся с оценочным понятием. В теории и на практике предпринимались попытки конкретизировать признаки данного понятия. Предлагалось считать превышением пределов необходимой обороны и так называемую несвоевременную оборону (преждевременную либо запоздалую). Чаще встречаются случаи эксцесса обороны при очевидном (явном) несоответствии интенсивности защиты интенсивности посягательства.

Важно помнить, что несоответствие не означает несоразмерности, поэтому последнее понятие не совсем верно применять к институту необходимой обороны. Это подтверждает возможность причинения при определённых условиях любого вреда нападающему. В судебной практике признается правомерной защита с использованием камня от нападения кулаком, топора — от нападения безоружного, охотничьего ружья — от нападения с лопатой, ножовкой, пистолета — от нападения с ножом и т.п.

Интенсивность защиты характеризуется совокупностью признаков, которые определяют ценность охраняемого блага, время и место нападения (тёмное время суток, глухой пустырь, где помощи ждать неоткуда). Существенную роль играют орудия защиты и способ их использования: не должно быть резкого несоответствия между орудиями нападения и орудиями защиты; необходимо выяснить, случайно ли они оказались в руках обороняющегося или были приготовлены заранее; относятся ли эти предметы к оружию либо к хозяйственно-бытовым предметам.

Очень важно установить, каким образом орудия применялись при защите — можно ли было использовать их лишь для устрашения нападавшего или необходимо было причинять ему вред. В некоторых случаях определяющим признаком является физическое состояние субъекта.

Примером может служить определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР об отмене приговора, которым Ф. была осуждена за убийство своего мужа при превышении пределов необходимой обороны. Муж беспричинно избивал её в квартире, использовал приёмы каратэ, которым занимался несколько лет. Он угрожал убить её, искалечить, наносил удары по голове, лицу и телу. Защищая свою жизнь и здоровье, Ф. ранила мужа кухонным ножом, что повлекло его смерть. Судебная коллегия признала действия Ф. правомерными, не выходящими за пределы необходимой обороны (БВС РСФСР. 1992. N 2. С. 7, 8).

Превышением пределов, по нашему мнению, следует признавать лишь такое явное несоответствие, при котором всем присутствующим было абсолютно точно понятно (что не подлежит сомнению и оспариванию), что обороняющийся имел возможность отразить нападение более мягкими средствами и осознавал такую возможность, но тем не менее выбрал заведомо более опасные средства и методы защиты и без необходимости причинил тяжкий вред нападавшему. Иногда суды ошибочно оценивают действия обороняющегося как превышение, не учитывая всех объективных и субъективных факторов. Сотрудник милиции П. был ошибочно обвинён в убийстве при превышении пределов необходимой обороны, хотя все обстоятельства (групповое нападение с насилием, опасным для жизни) свидетельствовали о правомерном причинении смерти нападавшему, что впоследствии и подтвердил президиум Московского городского суда (БВС РФ. 1998. N 1. С. 8).

Таким образом, эксцессом обороны может быть признано лишь явное, очевидное несоответствие защиты характеру и опасности посягательства, когда посягающему без необходимости умышленно причиняется вред, указанный в статьях 108 и 114 УК. Хотя последние новеллы уголовного закона в этой части позволяют вести речь о социальной обусловленности декриминализации преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 114 УК. По ч. 1 ст. 108 УК вполне назрела необходимость переименования состава убийства при превышении пределов необходимой обороны в причинение смерти при превышении пределов необходимой обороны, исключив его из категории убийств.

1. Не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

2. Защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.

2.1. Не являются превышением пределов необходимой обороны действия обороняющегося лица, если это лицо вследствие неожиданности посягательства не могло объективно оценить степень и характер опасности нападения.

3. Положения настоящей статьи в равной мере распространяются на всех лиц независимо от их профессиональной или иной специальной подготовки и служебного положения, а также независимо от возможности избежать общественно опасного посягательства или обратиться за помощью к другим лицам или органам власти.

Комментарий к Ст. 37 УК РФ

1. Право на необходимую оборону от общественно опасных (т.е. преступных) посягательств — естественное субъективное право каждого человека, признаваемое и закрепляемое законом в качестве одного из средств противодействия преступности. Согласно Конституции человек, его права и свободы являются высшей ценностью (ст. 2), каждый имеет право на жизнь (ч. 1 ст. 20) и вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (ч. 2 ст. 45). Вместе с тем осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (ч. 3 ст. 17).

Посредством определения в законе оснований и пределов правомерности этого уникального, существующего только в уголовном праве, института реализуется поощрительная функция уголовного закона, направленная на стимулирование граждан к активному противодействию незаконным попыткам нарушить их права. Сравнительно новые положения комментируемой статьи призваны в первую очередь расширить правоприменительный потенциал данной нормы посредством предоставления большей свободы гражданину при обороне от преступных посягательств.

2. В ч. 1 ст. 37 УК регулируются условия правомерности защиты от преступного посягательства, сопряженного с применением наиболее крайних средств насилия, опасных для жизни, либо угрозой непосредственного применения такого насилия к обороняющемуся лицу или лицам, а также иным объектам уголовно-правовой охраны. Если такое посягательство было реальным, наличным действительным (не мнимым), обороняющемуся лицу законом дано право действовать с использованием любых средств и орудий, направленных на оборону, с законным правом на причинение нападающему любого вреда, вплоть до лишения его жизни . При этом закон не предусматривает каких-либо ограничений по соблюдению правил соразмерности средств защиты и средств нападения, что обусловливает невозможность квалифицировать в таких случаях деяние как совершенное при превышении пределов необходимой обороны. Такое положение соответствует ст. ст. 2 и 7 УК. Субъективным условием (основанием) правомерности такого поведения, исходя из принципа виновного причинения (ст. 5 УК), является указанная в законе позитивная цель защиты охраняемых интересов личности, общества или государства от преступного посягательства.
———————————
БВС РФ. 2004. N 2. С. 16 — 17.

Главным основанием правомерности обороны является объективный характер возникшей опасности для жизни обороняющегося или другого лица.

Такая объективная (реальная) опасность должна заключаться в конкретном деянии лица, которое в момент совершения создавало риск для жизни обороняющегося или другого лица. Не является преступлением причинение вреда только посягающему лицу и лишь при защите от общественно опасного посягательства . О наличии такого посягательства и степени его опасности для объекта посягательства могут свидетельствовать, в частности: причинение вреда здоровью, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (например, ранения жизненно важных органов); применение способа посягательства, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, удушение, поджог и т.п.) (см. Постановление Пленума ВС РФ от 27.09.2012 N 19).
———————————
См.: Определение КС РФ от 28.05.2009 N 587-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Галкина Игоря Анатольевича на нарушение его конституционных прав статьей 37 Уголовного кодекса Российской Федерации».

В свою очередь, непосредственная угроза применения насилия, опасного для жизни обороняющегося или другого лица, может выражаться, в частности, в высказываниях о намерении немедленно причинить обороняющемуся или другому лицу смерть или вред здоровью, опасный для жизни, демонстрации нападающим оружия или предметов, используемых в качестве оружия, взрывных устройств, если с учетом конкретной обстановки имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

Основным критерием непреступного поведения обороняющегося является непосредственное причинение вреда нападавшему лицу в результате совершения им общественно опасного посягательства. В этой связи не может признаваться находившимся в состоянии необходимой обороны лицо, причинившее вред другому лицу в связи с совершением последним действий, хотя формально и содержащих признаки какого-либо деяния, предусмотренного УК, но заведомо для лица, причинившего вред, в силу малозначительности не представлявших общественной опасности (см. Постановление Пленума ВС РФ от 27.09.2012 N 19).

3. При защите от менее интенсивного посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия условием правомерности обороны является ее соразмерность: в силу ч. 2 ст. 37 УК меры обороны должны соответствовать характеру и опасности посягательства. Ряд важных, подлежащих не механическому, а индивидуальному учету обстоятельств при решении вопросов о соразмерности, о наличии или отсутствии превышения пределов необходимой обороны раскрываются в действующем Постановлении Пленума ВС РФ от 27.09.2012 N 19.

4. Вред, причиненный в состоянии необходимой обороны, не подлежит возмещению, если при этом не были превышены ее пределы (см. ст. 1066 ГК).

5. Часть 2 комментируемой статьи законодательно определяет превышение пределов необходимой обороны (эксцесс обороны) только как умышленные действия, явно не соответствующие характеру и опасности посягательства.

Умышленным преступление признается лишь тогда, когда лицо осознавало не просто фактическую сторону своего деяния и последствия, но и общественную опасность совершаемого деяния. Следовательно, уголовно наказуемое превышение пределов необходимой обороны может иметь место в случаях, когда в момент пресечения посягательства (не сопряженного с насилием, опасным для жизни, либо с непосредственной угрозой его применения) обороняющийся понимал незаконность своих действий, осознавал, что мог данное посягательство пресечь, используя другие средства и методы защиты и причиняя посягающему значительно меньший вред, чем тот, который фактически наступил. Под посягательством, защита от которого допустима в пределах, установленных ч. 2 ст. 37 УК, следует понимать совершение общественно опасных деяний, сопряженных с насилием, не опасным для жизни обороняющегося или другого лица (например, побои, причинение легкого или средней тяжести вреда здоровью, грабеж, совершенный с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья).

Кроме этого, таким посягательством является совершение и иных деяний (действий или бездействия), в том числе по неосторожности, предусмотренных Особенной частью УК, которые, хотя и не сопряжены с насилием, однако, с учетом их содержания, могут быть предотвращены или пресечены путем причинения посягающему вреда. К таким посягательствам относятся, например, умышленное или неосторожное уничтожение или повреждение чужого имущества, приведение в негодность объектов жизнеобеспечения, транспортных средств или путей сообщения.

При этом следует иметь в виду, что состояние необходимой обороны возникает не только с момента начала общественно опасного посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, но и при наличии реальной угрозы такого посягательства, т.е. с того момента, когда посягающее лицо готово перейти к совершению соответствующего деяния. Суду необходимо установить, что у обороняющегося имелись основания для вывода о том, что имеет место реальная угроза посягательства (см. Постановление Пленума ВС РФ от 27.09.2012 N 19).

Не влечет уголовную ответственность умышленное причинение посягавшему лицу средней тяжести или легкого вреда здоровью либо нанесение побоев, а также причинение любого вреда по неосторожности, если это явилось следствием действий оборонявшегося лица при отражении общественно опасного посягательства. Такие действия не могут рассматриваться как превышение пределов необходимой обороны, ввиду отсутствия признаков противоправности деяния и явного несоответствия защиты и причиненного вреда характеру и степени опасности посягательства.

6. Указанные составы преступлений, являясь привилегированными и потому специальными, подлежат применению при конкуренции с общими составами об ответственности за аналогичные последствия (см. ч. 3 ст. 17 УК).

Так, убийство (общее понятие которого дается в ч. 1 ст. 105 УК как умышленное деяние) не должно расцениваться по квалифицирующим признакам, предусмотренным п. п. «а», «г», «е» ч. 2 ст. 105 УК, а также по признаку особой жестокости (в частности, ввиду множественности ранений, в присутствии близких потерпевшему лиц), если оно совершено в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения либо при превышении пределов необходимой обороны (см. п. 16 Постановления Пленума ВС РФ от 27.01.1999 N 1).

Следует иметь в виду, что уголовная ответственность за причинение вреда наступает для оборонявшегося лишь в случае превышения пределов необходимой обороны, т.е. когда по делу будет установлено, что оборонявшийся прибегнул к защите от посягательства, указанного в ч. 2 ст. 37 УК, такими способами и средствами, применение которых явно не вызывалось характером и опасностью посягательства, и без необходимости умышленно причинил посягавшему тяжкий вред здоровью или смерть. При этом ответственность за превышение пределов необходимой обороны наступает только в случае, когда по делу будет установлено, что оборонявшийся осознавал, что причиняет вред, который не был необходим для предотвращения или пресечения конкретного общественно опасного посягательства.

Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны, повлекшее по неосторожности смерть посягавшего лица, надлежит квалифицировать только по ч. 1 ст. 114 УК (см. Постановление Пленума ВС РФ от 27.09.2012 N 19).

Причинение смерти посягающему субъекту может быть признано соразмерным, т.е. не превышающим пределы необходимой обороны, и при посягательствах, не сопряженных с опасностью для жизни обороняющегося или другого лица. Например, не является превышением пределов необходимой обороны убийство женщиной насильника в процессе защиты от его посягательств или причинение смерти нападавшему, который намеревался лишить обороняющегося зрения, т.е. причинить тяжкий вред здоровью.

7. Часть 2.1, детализируя положения ч. ч. 1, 2, определяет правомерность обороны и, следовательно, отсутствие состава преступления, в случае если обороняющееся лицо не могло объективно оценить степень и характер опасности нападения, когда оно было неожиданным, внезапным.

При таких обстоятельствах объективно причиненный вред не может быть квалифицирован как по ст. 108 УК (об убийстве при превышении пределов необходимой обороны), так и по ст. 109 УК (о причинении смерти по неосторожности) .
———————————
Об этом, см., например: Определение ВС РФ от 20.06.2006 N 93-Д06-8.

Максимальные санкции указанных привилегированных составов преступлений (до двух лет лишения свободы) одинаковы и свидетельствуют об их отнесении к преступлениям небольшой тяжести (ст. 15 УК).

8. Правила о необходимой обороне в равной мере распространяются на всех лиц независимо от их качеств, характеристик и возможностей, от профессиональной или иной специальной подготовки и служебного положения, что закреплено в ч. 3 комментируемой статьи. Так, в ряде законов о статусе специальных субъектов правоохранительных органов, в нормативных актах иной отраслевой принадлежности содержатся указания о том, что на деятельность указанных лиц распространяются положения о необходимой обороне и крайней необходимости, установленные законодательством . Однако данные предписания не создают новых обстоятельств, исключающих преступность деяния, а вопрос о правомерности причиненного вреда в подобных случаях подлежит разрешению исключительно на основе норм УК.
———————————
См., например: ст. ст. 18 — 24 Закона о полиции, ст. ст. 24 — 29 Федерального закона от 06.02.1997 N 27-ФЗ «О внутренних войсках Министерства внутренних дел Российской Федерации» (в ред. от 05.04.2011) // СЗ РФ. 1997. N 6. Ст. 711; 2000. N 26. Ст. 2730; 2006. N 31 (ч. 1). Ст. 3452; N 45. Ст. 5418; 2007. N 45. Ст. 5418; 2009. N 48. Ст. 5717; 2010. N 52 (ч. 1). Ст. 6992; 2011. N 7. Ст. 901; N 15. Ст. 2019; ст. ст. 13, 14 Федерального закона от 03.04.1995 N 40-ФЗ «О федеральной службе безопасности» (в ред. от 08.12.2011) // СЗ РФ. 1995. N 15. Ст. 1269; 2000. N 1 (ч. 1). Ст. 9; 2003. N 2. Ст. 156; N 27 (ч. 1). Ст. 2700; 2006. N 17 (ч. 1). Ст. 1779; N 31 (ч. 1). Ст. 3452; 2008. N 52 (ч. 1). Ст. 6235; 2010. N 31. Ст. 4207; N 42. Ст. 5297; 2011. N 1. Ст. 32; N 29. Ст. 4282; РГ. 2011. N 159; СЗ РФ. 2011. N 50. Ст. 7366; ст. ст. 24 — 27 Федерального закона от 27.05.1996 N 57-ФЗ «О государственной охране» (в ред. от 08.12.2011) // СЗ РФ. 1996. N 22. Ст. 2594; 1997. N 29. Ст. 3502; 2011. N 50. Ст. 7366; ст. ст. 16 — 18 Закона РФ от 11.03.1992 N 2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» (в ред. от 27.12.2009) // Ведомости РФ. 1992. N 17. Ст. 888; СЗ РФ. 2003. N 2. Ст. 167; 2006. N 30. Ст. 3294; 2008. N 52 (ч. 1). Ст. 6227; 2009. N 48. Ст. 5717; ст. 22 Федерального закона от 06.03.2006 N 35-ФЗ «О противодействии терроризму» // СЗ РФ. 2006. N 11. Ст. 1146; и др.

При этом профессиональная подготовка специальных субъектов, их особые навыки могут влиять на установление возможного эксцесса обороны. В частности, необходимо принимать во внимание служебно-нормативные предписания о том, что при пресечении правонарушений, задержании лиц, совершивших правонарушение, применении физической силы, специальных средств или оружия в зависимости от характера и степени опасности правонарушения, а также интенсивности оказываемого противодействия должностные лица обязаны исходить из того, что причиненный при устранении опасности ущерб должен быть минимальным.

9. Состояние необходимой обороны может возникать при выполнении специальными субъектами, в частности военнослужащими, особых обязанностей: при несении специальной службы (караульной, пограничной), по охране общественного порядка, боевого дежурства, патрулировании и др. Военнослужащий при несении указанных видов службы обязан защищать соответствующие объекты, для чего наделяется необходимыми правами, вплоть до применения оружия. Отражая возможные посягательства, военнослужащий действует в состоянии необходимой обороны. В то же время оборонительные действия совершаются в порядке исполнения специальных обязанностей службы, регулируемых законами, воинскими уставами и другими военно-правовыми актами. Уклонение от выполнения их требований об охране соответствующих объектов при определенных условиях могут образовывать состав того или иного воинского (ст. ст. 340 — 344 УК) или должностного преступления (ст. ст. 285 — 286 УК) .
———————————
Подробнее см.: Военно-уголовное право: Учебник / Под ред. Х.М. Ахметшина, О.К. Зателепина. М., 2008; Военно-уголовное законодательство РФ: Научно-практ. комментарий / Под ред. Н.А. Петухова. М., 2004.

От превышения пределов необходимой обороны следует отличать случаи неправомерного применения оружия командиром (начальником) в отношении подчиненного, когда начальник не находится в состоянии необходимой обороны и отсутствуют условия, при наличии которых воинские уставы наделяют его правом применения оружия, а также случаи, когда командиры (начальники) внутренних войск, участвующих в охране общественного порядка, отдают подчиненным приказы на применение специальных средств или оружия также при отсутствии законных к тому оснований. Действия соответствующих начальников в подобных случаях образуют превышение должностных полномочий (ст. 286 УК).

Применение оружия военнослужащим, несущим специальную службу (охрана общественного порядка и др.), при отсутствии условий необходимой обороны и в нарушение требований нормативных актов следует квалифицировать как нарушение правил несения специальной службы (см. ст. ст. 340 — 344 УК).

10. Нарушение условий правомерности институтов, предусмотренных настоящей главой, является обстоятельством, смягчающим наказание (п. п. «е», «ж» ч. 1 ст. 61 УК).

Комментарий к Статье 37 УК РФ

1. Необходимая оборона от общественно опасных посягательств — естественное субъективное право каждого человека, признаваемое и закрепленное законом. УК РФ по-новому определил приоритетность объектов защиты при необходимой обороне: личность и права обороняющегося или других лиц, охраняемые законом интересы общества, охраняемые законом интересы государства.

2. Часть 2 коммент. статьи декларирует право каждого гражданина на самозащиту независимо от возможности избежать посягательства либо обратиться за помощью к другим лицам или органам власти. Данное положение отсутствовало в прежнем УК РФ. Оно заимствовано из Постановления Пленума ВС СССР N 14.

Эта же часть статьи гласит, что право на необходимую оборону имеют в равной мере все лица независимо от их профессиональной или иной специальной подготовки и служебного положения.

В ст. 24 Закона о милиции указано, что «на деятельность сотрудника милиции распространяются положения о необходимой обороне и крайней необходимости, установленные законодательством». В то же время обеспечение правопорядка и пресечение преступлений — это не субъективное право, а служебная обязанность сотрудника милиции, в связи с чем он в случаях и порядке, которые предусмотрены ст. 12 — 16 Закона о милиции, может применять физическую силу, специальные средства и огнестрельное оружие.

Соответствующие обязанности по пресечению преступлений с правом применения физической силы, специальных средств и оружия возложены на военнослужащих внутренних войск (ст. 25 — 29 ФЗ от 06.02.1997 N 27-ФЗ «О внутренних войсках Министерства внутренних дел Российской Федерации» (в ред. от 20.06.2000) <1>), сотрудников органов федеральной службы безопасности (ст. 14 ФЗ от 03.04.1995 N 40-ФЗ «О Федеральной службе безопасности» (в ред. от 27.07.2006) <2>), сотрудников федеральных органов государственной охраны (ст. 24 — 27 ФЗ от 27.05.1996 N 57-ФЗ «О государственной охране» (в ред. от 18.07.1997) <3>), частных охранников и детективов (ст. 16 — 18 Закона РФ от 11.03.1992 N 2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» (в ред. от 18.07.2006) <4>), судебных приставов. Признавая за этими лицами такое же право на необходимую оборону, как и у других граждан, следует все же отметить, что их профессиональная подготовка, специальные навыки, психологическая готовность к возможным столкновениям с правонарушителями и другие подобные качества должны приниматься во внимание при установлении эксцесса обороны.
———————————
<1> СЗ РФ. 1997. N 6. Ст. 711; 2000. N 26. Ст. 2730.

<2> СЗ РФ. 2006. N 31 (ч. 1). Ст. 3452.

<3> СЗ РФ. 1996. N 22. Ст. 2594; 1997. N 29. Ст. 3502.

<4> Ведомости РФ. 1992. N 17. Ст. 888; 2003. N 2. Ст. 167; 2006. N 30. Ст. 3294.

3. Часть 1 коммент. статьи в общем виде определяет условия правомерности необходимой обороны, а ч. 2 — условия неправомерности. Условия правомерности необходимой обороны разделяются на условия, относящиеся к посягательству и защите.

4. К условиям посягательства относятся: а) общественная опасность посягательства; б) наличность посягательства; в) действительность посягательства; г) неспровоцированность нападения.

4.1. Оборона допустима только в отношении преступного посягательства, ибо признак общественной опасности характерен только для преступлений.

4.2. Посягательство считается наличным, когда нападающий начал причинять вред объекту или создал реальную непосредственную угрозу причинения вреда. Состояние необходимой обороны существует до тех пор, пока посягательство еще не окончено. ВС СССР в Постановлении Пленума N 14 разъяснил, что состояние необходимой обороны не может считаться устраненным и в том случае, когда акт самозащиты последовал непосредственно за актом хотя бы и оконченного нападения, но по обстоятельствам дела для обороняющегося не был ясен момент окончания нападения.

4.3. Действительность посягательства означает, что оно существует реально, а не в воображении обороняющегося. Действительное нападение следует отличать от мнимого. При мнимой обороне имеет место фактическая ошибка и применяются правила о влиянии фактической ошибки на ответственность. В Постановлении Пленума ВС СССР N 14 разъяснено, что при мнимой обороне лицо не несет УО за причиненный вред в тех случаях, когда вся обстановка происшествия давала лицу, применившему средства защиты, достаточные основания полагать, что имело место реальное посягательство. Если лицо должно было и могло осознавать ошибочность своего предположения, оно несет ответственность за неосторожное преступление.

4.4. Неспровоцированность посягательства означает, что поведение нападающего не было спровоцировано самим обороняющимся с намерением причинить ему физический вред. В связи с чем в Постановлении Пленума ВС СССР N 14 разъяснено, что не может быть признано находившимся в состоянии необходимой обороны лицо, которое намеренно вызвало нападение, чтобы использовать его как повод для совершения противоправных действий (развязывание драки, учинение расправы, совершение акта мести и т.п.). В таких случаях содеянное должно квалифицироваться на общих основаниях (см. п. 6 Постановления Пленума ВС СССР N 14).

5. Условиями, относящимися к защите при необходимой обороне, на основании закона выступают: а) защита охраняемых законом благ; б) соразмерность защиты характеру и степени общественной опасности посягательства; в) причинение вреда только посягающему.

5.1. В коммент. статье названы в самом широком смысле объекты защиты: личность и права обороняющегося или другого лица, интересы общества или государства. Нельзя защищать с использованием положений о необходимой обороне не охраняемые законом блага (посевы наркотикосодержащих растений, похищенное имущество и т.д.). Никто не имеет права обороняться от законных действий. И наоборот, граждане имеют право обороняться от антиконституционных и других незаконных действий.

В связи со сказанным нельзя, например, гражданину считать явно незаконными действия сотрудника милиции, который в соответствии со ст. 11 Закона о милиции требует, чтобы гражданин предъявил документы, имея достаточные основания подозревать данного гражданина в совершении преступления или административного правонарушения, хотя бы предположения работника милиции оказались неосновательными.

5.2. Соразмерность защиты нападению означает, что причиненный вред нападающему не должен быть чрезмерным: он может быть равным и даже несколько большим, чем намеревался причинить посягающий, однако минимальный в данных конкретных обстоятельствах и условиях.

Если же посягательство сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, или хотя бы с непосредственной угрозой применения такого насилия, то возможно причинение любого вреда нападающему, вплоть до лишения его жизни.

В иных случаях характер защитительных действий, вид и тяжесть причиненного вреда для отражения посягательства должны быть разумно необходимыми для отражения посягательства. При оценке правомерности обороны учитываются как степень и характер опасности, угрожающей обороняющемуся, так и его силы и возможности отразить нападение. В частности, должны учитываться количество посягающих и обороняющихся, их возраст, физическое состояние, наличие оружия, место и время посягательства и другие обстоятельства, влияющие на реальное соотношение сил посягающего и защищающегося (см. Постановление Пленума ВС СССР N 14).

5.3. Превышение пределов необходимой обороны — это очевидное несоответствие защиты характеру и степени общественной опасности посягательства, когда посягающему без необходимости умышленно причиняется вред, указанный в ст. 108 и 114. Причинение посягающему вреда по неосторожности не влечет УО (см. Постановление Пленума ВС СССР N 14).

5.4. Определение пределов защиты должно решаться для каждого случая сугубо индивидуально. Однако следует иметь в виду, что в состоянии душевного волнения, вызванного посягательством, обороняющийся не всегда может точно взвесить характер опасности и избрать соразмерные средства защиты (см. Постановление Пленума ВС СССР N 14).

5.5. Недопустима защита после очевидного окончания нападения (нападающий убегает или повержен и просит пощады). Месть нападающему должна расцениваться как умышленное преступление (обычное или совершенное в состоянии сильного душевного волнения), а не превышение пределов необходимой обороны. Вместе с тем состояние необходимой обороны может иметь место и тогда, когда защита последовала непосредственно за актом хотя бы и оконченного посягательства, но по обстоятельствам дела обороняющемуся не был ясен момент его окончания. Переход же оружия или других предметов, использованных при нападении, от посягавшего к обороняющемуся сам по себе не может свидетельствовать об окончании посягательства (п. 5 Постановления Пленума ВС СССР N 14).

Другой комментарий к Ст. 37 Уголовного кодекса Российской Федерации

1. Условиями правомерности необходимой обороны, относящимися к посягательству, от которого осуществляется защита, являются: а) общественная опасность посягательства; б) действительность посягательства; в) наличность посягательства.

2. Необходимая оборона допускается только от общественно опасных посягательств. К общественно опасным посягательствам относятся действия, которые немедленно по их совершении и неотвратимо вызывают наступление реальных серьезных вредных последствий для личности, общества или государства, причинение которых в принципе уголовно наказуемо.

Поскольку в законе говорится об общественно опасном посягательстве, а не о преступлении, необходимая оборона допустима от действий невменяемых лиц, а также лиц, не достигших возраста, с которого наступает уголовная ответственность (п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 16 августа 1984 г. N 14 «О применении судами законодательства, обеспечивающего право на необходимую оборону от общественного опасных посягательств»).

При этом невозможна необходимая оборона от посягательств, совершаемых путем бездействия. С дугой стороны, возможна необходимая оборона от неправомерных как по существу, так и по форме действий должностных лиц, связанных с применением насилия в отношении граждан либо с угрозой его применения.

Нарушает данное условие правомерности и не создает необходимой обороны так называемая провокация необходимой обороны, т.е. умышленные действия лица, вызывающего на себя посягательство со стороны другого лица и использующего нападение со стороны последнего как повод для расправы с ним. Содеянное квалифицируется как умышленное преступление на общих основаниях (п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 16 августа 1984 г. N 14).

Нарушает данное условие правомерности и не создает необходимой обороны также защита от действий, хотя формально и содержащих признаки какого-либо деяния, предусмотренного уголовным законом, но заведомо для причинившего вред не представлявших в силу малозначительности общественной опасности (ч. 2 ст. 14 УК РФ) (п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 16 августа 1984 г. N 14). В таких случаях ответственность наступает за умышленное преступление на общих основаниях.

3. Действительность посягательства означает, что посягательство происходит в реальной действительности, в реальной жизни, а не в воображении обороняющегося.

Нарушение рассматриваемого условия правомерности, т.е. предположение обороняющегося о существовании посягательства при его фактическом отсутствии, именуется в уголовном праве либо воображаемой обороной, либо мнимой обороной.

Воображаемая оборона имеет место тогда, когда посягательства не существовало в реальности и обстоятельства не давали лицу абсолютно никаких оснований полагать, что оно происходит. В таких случаях чьи-то действия рассматриваются как посягательство из страха или вследствие самовнушения. Квалифицируются они как умышленное причинение вреда на общих основаниях.

Мнимая оборона является разновидностью фактической ошибки и имеет место тогда, когда посягательства не существовало в реальности, однако лицо полагало, что оно происходит. Правила квалификации мнимой обороны приведены в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 16 августа 1984 г. N 14.

4. Наличие посягательства означает временной интервал существования посягательства, в течение которого действия рассматриваются как посягательство и дают лицу обороняющемуся защищаться от него.

5. Условиями правомерности необходимой обороны, относящимися к действиям по защите от посягательства, являются: а) защите может быть подвергнут широкий круг правоохраняемых интересов; б) защита должна быть сопряжена с причинением вреда исключительно посягающему; в) защита должна быть своевременной.

6. Такое условие правомерности необходимой обороны, как то, что защите может быть подвергнут широкий круг правоохраняемых интересов, означает следующее. В соответствии с уголовным законом посредством необходимой обороны могут защищаться, во-первых, личность и права обороняющегося; во-вторых, личность и права других лиц (как близких обороняющемуся, так и совершенно посторонних для него); в-третьих, охраняемые законом интересы общества; в-четвертых, охраняемые законом интересы государства. При этом защищаемые интересы должны быть правомерными: так, нельзя рассматривать как необходимую оборону насильственные действия во избежание раскрытия преступления или действия, внешне подпадающие под иные условия правомерности необходимой обороны, однако нацеленные на расправу с посягающим.

7. Второе условие правомерности в данной группе связано с тем, что защита от посягательства должна быть сопряжена с причинением вреда исключительно посягающему. В этом условии можно выделить два значимых момента: во-первых, защита состоит в совершении активных действий по причинению физического или, крайне редко, имущественного вреда; во-вторых, вред при необходимой обороне причиняется исключительно посягающему, что, среди прочего, отличает необходимую оборону от крайней необходимости.

При этом право на защитные действия принадлежит в равной мере всем лицам и не связано с возможностью избежать общественно опасного посягательства или обратиться за помощью к другим лицам или органам власти (ч. 3).

В случае если посягающих несколько, вред может причиняться как всем им, так и любому из них. В таком случае не требуется причинения равного вреда всем посягающим, а меры защиты зависят не от поведения конкретного участника группы посягающих, а от поведения всей такой группы в целом (п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 16 августа 1984 г. N 14).

8. Своевременность защитных действий означает, что оборона допустима только от наличного посягательства, т.е. от посягательства, уже начавшегося и еще не закончившегося (п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 16 августа 1984 г. N 14).

В данной ситуации момент окончания посягательства не совпадает с юридическим моментом окончания совершаемого посягающим преступления. Моментом окончания посягательства признается момент прекращения посягающим своих действий либо вследствие встречного отпора со стороны обороняющегося, либо вследствие достижения им своей цели, либо вследствие добровольного отказа от дальнейшего продолжения посягательства.

Тем не менее, как и в случае с моментом начала посягательства, момент окончания посягательства оценивается субъективно обороняющимся с учетом объективно сложившейся обстановки. Поэтому если обороняющемуся по обстоятельствам дела не был с очевидностью ясен момент окончания посягательства, то посягательство не считается оконченным. Следует обратить внимание на то, что переход оружия или других предметов, использованных при нападении, от посягающего к обороняющемуся сам по себе не свидетельствует об окончании посягательства.

Соответственно, своевременной защита будет тогда, когда защитные действия происходят во временном промежутке между моментами начала и окончания посягательства.

Нарушение рассматриваемого условия правомерности образует либо преждевременную, либо запоздалую оборону. Явно преждевременная оборона имеет место до момента начала посягательства и квалифицируется как умышленное преступление на общих основаниях. Явно запоздалая оборона имеет место после очевидного окончания посягательства и образует саморасправу с посягающим; квалифицируется она как умышленное преступление на общих основаниях. В случае если действия лица после очевидного окончания посягательства совершались в состоянии аффекта, содеянное квалифицируется по соответствующим нормам, предусматривающим ответственность за преступление, совершенное в состоянии аффекта (ст. ст. 107, 113 УК РФ).

9. Соблюдение перечисленных условий правомерности необходимой обороны предполагает оценку соблюдения последнего условия правомерности, связанного с отсутствием на стороне обороняющегося превышения пределов необходимой обороны.

В затронутом контексте необходимо отметить, что уголовному закону известно два вида необходимой обороны.

В первом случае, если посягательство, от которого осуществляется защита, сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, необходимая оборона носит абсолютный характер, т.е. допускает причинение посягающему любого вреда (включая смертельный вред). В этой ситуации сама по себе постановка вопроса о превышении пределов необходимой обороны невозможна.

Во втором случае, если посягательство, от которого защищается обороняющийся, не сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, необходимая оборона носит относительный характер и признается правомерной только при отсутствии превышения пределов необходимой обороны.

10. Было ли посягательство сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, оценивается субъективно обороняющимся с учетом объективно сложившейся обстановки.

Если обстоятельства дела давали основания полагать, что возможно применение насилия именно такой степени опасности и обороняющийся именно так оценивал обстановку, то его действия рассматриваются по правилам об абсолютной необходимой обороне. Если же обстоятельства дела не давали достаточных оснований полагать, что возможно применение насилия такой степени опасности, а обороняющийся ошибочно оценивал обстановку как угрожающую жизни вследствие излишней подозрительности или самовнушения, то его действия рассматриваются по правилам об относительной необходимой обороне.

Из последнего правила законом (ч. 2.1 комментируемой статьи) сделано исключение, которое переводит в разряд абсолютной необходимой обороны все ситуации субъективной уверенности лица в возможности применения к нему угрожающего жизни насилия вне зависимости от того, давали ли обстоятельства дела объективно достаточные основания полагать о возможности применение насилия такой степени опасности. Неожиданность посягательства в данном случае позволяет расценивать по правилам об абсолютной необходимой обороне все случаи неожиданного нападения на лицо, создающие у него субъективную уверенность в угрозе для его жизни со стороны посягающего, независимо от того, давали ли обстоятельства дела достаточные основания полагать, что возможно применение насилия такой степени опасности.

11. Под превышением пределов необходимой обороны (ч. 2) следует понимать причинение посягающему без необходимости к тому такого вреда, который очевидно, явно для обороняющегося не соответствует характеру и опасности посягательства. При этом превышение пределов необходимой обороны признается преступным, во-первых, только в случае умышленного причинения вреда и, во-вторых, только в случае причинения посягающему смерти или тяжкого вреда здоровью (ч. 1 ст. 108, ч. 1 ст. 114 УК РФ).

Оценочная характеристика «явности» превышения связана, во-первых, с фактическим и значительным несоответствием защиты характеру и опасности посягательства и, во-вторых, с осознанием этого несоответствия обороняющимся. Фактическое и значительное несоответствие защиты характеру и опасности посягательства связано с оценкой множества факторов реального посягательства и мер защиты. К ним, в частности, относятся: характер интересов (благ), на которые посягает виновный; характер и степень опасности, угрожавшей обороняющемуся лично или другому лицу; интенсивность нападения; вооруженность посягающего и обороняющегося; силы и возможности обороняющегося по отражению посягательства; любые иные обстоятельства, влияющие на реальное соотношение сил.

12. Использование гражданами различного рода предохранительных устройств (капканов, ловушек, отравленной пищи и питья и т.п.) при защите от посягательств на собственность является необходимой обороной с соблюдением всех условий ее правомерности (в том числе условия о соразмерности), если размещение устройств исключает реальную возможность причинения вреда посторонним лицам (т.е. не посягающему лицу) и срабатывают эти устройства в момент посягательства.

admin