Уголовные преступления в медицине

Документом предусматривается введение в УК РФ ст.124.1 «Ненадлежащее оказание медицинской помощи (медицинской услуги)» и ст.124.2 «Сокрытие ненадлежащего оказания медицинской помощи (медицинской услуги)». Кроме того, в новой редакции излагается ст.235 «Незаконное осуществление медицинской и (или) фармацевтической деятельности».

За ненадлежащее оказание медицинской помощи вводятся санкции от штрафа в размере до 200 тыс. руб. до лишения свободы на срок до 6 лет, в зависимости от причиненного вреда. За сокрытие некачественного оказания помощи (внесение недостоверных сведений в медицинскую документацию, подмена либо уничтожение биологических материалов и проч.) предусматриваются санкции от штрафа в размере до 300 тыс. руб. до лишения свободы на срок до 3 лет. При этом для должностных лиц или руководителей медорганизаций предусматриваются более суровые наказания – штрафы до 1 млн руб. и лишение свободы на срок до 4 лет.

Некачественное оказание медицинской помощи в Российской Федерации сегодня стало проблемой, требующей повышенного внимания не только со стороны Министерства здравоохранения и его контролирующих органов, но и правоохранительных органов, отмечается в пояснительной записке к законопроекту. «Сейчас врачебные ошибки квалифицируются по разным статьям УК РФ (ст.109, 118, 124, 238, 293), ни одна из которых в полной мере не учитывает особенности профессиональной медицинской деятельности. При этом судебная практика также не имеет единообразия. Перед следователем постоянно возникает выбор между несколькими нормами уголовного закона (оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности, неоказание помощи больному, причинение смерти по неосторожности), соответствующими совершенному деянию и наступившим последствиям», – считают в СК РФ. В ведомстве полагают, что объективное расследование преступлений, совершенных медицинскими работниками, требует исключительно правильной уголовно-правовой оценки содеянного.

Глава Национальной медицинской палаты Леонид Рошаль, принимавший участие в разработке документа, ранее говорил, что выделение специальной статьи – 124.1 – позволит исключить привлечение медицинских работников по другим общим статьям УК РФ. Сегодня по ст.109 (причинение смерти по неосторожности), 118 (причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности), 238 (оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности) к уголовной ответственности привлекается большинство врачей.

СКР обнародовал предлагаемое наказание за ятрогенные преступления Врачей больше не будут судить по статьям УК о халатности, причинении тяжкого вреда здоровью или смерти по неосторожности. Следственный комитет представил новую статью, которая вводит уголовную ответственность за врачебные ошибки Фото: Сергей Коньков / «Коммерсантъ»

Два года за плод

Следственный комитет раскрыл содержание новой статьи Уголовного кодекса, которая вводит уголовную ответственность за ятрогенные, то есть связанные с врачебными ошибками, преступления. Ранее СКР предложил ввести новую статью в Уголовный кодекс — ст. 124.1 «Ненадлежащее оказание медицинской помощи (медицинской услуги)» и ст. 124.2 «Сокрытие нарушения оказания медицинской помощи».

Презентацию своих предложений ведомство провело на конференции «Национальной медицинской палаты», посвященной проблеме уголовного преследования врачей.

Медицинская статья

Ст. 124.1 предполагает уголовную ответственность за «ненадлежащее оказание медицинской помощи или услуги», если это повлекло за собой смерть человека или двух и более лиц либо «гибель плода человека и/или причинение тяжкого вреда здоровью человека». Под плодом человека понимается «внутриутробно развивающийся человеческий организм с девяти недель до рождения». Наказание — штраф от 200 тыс. до 500 тыс. руб. либо лишение свободы на срок от двух до семи лет и запрет занимать определенные должности.

Ст. 124.2 предусматривает уголовную ответственность за внесение недостоверных сведений в медицинскую документацию, ее сокрытие либо уничтожение, а также за «подмену биологических материалов с целью сокрытия ненадлежащего оказания медпомощи другим медицинским работником», действия которого повлекли смерть, причинение тяжкого вреда здоровью либо гибель плода.

Наказания за те же деяния, совершенные руководителями медицинских организаций, — принудительные работы или лишение свободы на срок до четырех лет и запрет на занятие деятельностью.

Отказ от трех статей

После того как медицинские преступления будут сконцентрированы в одной статье УК, врачей больше не будут судить по ст. 109, 118 и 238 УК РФ («Причинение смерти по неосторожности», «Причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности» и «Производство, хранение, перевозка либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности»), рассказал президент Национальной медицинской палаты Леонид Рошаль. ​Именно на эти три статьи приходится большинство случаев привлечения медиков к уголовной ответственности. «И потому придумано ввести вместо трех одну статью. Но я полагаю, что судить врачей, с тем чтобы их посадить, можно только в случае умышленного, подчеркну, умышленного вреда здоровью», — сказал Рошаль.

СКР не может не реагировать на жалобы граждан на врачей и медицинскую помощь, заметила в ответ и.о. руководителя управления взаимодействия со СМИ комитета Светлана Петренко. За последние пять лет таких обращений стало в три раза больше — их количество выросло с двух до шести тысяч, рассказала она. «В каждом конкретном случае мы организовываем проверку. Далеко не по каждому такому случаю возбуждается уголовное дело, а из всего объема уголовных дел в суд уходит только 10%. То есть в 90% случаев уголовные дела против врачей прекращаются», — отметила она.

Против отдельной статьи для медицинских работников на конференции выступил медицинский юрист Иван Печерей. «Получается, что каждый врач, выходя на работу каждый день, осуществляя свои профессиональные обязанности, фактически оказывается потенциальным преступником, а его профессиональная деятельность рассматривается как сфера преступления», — сказал он.

Уголовная статистика

В 2017 году в суд было направлено 175 уголовных дел, связанных с врачебными ошибками, следует из презентации СКР, представленной на конференции. Это на 11 больше, чем в 2016 году. Количество жалоб на медицинскую помощь в СКР в 2017 году составило 6050. Это на 1100 больше, чем годом ранее. В 2012 году их было только 2100.

Большинство осужденных в 2017 году врачей (74,7%) обвинялись в причинении смерти по неосторожности (ст.109 УК). В оказании услуг, не отвечающим требованиям безопасности (ст. 238 УК), — 10,9%. Еще 6,3% подозревались в причинении тяжкого вреда по неосторожности (ст. 118 УК). Оставшиеся проходили по статьям о халатности и неоказании помощи больному.

Слишком широко

У врачебного сообщества с СКР остаются разногласия в отношении предложенной статьи Уголовного кодекса, отметил Леонид Рошаль. В статье не указано, какие именно нарушения профессиональных обязанностей врача будут трактоваться как причина нанесения тяжкого вреда здоровью или смерти пациента. Ее формулировка оставляет возможности для очень широкого трактования.

По словам Рошаля, медицинскому сообществу также не нравится появление в этой статье термина «плод». «Если мы оставим статью в таком виде, в котором она предлагается сейчас, из профессии уйдут врачи-акушеры», — сказал он.

Следственный комитет не будет привлекать медицинских работников к уголовной ответственности за врачебные ошибки, несколько раз заявил в ходе конференции замруководителя главного управления криминалистики СКР Анатолий Сазонов.

«Мы привлекаем к уголовной ответственности медицинских работников, которые допустили грубейшие нарушения стандартов и протоколов лечения, — пояснил он. ​— Что касается термина «плод человека», то мы готовы с медицинским сообществом это обсуждать и приходить к консенсусу», — заявил Сазонов. Отдельно он отметил, что СКР отказался от «усиленно навязываемых предложений» о привлечении врачей к уголовной ответственности за причинение легкого и среднего вреда здоровью. Сазонов не раскрыл, кто навязывал СКР такие нормы.

Леонид Рошаль отметил, что все изменения в УК, обсуждаемые со Следственным комитетом, пока далеки от финального варианта. Работу с СКР врач назвал конструктивной. При этом Национальная медицинская палата продолжит настаивать на том, что решать, может ли врач заниматься профессиональной деятельностью, должен не суд, а «профессиональное врачебное объединение, как это происходит в других странах», резюмировал Рошаль.

Дело Мисюриной

Дискуссия о необходимости изменить статьи об уголовной ответственности за ятрогенные преступления обострилась после резонансного дела ​врача-гематолога Елены Мисюриной. В 2013 году она провела забор костного мозга у пациента с несколькими сложными диагнозами, в том числе с онкологическим. Вскоре после процедуры пациент скончался. По версии следствия, причиной смерти мужчины стала врачебная ошибка: Мисюрина якобы могла проколоть сосуд иглой и вызвать у пациента внутреннее кровотечение.
В январе 2018 года Мисюрину приговорили к двум годам колонии: суд признал ее виновной во врачебной ошибке, повлекшей смерть пациента. Приговор суда вызвал резкую критику со стороны медиков. После выступлений в защиту Мисюриной главврачей столичных больниц и ведущих медиков к критике приговора также присоединились московские власти в лице мэра Сергея Собянина и его заместителя Леонида Печатникова, а также еще ряд федеральных политиков. В апреле Московский городской суд отменил приговор в отношении Мисюриной и вернул дело в прокуратуру для устранения процессуальных нарушений.

В современно развивающемся обществе, имеющем целью формирование стабильного социального государства, все более актуальными становятся вопросы усиления правовой базы, преодоления ошибок с учетом опыта и профессионализма в той или иной сфере, а также роли человека, его жизни и здоровья в социальных отношениях. Важное место в таких отношениях занимает сфера здравоохранения, где во взаимодействие вступают врач с его профессиональными знаниями и пациенты, обращающиеся за медицинской помощью. Глубокое изучение закономерностей врачебных ошибок в таких отношениях призвано способствовать созданию эффективного механизма преодоления пагубных последствий для пациента.

Проблемам причинения смерти по неосторожности со стороны врачей на сегодняшний день если и уделяется определенное внимание, то явно недостаточное. Не исследованы внутренние и внешние причинно-следственные связи причинения смерти врачами, о чем свидетельствует отсутствие официальной статистики Министерства здравоохранения РФ. В юридической литературе неоднократно предпринимались попытки понять причины и факты врачебных ошибок , так же как и дать определение самого понятия «врачебная ошибка» , не нашедшего отражения в действующем законодательстве.

В анализе врачебных ошибок, как сложного и многостороннего явления, акцентируется внимание лишь на противоправных действиях врача, нередко за рамками исследования остается углубленное изучение возможностей их минимизации. Отсюда плюрализм мнений, как со стороны законодателя, так и со стороны врачебного сообщества. Сложность в рассмотрении дел о врачебных ошибках заключается в разграничении добросовестного заблуждения врача и преступных действий, причиняющих пациенту смерть по неосторожности.

В русле научного освещения проблемы причинения смерти по неосторожности требуется достичь ясности, поскольку от этого зависит качество оказываемых медицинских услуг, лимит доверия со стороны пациентов ко всей системе здравоохранения, эффективность законодательных актов в сфере охраны здоровья граждан и правоприменительной деятельности с целью защиты прав пациентов и врачей.

Сфера применения мер уголовной ответственности в отношении врачей требует комплексного правового обеспечения, создания совершенных нормативных и ведомственных актов с целью предупреждения возможных негативных последствий в результате лечения.

Центральной идеей понимания преступления вследствие причинения смерти по неосторожности среди авторов звучит «наличие преступной небрежности в действиях медицинского работника» «убийство, совершенное как по небрежности, так и по легкомыслию» , «ненадлежащее исполнение профессиональных обязанностей» и т.д.

Поэтому важно найти в современном уголовном законодательстве положения, которые бы позволили преодолеть возможные заблуждения и определиться с логическими связками врачебной ошибки и наступления смерти по неосторожности.

Логика теоретического исследования позволяет сформировать возможные критерии применения мер ответственности к врачам при наступлении смерти пациента, а также выработать превентивные меры, предупреждающие деяния со стороны врачей.

Анализ уголовных дел по факту причинения смерти по неосторожности позволяет сделать вывод о том, что большая часть таких преступлений завершается судом применением основного и/или дополнительного вида наказания в виде лишения права заниматься профессиональной (врачебной) деятельностью.

Согласно статистическим данным Судебного Департамента при Верховном Суде России за 2018 год по главе 16 УК РФ наказание в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, в качестве дополнительного наказания, было назначено в 804 случаях. «Иные посягательства на жизнь» по ст. ст. 106-110.2 назначены в 71 случае. Число осужденных по статье 109 УК РФ составило по части 1 – 855 человек, по части 2 – 151 человек.

В контексте проводимых реформ непрерывного медицинского образования и сертификации (аккредитации) врачей приходим к обоснованному выводу о необходимости внеочередной врачебной аккредитации, даже в случае, если его сертификат является действующим на момент истечения срока приговора о лишении права заниматься врачебной деятельностью.

Врач отстраняется от практического осуществления своих профессиональных обязанностей, что непосредственным образом влияет на его компетентность. За это время меняются и технологии, а порой и методы лечения.

Главная задача, решаемая в вопросах компетентности врача, заключается в определении компонентов клинической компетентности. Если обратиться к этимологии слова «компетентность», оно имеет латинские корни и означает с лат. competens – «соответствующий». «Компетентность личности имеет определенную структуру, компоненты которой связаны со способностью человека решать различные проблемы в повседневной, профессиональной или социальной жизни» .

На доктринальном уровне в Докладе Федерального совета США по образованию в области внутренней медицины выделены три группы ценностей: гуманизм, профессионализм и этика. Под профессионализмом в этом документе подразумевается приверженность к постоянному обучению, а также к пониманию различий научно обоснованных знаний и личного опыта.

Действительно, профессионализм в деятельности врача – один из важных критериев оказания медицинской помощи. На наш взгляд, именно переоценка собственных знаний и опыта приводят к смертельным исходам.

Такому суждению вполне соответствуют материалы практики. Приговором Ленинского районного суда города Санкт-Петербург суда по ч. 2 ст. 109 УК РФ суд признал доказанным, что С.Е.И. совершила причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей. Она, являясь врачом-неврологом действуя по неосторожности в форме небрежности при выполнении назначенной М.А.Г. эпидуральной блокады с введением анестезирующего вещества – 2% лидокаина (в объеме 8 мл) в эпидуральное пространство для лечения имевшейся у последней радикулопатии, ненадлежащим образом исполнила свои вышеуказанные профессиональные обязанности, причинив по неосторожности смерть потерпевшей. Из материалов дела следует, что врач не убедилась в безопасности выполняемых ею медицинских манипуляций, введя раствор местного анестетика в кровеносные сосуды или в субдуральное пространство; не осуществляла мониторинг состояния пациентки, а именно артериального давления, частоты сердечных сокращений, пульсоксиметрии, что привело к несвоевременной диагностике критического состояния; выполняла эпидуральную блокаду в условиях процедурного кабинета, а не в помещении, где имеется оборудование, необходимое для оказания реанимационной помощи (аппарат ИВЛ, дефибриллятор и пр.) при внезапном возникновении остановки кровообращения, следствием чего явилось непроведение реанимационных мероприятий при развитии критического состояния; при выполнении эпидуральной блокады отсутствовал венозный доступ, наличие которого является обязательным при выполнении нейроаксиальных блокад, на случай возникновения ситуаций, требующих немедленного внутривенного введения лекарственных средств, следствием чего явилась невозможность внутривенного введения лекарственных препаратов при возникновении критического состояния.

Патологическое действие лидокоина привело к развитию тяжелой постгипоксической энцефалопатии и остановке сердца у потерпевшей.

Отсутствие анестезиолога-реаниматолога, предусмотренного правилами проведения подобных манипуляций, и отсутствие своевременных реанимационных мероприятий привели к гипоксическому повреждению головного мозга и смерти пациента.

Необходимым является адекватное восприятие последствий со стороны врача, оценка манипуляций, которые могут привести к летальному исходу у пациента. Достижимым это окажется, прежде всего, при условии системного подхода к предотвращению подобных ошибок, повышению безопасности проводимых процедур, соблюдению порядка оказания медицинской помощи, соблюдению всех стандартов медицинской помощи, которые обязательны для исполнения.

В приведенном примере суд признал невозможным сохранение за подсудимой права заниматься врачебной деятельностью, и, с учетом характера и высокой общественной опасности совершенного преступления, лишил ее права заниматься врачебной деятельностью на максимальный срок, предусмотренный ч. 2 ст. 47 УК РФ.

В другом примере Х.В.М. признан виновным в причинении смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей. Преступление совершено в г. Ульяновск. Судом в приговоре верно указано, что выводы экспертиз в части невозможности установления прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти, не могли быть признаны достоверными, поскольку выводы экспертиз об этом и показания обвиняемого опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств, в том числе заключением повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы, разъяснениями экспертов, оснований не доверять которым не имеется.

При таких обстоятельствах действия Х.В.М. судом правильно квалифицированы по ч. 2 ст. 109 УК РФ – причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей. Исходя из совокупности всех установленных по делу фактических обстоятельств, в том числе, связанных с событиями совершенного преступления, суд пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения Х.В.М. дополнительного наказания в виде лишения права заниматься врачебной деятельностью, связанной с оказанием медицинской помощи при ведении родов у женщин .

Еще в одном деле приговором Люберецкого городского суда установлено, что осужденный М.А. на основании приказа генерального директора был назначен на должность врача-колопроктолога медицинского центра, и в рамках договора возмездного оказания медицинских услуг, заключенного между пациентом Т.П. и исполнителем в лице генерального директора М.Х., в ходе оказания медицинской услуги по проведению операции Т.П., врач-колопроктолог М.А. не убедившись в правильности применяемых методов оказания медицинской помощи пациенту Т.П., допустил грубые дефекты при проведении анестезии, что привело к развитию угрожающего для жизни состояния – острой сердечно-сосудистой недостаточности тяжелой степени, в результате чего наступила смерть пациента Т.П. в операционном кабинете.

Наказание было назначено по ч. 2 ст. 109 УК РФ в виде ограничения свободы до 1 года 9 месяцев, с установленными в приговоре ограничениями, а также дополнительное наказание в виде лишения права заниматься врачебной деятельностью – до 2-х лет.

Лишение заниматься определенной деятельностью может выражаться в запрещении заниматься как профессиональной, так и иной деятельностью. Как указывается в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 N 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» в приговоре следует конкретизировать вид такой деятельности: педагогическая, врачебная, управление транспортом и т.д.

Вышеприведенные суждения вполне можно расценить как реноме правоприменителя через призму законодателя, если отбросить некоторые контроверзы относительно понимания врачебной деятельности, которая, по сути, терминологически не отражена в законодательстве. Можно прибегнуть к деспециализации терминов, и принять проникновение термина «врачебная деятельность» в сферу юридического функционирования судов в общеязыковом употреблении.

Однако, на наш взгляд, недооценка, а также переоценка правоприменительных механизмов может привести к отрицательному эффекту, отстраняя врача на год или два совсем от медицинской деятельности. Необходимым является нахождение баланса, как в терминологическом применении понятия «лишение права заниматься врачебной деятельностью» судами, так и в применении данного наказания по отношению к врачам.

Понятие медицинской деятельности дается в Федеральном законе от 21.11.2011 N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», а перечень работ (услуг), составляющих медицинскую деятельность изложены в Постановлении Правительства РФ от 16.04.2012 N 291 «О лицензировании медицинской деятельности». Перечисленные в Постановлении Правительства виды медицинской деятельности подлежат обязательному лицензированию.

Обязательным документом для признания квалификации врача соответствующей всем нормам законодательства является не только диплом, но и до недавней реформы сертификат врача-специалиста. Такие документы выдаются соответствующим учебным заведением сроком на 5 лет. Нужно понимать, что сертификат выдается по конкретной врачебной специальности (офтальмология, неврология, стоматология, терапевтическая стоматология, ортодонтия, ортопедическая стоматология), а потому осуществление медицинской практики ограничено такой специальностью. И даже в случае, когда специальности смежные и у врача есть фактическая квалификация (например «стоматология» и «терапевтическая стоматология») такая практика будет законной только при наличии соответствующего документа.

В том же Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 N 58 судам рекомендовано при назначении дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью обсуждать вопрос о целесообразности его применения в отношении лица, для которого соответствующая деятельность связана с его единственной профессией.

Представленная конструкция имеет, без сомнения, социальную направленность. Ведь лишенный права заниматься врачебной деятельностью врач даже за короткий срок теряет профессиональные навыки. В случае с врачебной деятельностью необходим постоянный профессиональный рост и освоение новых методик в медицинской области.

По сути, трактовка Пленума Верховного суда является легализованным выходом из сложившейся ситуации, так как необходимость конкретизировать соответствующий вид врачебной деятельности в приговоре призвана детализировать именно ту сферу врачебной специальности, по которой врач сертифицирован.

До 1 января 2016 года допуском к профессиональной деятельности медицинских и фармацевтических работников являлась процедура сертификации специалиста. С 1 января 2016 года внедряется новая процедура допуска к профессиональной деятельности – аккредитация специалиста.

Переподготовка врачей, лишенных права заниматься определенной деятельностью, по которой они были осуждены, в силу объективной нехватки врачей и утраты профессиональных навыков, могла бы стать вариантом решения проблем. Например, врач-педиатр может переобучиться на врача-диетолога и работать в фитнесс-центре или санатории, или на медицинского психолога, не уходя из профессии, но выбрав менее опасную, с точки зрения совершения врачебных ошибок, специальность.

Согласно Номенклатуре должностей медицинских работников и фармацевтических работников , к числу медицинских работников отнесены врач-методист, врач-статистик, врач-лаборант (биолог), медицинский регистратор и другие лица, трудовая сфера которых находится за пределами непосредственного оказания медицинской помощи.

В конечном счете, это позволило бы оставить осужденного врача в здравоохранении, используя адекватные санкции, призванные применить превентивно-поощрительные меры, с целью исключить подобные ошибки после завершения срока наказания.

Сознательным, с точки зрения законодателя, явилось бы создание на федеральном уровне списка действующих практикующих врачей, дабы исключить возможность приема на работу и допуска к врачебной деятельности тех врачей, которые лишены права заниматься врачебной деятельностью по решению суда. Каждый случай осуждения судом должен быть зарегистрирован и внесен в базу данных.

Как показывает опыт США, данная система фиксации судебных и досудебных дел эффективно работает, обобщая данные лицензирующим органом.

Возможно, эта информация могла бы быть доступной исключительно в целях информирования медицинских организаций, принимающих на работу врачей, исключая доступ к ней пациентов.

Следует согласиться со словами президента Общероссийской общественной организации «Лига защитников пациентов» А.В. Саверского о том, что «регулировать деятельность целой профессии уголовным кодексом – это нонсенс» . Целесообразнее разграничить, как во всем мире, тяжесть причиняемых последствий от непрофессионализма врача, и ввести административную ответственность с предъявлением гражданских исков в рамках страхования ответственности врачей, оставив уголовную ответственность исключительно за тяжкие последствия в виде пожизненного лишения врачебной лицензии.

Многочисленные примеры судебной практики свидетельствуют о том, что врач, привлеченный к ответственности, допускает профессиональную ошибку в своей деятельности. К примеру «техника проведения «эпидуральной блокады» не соответствовала методике ее проведения в связи с тем, что в процедурном кабинете не имелось реанимационного оснащения для незамедлительной борьбы с возможными последствиями патологического действия лидокаина».

В рамках разбирательства уголовных дел о ненадлежащем исполнении медицинскими работниками профессиональных обязанностей проводятся судебно-медицинские экспертизы. И по смыслу закона, под ненадлежащим исполнением профессиональных обязанностей виновным понимается поведение лица, полностью или частично не соответствующее официальным требованиям или предписаниям, предъявляемым к лицу, в результате чего наступает смерть потерпевшего. Эта ситуация в главных моментах обусловлена утратой профессиональных навыков или недостаточной квалификацией.

С определенных позиций, вопрос переподготовки осужденных врачей, в рамках реализации приоритетных направлений сферы здравоохранения в стране по сохранению врачей в профессии, на период лишения права заниматься врачебной деятельностью является возможным выходом. Осуществление дальнейшего допуска врача через процедуру повторной внеплановой аккредитации, после завершения срока наказания, является законодательно обоснованным, ведь решением суда врач признается совершившим преступление, выразившееся в ошибочной диагностике, в ошибках (дефектах) в оказании медицинской помощи, в противоправных деяниях, идущих порой вразрез с установленными порядками и стандартами оказания медицинской помощи. Все это приводит к пагубным последствиям для пациента.

Данная модель повторного контроля со стороны аккредитационных комиссий, создаваемых из представителей органов управления здравоохранением, явилась бы превентивной мерой, исключающей повторение подобных ошибок со стороны врача. Приводимые меры коррелируются с биоэтическими принципами: не навреди; делай благо; принципом справедливости; уважением автономии пациента, лежащими в основе сложной системы обеспечения здоровья народонаселения.

Таким образом, феномен социальной интеракции, при доминировании врача, как профессионала, в процессе лечения пациента, выражается в утраченном доверии к профессиональному соответствию лица требованиям, предъявляемым к осуществляемой медицинской деятельности и требует системного комплексного подхода в восстановлении доверительных связей, складывающихся в медицинской сфере между пациентом и врачом, соотносимыми с действиями не только в настоящем, но и в прошлом и в будущем.

Здоровье и жизнь граждан являются одним из основных элементов, защищаемых российской Конституцией (статья 41). Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Ошибки медицинских работников могут привести к нарушению прав граждан на здоровье и жизнь. В этой связи российское законодательство устанавливает ответственность медицинских работников за их неправомерные действия и/или бездействия.

Согласно федеральному закону от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (статья 98) медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Юридическая ответственность медицинских работников за профессиональные правонарушения включает в себя

  • материальную ответственность;
  • дисциплинарную ответственность;
  • административную ответственность;
  • гражданско-правовую ответственность;
  • уголовную ответственность.

Материальная ответственность

Материальная ответственность предусмотрена «Трудовым кодексом Российской Федерации» от 30.12.2001 № 197-ФЗ (далее – «Трудовой кодекс»).

Согласно статье 233 Трудового кодекса материальная ответственность медицинского работника наступает за ущерб, причиненный им медицинской организации в результате виновного противоправного поведения работника (действий или бездействия), если иное не предусмотрено Трудовым кодексом или иными федеральными законами.

Однако работник обязан возмещать медицинской организации только прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Например, если работник в результате своего противоправного поведения поломал медицинское оборудование, то работник должен возместить медицинской организации стоимость этого оборудования, однако не возмещает те денежные средства, которые медицинская организация могла бы получить, используя это оборудование и получая вследствие этого денежные средства за услуги от пациентов.

Дисциплинарная ответственность

Дисциплинарная ответственность возникает за дисциплинарные проступки. Под дисциплинарными поступками понимаются нарушения служебной и трудовой дисциплины.

Трудовой кодекс устанавливает возможные виды дисциплинарных проступков в сфере трудовых отношениях. К этим проступкам в том числе относятся появление на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения, опоздание на работу, прогул, невыполнение распоряжений главного врача и т.д.

За дисциплинарные проступки к медицинским работникам может быть применена ответственность в виде (статья 192 Трудового кодекса):

  • замечания;
  • выговора;
  • увольнения по соответствующим основаниям.

Федеральными законами, уставами и положениями о дисциплине для отдельных категорий работников могут быть предусмотрены также и другие дисциплинарные взыскания или негативные последствия.

Например, при появлении на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения работник отстраняется от работы (статья 76 Трудового кодекса).

При возложении дисциплинарной ответственности должны соблюдаться следующие правила:

  • не допускается применение дисциплинарных взысканий, не предусмотренных федеральными законами, уставами и положениями о дисциплине (статья 192 Трудового кодекса);
  • до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от медицинского работника письменное объяснение (статья 193 Трудового кодекса);
  • дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни медицинского работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверкипозднее двух лет со дня его совершения (статья 193 Трудового кодекса);
  • за каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание (статья 193 Трудового кодекса);
  • приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется медицинскому работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания (статья 193 Трудового кодекса);
  • дисциплинарное взыскание может быть обжаловано медицинским работником в государственную инспекцию труда и (или) органы по рассмотрению индивидуальных трудовых споров (статья 193 Трудового кодекса).

Административная ответственность

Административная ответственность медицинских работников установлена «Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях» от 30.12.2001 № 195-ФЗ (далее – «Административный кодекс»).

Административная ответственность возникает при противоправном действии (бездействии) медицинского работника.

Обязательным элементом возникновения административной ответственности является наличие вины.

Пункт 2.2. Административного кодекса предусматривает следующие формы вины: умысел и неосторожность:

  • Административное правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, сознавало противоправный характер своего действия (бездействия), предвидело его вредные последствия и желало наступления таких последствий или сознательно их допускало либо относилось к ним безразлично;
  • Административное правонарушение признается совершенным по неосторожности, если лицо, его совершившее, предвидело возможность наступления вредных последствий своего действия (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение таких последствий либо не предвидело возможности наступления таких последствий, хотя должно было и могло их предвидеть.

Административный кодекс предусматривает в том числе следующие правонарушения, которые могут повлечь административную ответственность медицинского работника, действующего в своем качестве как медицинский работник или как должностное лицо медицинской организации:

  • Сокрытие источника заражения ВИЧ-инфекцией, венерической болезнью и контактов, создающих опасность заражения (статья 6.1 КоАП РФ);
  • Незаконное занятие народной медициной (статья 6.2 КоАП РФ);
  • Нарушение законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения (статья 6.3 КоАП РФ);
  • Незаконный оборот наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов и незаконные приобретение, хранение, перевозка растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества (статья 6.8 КоАП РФ);
  • Нарушение правил оборота наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров либо хранения, учета, реализации, перевозки, приобретения, использования, ввоза, вывоза или уничтожения растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества либо их прекурсоры, и их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества либо их прекурсоры (статья 6.16 КоАП РФ);
  • Нарушение установленных правил в сфере обращения медицинских изделий (статья 6.28 КоАП РФ);
  • Невыполнение обязанностей о представлении информации о конфликте интересов при осуществлении медицинской деятельности и фармацевтической деятельности (статья 6.29 КоАП РФ);
  • Невыполнение обязанностей об информировании граждан о получении медицинской помощи в рамках программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи и территориальных программ государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи (статья 6.30 КоАП РФ).

Вышеуказанные нарушения медицинских работников влекут наложение на них штрафа. В некоторых случаях административной ответственности подлежит именно медицинский работник, выступающий как лицо, выполняющее профессиональные функции, в других случаях – должностные лица медицинской организации (например, главный врач, главная медсестра, зав. отделением, др.). С 1 января 2014 года медицинские работники стали субъектами, к которым может быть применено административное наказание в виде дисквалификации.

Подпишитесь на нас Подпишись на рассылку и получай первым самую свежую и актуальную информацию от Факультета Медицинского Права. Отправляя заявку, вы соглашаетесь с условиями обработки и использования персональных данных.

Гражданско-правовая ответственность

Гражданско-правовая ответственность наступает, если присутствуют следующие три признака:

  • совершение правонарушения;
  • причинение вреда пациенту;
  • причинно-следственная связь между правонарушением и причиненным вредом.

По общему правилу гражданско-правовую ответственность несут медицинские организации за вред, причиненный их работниками при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (статья 1068 ГК РФ).

Медицинская организация, однако, после возмещения вреда гражданину получает право получить выплаченную сумму с медицинского работника (право обратного требования (регресса)) (статья 1081 ГК РФ), которая в лучшем случае ограничена прямым реальным ущербом и не может представлять собой упущенную выгоду. Ответственность работников ограничена трудовым законодательством и представлена в двух формах: полная и ограниченная материальная ответственность. Если же между медицинской организацией и медицинским работником был заключен не трудовой договор, а договор гражданско-правового характера, то ответственность работника не ограничивается рамками трудового законодательства и медицинская организация имеет шансы полноценного регресса.

Более подробно вопросы гражданской ответственности освещены в статье «Гражданская ответственность медицинских работников».

Уголовная ответственность

Основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного Уголовным кодексом.

В составе преступления традиционно выделяют следующие четыре признака:

  • объект – это общественное отношение, которое защищается Уголовным кодексом;
  • объективная сторона – это совокупность признаков, характеризующих внешнее проявление преступления (в частности, действие/бездействие, причинно-следственная связь; время, место, обстановка и другие детализирующие данные);
  • субъект – физическое лицо, совершающее преступление (медицинский работник);
  • субъективная сторона – психическое отношение лица к совершаемому им общественному опасному деянию (вина, мотив и цель). Вина лица может быть в виде умысла (прямого или косвенного) или неосторожности (преступное легкомыслие или преступная небрежность).

Уголовный кодекс предусматривает широкий перечень оснований, при которых может возникнуть ответственность медицинского работника. Это и причинение вреда здоровью, и неоказание помощи больному, и незаконные приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, и незаконное осуществление медицинской деятельности.

Виды нарушений при уголовной ответственности перекликаются с видами нарушений Административного кодекса, однако они имеют более общественно опасный характер, поэтому при уголовной ответственности санкции в отношении медицинского работника более жесткие.

Мера уголовного наказания за совершения преступления может быть разной – от денежного штрафа до лишения свободы.

Более подробно вопросы уголовной ответственности освещены в статье «Уголовная ответственность медицинских работников».

Юридическая ответственность медсестры

Кроме моральной ответственности медицинской сестры, которая представлена в Этическом кодексе медсестры, существуют и другие виды ответственности. Если во время выполнения своих профессиональных обязанностей медсестра допускает правонарушения, то в соответствии с действующим законодательством РФ она несет административную, гражданскую, имущественную и уголовную ответственность.

К ответственности может привести ненадлежащее исполнение своих профессиональных обязанностей. Для оценки качества работы медицинской сестры используются представленные ниже критерии.

Критерии оценки качества работы медицинской сестры:

1) отсутствие осложнений после выполнения медицинских манипуляций;

2) отсутствие нареканий от руководства и жалоб от пациентов и их родственников;

3) своевременное и качественное выполнение профессиональных обязанностей;

4) отсутствие замечаний в ходе плановых и экстренных проверок;

5) наличие коммуникативных связей с коллегами и клиентами.

В соответствии с Трудовым кодексом РФ медицинская сестра ответственна за соблюдение условий трудового договора. Так, за выход на работу в состоянии алкогольного или наркотического опьянения работник подлежит увольнению в тот же день. При разглашении служебной или коммерческой тайны, а также информации о пациенте работодатель может расторгнуть трудовой договор.

Низкое качество выполнения профессиональных обязанностей может привести к административной и дисциплинарной ответственности медсестры. В соответствии со ст. 135 КЗоТа руководство медицинского учреждения может наложить на работников дисциплинарное взыскание (выговор, строгий выговор, перевод на менее оплачиваемую работу, понижение в должности на срок до трех месяцев) или уволить. При наложении дисциплинарного взыскания учитываются тяжесть проступка, обстоятельства, в которых он был совершен, а также отношение работника к трудовым обязанностям до совершения проступка.

Медсестра может быть уволена руководством медицинского учреждения за несоответствие занимаемой должности (нарушение технологии выполнения манипуляций, несоблюдение санитарно-противоэпидемического режима).

В случае совершения преступления медсестра может привлекаться к уголовной ответственности. Преступлением является противоправное действие или бездействие, совершенные намеренно или случайно (по неосторожности). В большинстве случаев преступления в профессиональной медицинской деятельности не являются умышленными. Наиболее часто они связаны с непредвидением или недооценкой возможных последствий при выполнении каких-либо профессиональных действий (ст. 9 УК РФ). Если какие-либо действия или, наоборот, бездействие расценены как преступные, то они приводят к уголовной ответственности.

Действующий УК РФ не предусматривает специальных статей об ответственности медработников. Уголовная ответственность для медработников наступает в соответствии со статьями УК о неосторожном убийстве, неосторожном тяжком телесном повреждении, подвергании другого лица опасности ВИЧ-инфицирования, криминальном аборте, подмене или похищении ребенка, неоказании помощи больному (гл. 3 УК РФ). Все эти преступления характеризуются как преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности. Итак, рассмотрим основные случаи наступления уголовной ответственности.

Убийство по неосторожности может произойти при ошибочном введении пациенту сильнодействующих и ядовитых лекарств, неправильном расчете дозы и в других подобных случаях. Если тяжелобольной пациент остался без постоянного наблюдения медсестры, что привело к летальному исходу, это также считается убийством по неосторожности. В тех случаях, когда невнимательное отношение к пациенту приводит к ухудшению его здоровья, медсестра также несет юридическую ответственность.

Преступлением является создание угрозы заражения или заражение ВИЧ, что может быть связано с активными действиями (например, использованием нестерильных инструментов) или бездействием (нарушением санитарно-противоэпидемического режима). Независимо от того, произошло заражение ВИЧ или нет, преступление считается совершенным.

Такое преступление, как подмена ребенка, может быть совершено только умышленно. В этом случае виновный осознает свои действия и имеет какой-либо мотив. Лицо, совершившее подмену ребенка, также привлекается к уголовной ответственности.

Существует и уголовная ответственность за неоказание помощи больному (ст. 128 УК РФ). Неоказание помощи больному заключается в бездействии, т. е. означает, что медработник не предпринял каких-либо действий для спасения человека или облегчения его состояния. Однако существует ряд обстоятельств, при которых неоказание помощи больному не приводит к уголовной ответственности. К ним относятся стихийные бедствия, отсутствие средств для оказания первой медицинской помощи, болезнь медицинского работника, наличие одновременно нескольких тяжелобольных, при условии, что помощь оказывалась одному из них.

Ст. 221 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за незаконное врачевание. Преступление связано с постановкой диагноза, выполнением медицинских манипуляций, назначением лечения лицом без соответствующего образования. Ответственность за преступление наступает независимо от наличия или отсутствия вредных последствий. Если в результате незаконного врачевания был причинен вред здоровью больного, то наступает ответственность и за преступление, направленное против личности.

При установлении ответственности за незаконное врачевание необходимо выявить факт получения вознаграждения (денег, ценных вещей, продуктов) за незаконное оказание медицинских услуг. К незаконному врачеванию относится медицинская деятельность медработника, не имеющего на него права (нет диплома о соответствующем образовании, сертификата или лицензии на осуществление конкретных видов деятельности). В том случае, если медицинский работник желает вести частную медицинскую деятельность, кроме вышеперечисленных документов, нужно получить разрешение местной администрации. Кроме того, частная медицинская практика согласовывается с профессиональными медицинскими ассоциациями.

В повседневной практике к медицинским сестрам часто обращаются с просьбой сделать инъекции. Медсестрам следует знать, что выполнение медицинских манипуляций на дому также является незаконной деятельностью. Кроме того, это может привести к серьезным последствиям. Если у больного во время введения препарата или после него разовьется тяжелая аллергическая реакция (анафилактический шок), то в домашних условиях медсестра не сможет оказать первую медицинскую помощь в полном объеме, что может привести к смерти больного.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.
Читать книгу целиком
Поделитесь на страничке

admin