Срок дожития 2018

Расчет периода дожития

Для определения возраста дожития существует определенная методика. Она была закреплена в Постановлении Правительства РФ №531 в июне 2015 года и упростила расчет периода дожития.

Формула выглядит так:

T = (Si × ei + Sj + ej / Si × Sj) × 12

Значение переменных в формуле:

  • T – предполагаемый срок выплаты пенсионных пособий в месяцах;
  • Si – число мужчин, вступивших в пенсионный возраст;
  • Sj – женское население, вышедшее на заслуженный отдых;
  • еi – средняя продолжительность жизни мужской половины;
  • ej – предположительный срок жизни женщин.

Перед началом нового финансового года определяется предполагаемый средний возраст дожития для пенсионеров.

Обязательно проводится процедура сравнения новых показателей с предыдущими. Обновленные данные не могут быть меньше прошлых или в разы превышать их.

Факт! Данные региональных показателей по стране весьма отличаются друг от друга.

Возраст дожития мужчин

Статистика показывает, что средняя продолжительность жизни мужчин в России составляет 67-67,5 лет. Некоторые ошибочно считают, что для того, чтобы рассчитать время дожития, достаточно вычесть от этой цифры возраст выхода на пенсию.

На самом деле для расчета среднего возраста дожития для мужчин, необходимо проделать вычисления, поднять статистику и составить определенные алгоритмы. Такие задачи возлагаются на Росстат. Их предоставленной официальной статистики следует, что на сегодняшний день мужскому населению предсказывают прожить на пенсии в среднем 16,56 лет.

Возраст дожития для женщин в России

Определить, какой возраст дожития у женщин поможет тот же алгоритм вычисления, что и для мужского населения. У женщин отмечается иная продолжительность жизни – 78-79 лет, а следовательно, и другой срок пенсионного дожития – 26,28 лет.

Интересно! Страхование на дожитие — один из основных видов страхования жизни, подразумевается страхование дожития до определенного возраста.

Во Франции, Германии, Швейцарии, Японии и других странах значительно повышен возраст выхода на пенсию. Аналогичные законы сейчас разрабатываются в США, Канаде и странах ЕС. Они уже вызвали забастовки госслужащих, летчиков, водителей и учителей. В России подобный вариант решения проблем пенсионной системы тоже рассматривается. Его сторонники ссылаются на мировой опыт и экономическую целесообразность, противники угрожают социальным взрывом.
ЗА «Альтернативы повышению возраста выхода на пенсию нет»
Вячеслав ФЕДОРОВ, президент негосударственного пенсионного фонда «Социальное развитие»
Я убежден, что альтернативы повышению возраста выхода на пенсию у нас нет. Основная составляющая этой проблемы — демография. Идет сокращение числа работающих и неуклонный рост числа людей, выходящих на пенсию. Усугубляет ситуацию неспособность государства эффективно собирать налоги с малого и среднего бизнеса — главными налогоплательщиками сегодня остаются крупные предприятия. Но основа нашего благополучия —это конкурентоспособность экономики. В будущем мы не сможем закрыться от мира и жить автономно. Неспроста же в других странах возраст выхода на пенсию уже от 62 лет и выше. Так что Россия заповедником «молодежного» выхода на пенсию, как это повелось, вечно оставаться не сможет. Дело не только в женщинах, выходящих на пенсию в 55 лет. Дело в льготниках, становящихся пенсионерами и до 45 лет, и даже до 40 лет, например, сотрудниках МВД и других силовых структур. Льготники составляют до 15% пенсионеров, серьезно подрывая позиции бюджета. И это в то время, когда в мире существует позитивный опыт и есть стандартная практика накопления подобных пенсий не за счет бюджета, а за счет страховых взносов, как в России. У нас такие законы не приняты до сих пор.
Кстати, все европейские страны, включая Восточную Европу, пошли дальше. Они приступили к плановому повышению возрастного ценза ыхода на пенсию. Самый высокий — в Германии, 67 лет для мужчин и женщин. Тот закон там уже принят и вступает в силу через три года. Конечно, можно резонно возразить, что в России меньше продолжительность жизни. Но давайте смотреть правде в глаза. Средняя продолжительность жизни мужчин — 58 лет — во многом складывается из того, что они умирают в молодом возрасте (аварии, алкоголь, войны). Те же, кто доживает до пенсии, живут, как и женщины, в среднем до 73 лет. Реальность опережает законотворчество. Многие пенсионеры работают. Конечно, из-за нужды. Но объективная ситуация такова, что уже сегодня на одного пенсионера приходится 1,7 работающих, а завтра эта пропорция увеличится. И это диктует новые правила выживания, так почему бы их не узаконить? Разумеется, есть множество людей, которые не могут себе позволить работать в зрелом возрасте по состоянию здоровья. Инвалиды, например. государство обязано о них заботиться. Но работоспособные люди должны трудиться дольше. Я осознаю непопулярность такого предложения, но это объективная необходимость завтрашнего дня.
Ведь бюджет Пенсионного фонда только за счет крупных предприятий постоянно вытягивать нельзя. Надорвемся. Это тупик. Надо уйти от добровольных пенсионных накоплений и перейти на обязательные накопления как граждан, так и работодателей. Опять же, так заведено во всем цивилизованном мире, где люди, устраиваясь на работу, подписываются как на добровольные пенсионные накопления, так и на корпоративные пенсионные программы.
Я понимаю, что в моем утверждении есть некое противоречие: люди с низкими доходами у нас не могут себе позволить добровольных накоплений. Но это решение надо готовить за счет подтягивания низких зарплат до потребительского минимума. Так мы начнем реально стимулировать рост пенсионных накоплений. И за счет собственных ресурсов граждан, и за счет работодателей. В принципе эти призывы звучат давно. Но сегодня с пенсионерами ситуация сложилась критическая. В ряде регионов пенсии съедают коммунальные платежи, и, кроме картошки и хлеба, пожилые люди ничего себе позволить не могут. На фоне кризиса эта проблема может рвануть с такой силой, что мало не покажется. Поэтому мы превентивно должны осознать две вещи. Первое: это национальный позор, когда люди, в свое время построившие национальную экономику, сегодня, по сути, нищенствуют. Второе: надо действовать. И насколько я вижу, некоторые меры, предпринимаемые правительством, говорят о том, что, не делая публичных заявлений, оно встает на европейский путь реформирования пенсионной системы, готовя население к непростым преобразованиям. Несколько примеров: это поправка в рамках закона № 56-ФЗ о дополнительных пенсионных взносах: для тех, кто может выйти на пенсию, но не оформляет ее, коэффициент по перечислениям пенсии возрастает 4 к 1. Это скрытый стимул роста занятости людей зрелого возраста. Этому же способствует повышение для работающих пенсионеров базовой ставки пенсии на 6% за каждый год при наличии стажа свыше 30 лет.
Эти меры де факто стимулируют людей добровольно выходить на пенсию позже. Хотя, на мой взгляд, вводить увеличение пенсионного возраста надо постепенно, прозрачно и последовательно, чтобы все были к этому готовы. Потому что работа до преклонных лет — это объективная реальность экономики будущего.
ПРОТИВ
«Зачем «мертвым душам» увеличивать пенсионный возраст?»
Олег НЕТЕРЕБСКИЙ, заместитель председателя ФНПР, член Общественной палаты
Постоянное реформирование пенсионной системы остается тайной за семью печатями. Люди элементарно не понимают, что происходит с их деньгами, куда они идут и как тратятся. К тому же у нас отсутствуют распространенные в западных странах механизмы общественного контроля над работой пенсионных фондов. Единственная информация, доступная россиянам, — мало кому понятные ежегодные «письма счастья», сведения Пенсионного фонда об имеющихся накоплениях. При этом мы постоянно слышим намеки на необходимость повышения возраста выхода на пенсию. Увеличение пенсионного возраста с нынешних 60 лет для мужчин и 55 лет для женщин было бы просто аморальным. Особенно для мужчин, когда их пенсионный возраст, если его еще повысить, станет выше средней продолжительности жизни. Зачем «мертвым душам» увеличивать возраст выхода на пенсию? Вряд ли такой ход добавит гражданам веры в возможность получения достойной пенсии. Он будет рассматриваться однозначно — как стремление уменьшить число пенсионеров.
С другой стороны, мы не можем отрицать очевидного — ПФ фактически находится в положении банкрота. Недавнее решение правительства об изменениях налоговой системы следует рассматривать как признание этого факта. Что же делать в такой ситуации, если не увеличивать пенсионный возраст?
Сегодня в стране пенсию получают около 39 млн человек, но 9 млн из них являются не пенсионерами, а получающими социальные пособия, например, инвалиды, дети погибших военнослужащих. Общество должно обеспечивать эти группы людей, тем более что такое обязательство записано в Конституции. Но надо называть вещи своими именами — для выплаты социальных пособий следует использовать бюджетные средства, не пенсионные. Конечно, нагрузка ляжет на налогоплательщиков, но сокращение на четверть количества пенсионеров даст возможность видеть реальную картину пенсионной системы в стране. Существующие пенсионные начисления сейчас удается взимать во многом благодаря тому, что они являются обязательными. Хуже всего обстоит ситуация с накопительной частью. Если остальные компоненты пенсии опираются на солидарную систему, то есть будут формироваться государством и трудящимися и будут соотноситься с текущим уровнем зарплат и цен, то накопительная часть — это те деньги, которые работник откладывает сегодня, а тратить будет через десятилетия. По неполным итогам 2008 года мы видим, что практически все фонды, осуществляющие управление накопительными пенсиями, ушли в минус — не только с учетом инфляции, но и в абсолютном выражении.
С такими «успехами» что можно будет купить на эти деньги через десятилетия? Возможно ли доверие к Пенсионному фонду, если никто не гарантирует сохранности средств, когда накопления граждан обесцениваются?
Чтобы вернуть доверие граждан, государство должно обязать пенсионные фонды обеспечивать доходность по схеме «инфляция плюс», то есть они должны как покрывать инфляцию, так и давать прирост накоплений. Само государство, раз уж ставит игроков в такие жесткие рамки, берет на себя обязательство компенсировать потери в том случае, если инфляция окажется выше прогнозировавшейся ранее.
Сами инструменты инвестиций, доступные пенсионным фондам, сейчас также далеки от совершенства. Имея доступ к длинным и относительно дешевым деньгам — мечте любого инвестора, — они продолжают складывать средства в фондовый рынок, обладающий спекулятивным характером. Почему деньги не идут в инфраструктурные проекты? Где инвестиции в структурообразующие отрасли экономики? Такие сферы, как топливно-энергетический комплекс, транспорт, жилищное строительство, готовы взять на себя долгосрочные обязательства и способны обеспечить необходимый прирост заемных денег. Но для этого нужны определенные финансовые механизмы, созданные специально для пенсионных денег, дающие именно пенсионным фондам приоритетную возможность делать ффективные вложения. В «Концепции долгосрочного развития страны до 2020 года» намечена цель достижения средней пенсии в 20 000 рублей в месяц, которая обеспечит коэффициент замещения на уровне 40%.
Уже сейчас понятно, то достижение таких показателей невозможно. Это не только означает социальную проблему, это значит, что пенсионеры сохранят низкий уровень потребления, нацеленный только на выживание, и не смогут стать опорой для развития внутреннего потребительского рынка.
Еще один вопрос, часто поднимаемый сторонниками увеличения пенсионного возраста, — положение работающих пенсионеров. Эти люди, мол, работают и получают как свою зарплату, так и пенсию. Не стоит забывать о двух вещах: делают они это не от хорошей жизни, и, работая, они продолжают платить подоходный налог и отчисления в ПФ. Если мы говорим об увеличении продолжительности жизни и необходимости увеличения трудового периода, то тех, кто уже сегодня добровольно работает больше положенного, мы должны поощрять, а не ущемлять в правах.
И вот когда государство сможет гарантировать гражданам получение достойной пенсии, тогда и возникнет доверие к пенсионной системе. Когда продолжительность жизни вырастет (без использования хитрых манипуляцийс методологией ее расчета), можно будет вновь поднять вопрос об увеличении пенсионного возраста.
Профиль

Опубликовано30 октября 2018 в 16:29

Здравствуйте. Так называемый срок дожития – Т, официально именуемый ожидаемым периодом выплаты трудовой пенсии по старости, является важнейшим параметром, напрямую определяющим размер пенсии всем без исключения категориям граждан.

Размер месячной пенсии (точнее страховой части трудовой пенсии по старости) для тех, кто родился до 1967 года и не имеет накопительной части, определяется формулой:

Пенсия = ПК / Т + Б,

где

ПК – пенсионный капитал «заработанный» гражданином за весь период его трудовой деятельности;

Т – количество месяцев ожидаемого периода выплаты трудовой пенсии по старости – срок дожития, применяемый для расчета размера пенсии;

Б — фиксированный базовый размер страховой части трудовой пенсии по старости.

Понятно, что чем больший срок дожития будет установлен, тем меньшим будет размер месячной пенсии. Прием корректировки размера пенсий подобным образом применяется все десять лет с начала пенсионной реформы. Правительство РФ использует этот тихий, малозаметный и нигде не афишируемый параметр как удобный регулятор размеров назначаемых пенсий.

Насколько реальны эти сроки дожития для Российских пенсионеров и насколько они соответствуют действительности? Обратимся к цифрам.

По оценкам европейских специалистов, проводивших сравнительный анализ продолжительности жизни пенсионеров в разных странах, срок жизни у мужчин после выхода на пенсию в нашей стране составляет около 6 лет, а женщин – 11 лет.

Так как по данным Госкомстата у нас ежегодно выходит на пенсию около 800 тысяч мужчин и 1 200 тысяч женщин – всего около двух миллионов человек, то используя эти цифры легко подсчитать средний срок дожития для российских пенсионеров (безотносительно к полу) по формуле так называемого «взвешенного» среднего:

Т дожития = 6* (800 000 /2 000 000) + 11* (1 200 000 / 2 000 000) = 9 лет (!).

Есть и другие оценки, основанные исключительно на цифрах отечественного Госкомстата – см. статью «Сколько живут пенсионеры». Там показано, что реальные сроки продолжительности жизни после выхода на пенсию составляют у мужчин – 4-6 лет, а у женщин – 17 -18 лет. Снова применив формулу для вычисления среднего возраста абстрактного «бесполого» пенсионера, получим более «оптимистические» цифры

Т дожития = 11,5 – 13 лет.

Какая из оценок более достоверна? Скорее всего – истина где-то посередине – реальный срок дожития российских пенсионеров в среднем составляет 12 лет.

Как видно, ни первая, ни вторая оценки, основанные на реальных статистических данных, не совпадают с тем виртуальным сроком – 19 лет, который назначен Правительством РФ для «дожития». Мало того – в стратегии развития пенсионной системы Российской Федерации до 2030 года — в разделе III (глава «Совершенствование системы формирования пенсионных прав в распределительной составляющей пенсионной системы») говорится следующее – цитата:

«…предлагается привести в соответствие показатели ожидаемого периода выплаты трудовой пенсии по старости с фактической (статистической) продолжительностью жизни соответствующих возрастов. Предусматривается постепенное увеличение ожидаемого периода выплаты трудовой пенсии по старости, применяемого для расчета страховой части трудовой пенсии по старости, с 19 лет (228 месяцев) в 2013 году до 21 года (252 месяца) в 2015 году, исходя из увеличения средней продолжительности жизни получателя трудовой пенсии по старости. При этом, начиная с 2016 года, предлагается устанавливать продолжительность ожидаемого периода выплаты пенсии исходя из статистической продолжительности.»

Напрашиваются вопросы — О какой статистической продолжительности идет речь? Планируется с 2016 года устанавливать реальные, а не придуманные сроки дожития? Хорошо бы…

В заключении покажем в цифрах — как срок дожития — Т влияет на размеры пенсий. Для примера возьмем гражданина, выходящего на пенсию в 2013 году (Б = 3610 рублей 31 коп).

Две новости. Хорошая — с первого августа я, как еще почти 14 миллионов работающих пенсионеров, получил прибав­ку к своему месячному денежному содержанию — 170 ру­блей. Плохая — получил ее, опять-таки, как и все, в послед­ний или в предпоследний раз. В зависимости от того, когда начнется реформа. Минфин и его научная команда на­стаивают на прекращении выплат этой прибавки… После совещания в правительстве по предстоящим пенсионным преобразованиям, которое провел Дмитрий Медведев, ви­це-премьер Ольга Голодец сообщила: мы пришли к еди­ному мнению — предложенный вариант пенсионной фор­мулы приемлем для всех. Не знаю, насколько мнения этих «всех» совпадает с мнением большинства в стране. Вопрос риторический, обсуждение закончено, и в ближайшее вре­мя поступит на рассмотрение в Государственную Думу. Сроки поджимают, поэтому обсуждение реформы про­ходило в экстренном порядке, в горячее отпускное время. Да и обсуждали, скорее, намерения — пенсионная фор­мула вращалась в узком кругу самих ее разработчиков. По информации агентства Финмаркет, Минтрудсоцразвития в самый последний момент изменило ее несущий элемент — индивидуальный коэффициент пенсионера, с 23 до 33. Добавочные единицы ужесточают условия расчета и полу­чения пенсий, говорят, даже Минэкономики заранее не знало о корректировке формулы, но приняло ее.

Между двух систем

Это о том, как обсуждалось важнейшее социально-эко­номическое решение, казалось бы, рассчитанное на деся­тилетия вперед. Даже при самом внимательном анализе публикаций о реформе не выяснил, как она повлияет на жизнь россиян, экономику, демографию. Все доказатель­ства ее необходимости сводятся к одному: живем не по средствам, надо ужесточать социальные расходы. О по­ставленной Президентом цели к 2020 году поднять среднюю пенсию до 40 процентов средней зарплаты тоже не забыли, даже воплотили ее в еще одну изящную формулу: 40—20— 40—20. Это значит — проработай 40 лет, выплачивай 20 про­центов среднего по стране заработка в Пенсионный фонд, и будешь получать 40 процентов этого заработка в течение 20 лет. Два маленьких земных «но» против виртуального изящества. Заработок почти восьмидесяти процентов рос­сиян ниже среднероссийского. Они автоматически не впи­сываются в формулу. Это первое. И второе. Средняя про­должительность жизни в России: мужчины — 64 года, жен­щины — 73. До 80 проживут лишь самые счастливые из них. Почти 40 процентов мужчин не доживают даже до 60 лет, до сегодняшней пенсии. Подробнее о сроках дожития (выход на пенсию — уход в иной мир) поговорим позже.

Нередко отмечал в публикациях, по моему мнению, крайне циничный аргумент. Федеральный бюджет должен содержать жителей другой, бывшей, страны. В общем, Боливар двоих — и строителей коммунизма, и строителей капитализма — не выдерживает. Слишком много ижди­венцев досталось в наследство. Говорят, есть эффектив­ное нейтронное оружие. Оно поражает все живое, остав­ляя при этом в полной сохранности города, заводы, про­мыслы, рудники. За годы реформ Россия не досчиталась около 20 миллионов человек. Но миллионы тех, кто создал фундамент сегодняшней отечественной экономики, вы­жили. И это, как убеждают сетования о бюджетных тратах на «бывших», далеко не всех радует.

Понимаю, общие рассуждения малоубедительны. На­пример, за полгода от сердечно-сосудистых заболеваний умерли около 600 тысяч человек. Для многих это удручающая статистика, но не более того. А вот смерть товарища, тем более близкого человека, попавшего в эту статистику,—уже если не трагедия, то большая беда. Поэтому коротко о себе — одном из иждивенцев, доставшихся России от прошлой страны. Оформил пенсию при 43-летнем трудовом стаже. Работал в Приморье, Сибири, Прибалтике. В советское вре­мя имел заработок выше, чем средний по стране. Все 43 года платил и продолжаю платить налоги исключительно в российский бюджет. В ответ новая Россия отказала даже в ваучере — по 1996 год был собкором «Известий» в Эстонии, и, понятно, не имел российской прописки. Без нее ваучер не положен. Деньги на московской сберкнижке, естествен­но, как и у всех, пропали. Поэтому упреки в адрес «бывших»

—надо было самим позаботиться о старости — отвергаю. Заботились, работали и на государство, и на себя. Наша не вина, а беда, что все наработанное развеяли штормовые реформы. Одно как-то примиряет: и нефтепровод, и газо­провод в Приобье, для строителей которых выпускал прямо на северных трассах многотиражные газеты, продолжают качать топливо. Все-таки работа не пропала.

В 1998-м стал работающим пенсионером. Началось об­суждение очередной пенсионной реформы. Внимательно отслеживал его, и по службе, и из собственного небеско­рыстного интереса. Признаюсь, тогда меня привлекла пози­ция депутата Госдумы Оксаны Дмитриевой, отчаянно защи­щавшей ветеранов. Одна из первых (забыл уточнить, Окса­на Генриховна—доктор экономических наук, сильный ана­литик) убедительно доказывала, что реформа неизбежно провалится. В результате пострадают и пенсионеры, и Пен­сионный фонд. Трехуровневая пенсия — базовая, страхо­вая, накопительная части — оказалась ущербной для всех. Отчисления будущих пенсионеров сгорали от инфляции и неумелого (или корыстного) управления ими, вместо того, чтобы подпитывать бюджет ПФ. Недостаток средств в нем было вынуждено компенсировать государство. Возраста­ющий дефицит пенсионного бюджета — более триллиона рублей в год — покрывается из бюджета федерального.

Потеряли большую часть своих средств и будущие пен­сионеры. К моменту их выхода на отдых, рассчитали экс­перты, рубль, вложенный в накопительную часть в начале реформы, будет равен 15-20 копейкам. Как всегда, в выи­грыше оказались только финансовые посредники. Но это опять-таки общие рассуждения. Их реальное содержание осознал, когда вызвали в пенсионный отдел. Оказалось, что мой прежний трудовой стаж, хотя я проработал дополни­тельно еще 4 года, уменьшился. Пропало 6 лет — задним числом изменили методику расчета. Впрочем, никакого значения для новой пенсии эти 6 лет не имели. Как и мой, выше среднего, заработок. Опять-таки по новой методи­ке ветеран, при всех своих заслугах и заработках, имел право лишь на 20-процентное повышение среднероссий­ской пенсии. Самые либеральные в мире политики и эко­номисты установили всеобщую пенсионную уравниловку, извращая суть принципа, которым руководствуются в раз­витых странах: богатый платит за бедного. Этими богатыми сделали таких, как я, снизив при этом страховые отчисле­ния в Пенсионный фонд миллионеров и миллиардеров…

Оксане Дмитриевой и ее некоторым коллегам-депута­там удалось отстоять право работающих пенсионеров на полную пенсию. Зарплата + пенсия — уже можно, не ро­скошествуя, жить даже в Москве. К тому же все годы пенсия прирастает страховыми отчислениями. Редакция ежеме­сячно перечисляет их за меня в ПФ. Что-то из этих отчисле­ний — около 3 процентов — идет на пополнение моей пен­сии. Так что я, как и все работающие пенсионеры, вовсе не обуза государству.

Журавль или синица

Реформа-2002 оказалась несостоятельной главным об­разом потому, что проводилась ради сокращения бюджет­ных расходов на ветеранов. Очень хотелось на их неблаго­получии построить благополучие будущих поколений. Ре­зультат — потерянные для страны время и деньги, обострив­шиеся проблемы бюджета — федерального и пенсионно­го. Но парадоксально—решение этих проблем видится все в том же урезании трат на старшее поколение. Уменьшить выплачиваемые сегодня пенсии пока невозможно, остает­ся сокращать количество претендентов на них. Прямой и простой путь к этому — повышение пенсионного возраста. Он все еще остается одним из самых низких в Европе. Вез­десущий МВФ, аналитики которого в прошлом году разби­рались с нашими пенсионными делами, в очередной раз порекомендовал отказаться от неоправданного гуманизма.

Уже сейчас доля пенсионеров — где-то 10 процен­тов ВВП. Если не изменить систему их социального обе­спечения, то затраты к 2020 году неизбежно увеличатся до 13-15 процентов. Но Владимир Путин прямо заявил: пока я Президент, пенсионный возраст подниматься не будет. Прирост ВВП, даже если он составит 2 процента в год, а пока и этого нет, не даст нужного притока средств в Пен­сионный фонд. В сложившейся ситуации — стареет на­селение, растет число пенсионеров — неизбежно будет расти и дефицит ПФ. В общем, куда ни кинь, всюду клин. Но есть еще одна поговорка — клин клином вышибают. Та­кой вышибающий клин видят в переходе ПФ на хозрасчет — сколько соберет денег, столько и распределит…

Вернемся еще раз к реформе-2002, пробившей те бреши в пенсионном бюджете, которые до сих пор не су­мели залатать. Ее несущий стержень — обязанность мо­лодого поколения худо-бедно обеспечивать старшее поколение и свою будущую старость. Такой нагрузки Боливар даже теоретически выдержать не мог. Одновре­менно при введении плоской шкалы подоходного нало­га (13 процентов при любых доходах) был отменен одно­процентный сбор личного заработка в ПФ. Вскоре резко снизили все пенсионные отчисления из фонда труда. Еще один удар — установление максимального заработка, с которого берутся взносы в Пенсионный фонд. Это факти­чески предопределило и максимальный размер пенсии.

По мнению либеральных экономистов, добила так назы­ваемая валоризация пенсии в 2009 году. Ее автором счита­ют Владимира Путина, якобы захотевшего выглядеть защит­ником бедных. Подобное обвинение — полная нелепость. Владимир Путин спас богатых, элиту, власть ценой сотен миллиардов долларов при кризисе. И не в меньшей мере, год спустя валоризацией. Без нее результаты последующих выборов могли быть совершенно иными. Так что элита, в ос­новном либеральное ее крыло, должна благодарить, а не критиковать Владимира Путина. Мы говорим об объектив­ных причинах несостоятельности прежней пенсионной си­стемы, которую власть поддерживает постоянными денеж­ными вливаниями. Скачок цен на нефть позволял ей делать это. И даже повышать пенсию. Номинально она выросла за 10 лет в 10 раз. Реально — вдвое-втрое. ИНФОГРАФИКА №1.

ИНФОГРАФИКА №1.

Опять же, в среднем, пенсия в странах ЕС составляет около 65 процентов зарплаты. Мы вдвое отстаем по процентам и в 3-5 раз — по деньгам от развитых стран. Сразу оговорюсь, нас уверяют, что высокий достаток ветеранов — их соб­ственная заслуга, копят на старость всю жизнь. Это не так — где-то копят, где-то и не копят. Важнейший показатель—84% дохода обеспечивает распределительная пенсионная си­стема, от которой вот уже 20 лет мы пытаемся убежать с за­вязанными глазами неизвестно куда. Безусловно, у каждой страны есть свои особенности, экономические, психологи­ческие, этические. Но, несомненно, одно—ветераны благо­получны только там, где высокие заработки и где достаточно разумно, надо бы сказать справедливо, распределяются доходы. Россия действительно недостаточно богата, чтобы иметь такие, как в Дании, 2800 долларов, пенсии. Но и не настолько бедна, чтобы они были на треть меньше, 380 и 285 долларов, чем в Польше. Тем более, что и объем ВВП на душу россиянина выше, чем поляка.

Где же зарыт корень зла? Евгений Гонтмахер, замести­тель директора Института мировой экономики и междуна­родных отношений РАН, член правления Института совре­менного развития (этот институт еще недавно курировал Дмитрий Медведев), доктор экономических наук, ссыла­ясь на западных исследователей, утверждает: — На социальные нужды потрачены огромные деньги при нанорезультатах. В тучные годы резко выросло социальное расслоение, Россия превратилась в мирового лидера по неравенству. На долю одного процента россиян приходится 71 процент всех активов страны. Средний мировой показа­тель — 46 процентов. В Африке—44, в США — 37, в Китае, Ев­ропе — 32, Японии — 17. Ответственное государство, ответ­ственное общество никогда не допустили бы такого. Реальная государственная политика построена по принципу: «Эй, население, лови крохи с барского стола и демонстрируй при этом телячий восторг»… — и еще: «Власть превратилась в крупнейшую монопольную бизнес-структуру».

Насколько верны эти выводы, сказать сложно. Но факты и сами по себе — сильнейшее обвинение государству. Его подтверждает еще одно западное исследование, опу­бликованное в Ведомостях. Из него следует, что в России самый большой разрыв между зарплатами руководите­лей и подчиненных. Базовые оклады российских руково­дителей от квалифицированных рабочих отличаются в 12,5 раза. Этот разрыв в США и Западной Европе — 3,5, в Се­верной Европе — 2,9, в Африке — 8,4, Латинской Америке — 10,2, в Украине — в 9 раз. Нас обогнал только Китай. Рос­сиянин зарабатывает меньше норвежца в 6,5 раза, датча­нина — в 5,1, немца — в 4,5, шведа — в 4,2 раза.

Сделаем выводы и мы. В Западных странах страховые от­числения в пенсионные фонды идут в сопоставимой мере и от руководителей, и от подчиненных. У нас практически толь­ко от подчиненных, зарабатывающих в 15-17 раз меньше ( с учетом бонусов и других льгот), чем их начальники. Отсюда и бедность Пенсионного фонда. Изменилось ли что-нибудь в экономике, финансовой, налоговой системах, распре­делении доходов? Стали ли меньше коррупция, вывоз капи­талов за рубеж, сократился ли огромный теневой бизнес и его финансовые потоки? Нет, нет, и еще раз нет. Но если рассыпается базис-экономика, то и возводимая над ней надстройка не способна держаться. Пенсионная система, как и ее важнейшая часть, прежде всего. И любые сверх­запутанные схемы, перетасовки ее не усилят, только рас­шатают окончательно. Это доказывает весь прошлый опыт.

Реформа-2014 (или 2015), как и прежняя, строится на пе­ске. На уменьшении количества пенсионеров и выплат им. Да, о прямом повышении пенсионного возраста вслух не го­ворится. Да и незачем говорить об этом, привязав пенсию к годам работы в постпенсионном возрасте. Проработаешь дополнительно еще пять лет — и твоя заработанная, но не получаемая пенсия, заметно возрастет. Цифры не называю преднамеренно, поскольку пенсионная формула так и не опубликована. Каждому ветерану самому решать, ловить ли журавля в небе — работать в ожидании повышенной пен­сии или работать, получая меньшую? Эта одна уловка. Не­мало и других. Например, сказано об обязательном 15-лет­нем трудовом стаже (сейчас он равен 5 годам). Но при условии — ежемесячные страховые отчисления не должны быть меньше 2 МРОТ. Если сможешь перечислять только 1 МРОТ, то придется перечислять его уже не 15, а 30 лет. Ины­ми словами: мало получаешь — дольше работаешь. И уж совсем хитрые схемы сплетены вокруг женщин будущих пенсионерок. На них намерены сэкономить намного больше, чем на мужчинах, с которых взяли уже почти все, что можно.— В России 5,7 миллиона женщин в возрасте 55-59 лет. Если они начнут выходить на пенсию в 60 лет, а не в 55, как сейчас, то экономия составит более 500 миллиардов ру­блей в год. Тем, кто все-таки уйдет на отдых в 55 лет, выпла­тят только часть базовой пенсии. Зато уходящие после 60 получат прибавки к ней. Мне кажется, что правительство не хочет, чтобы наши женщины доживали до полной пен­сии в 2030 году (с этого года пенсионный порог — 60 лет. Прим. Автора) Как не доживают уже сегодня многие мужчины. Этот циничный лозунг, кажется, вновь взят на во­оружение, пишет Николай Левичев, заместитель Предсе­дателя Госдумы.

Дожитие после жизни

Дожитие — это срок, в течение которого ветеран полу­чает пенсию. Он высчитывается, планируется, напрямую влияет на размер пенсии. Чем короче дожитие — тем больше пенсия, и, естественно, наоборот.

—Продолжительность жизни мужчин к 2030 году, по про­гнозу Росстата, составит 68,6 года, а женщин — 78,7. В со­ответствии с пенсионной формулой, мужчины должны ухо­дить на пенсию в 65 лет и даже позже. Получается, сред­нестатистический россиянин может и не воспользоваться своей пенсией, заметил аудитор Счетной палаты Владимир Катренко. И не только у него такие сомнения. Институт эко­номической политики имени Гайдара постарался развеять их. Во всяком случае, правительство поверило в то, что сред­ний срок дожития (для мужчин и женщин) нынче 19 лет, а в 2015-м будет 21 год. И сосчитало, исходя из этого срока, раз­мер пенсии. Но кто из счастливчиков ( при средней продол­жительности жизни 63-64 года) отметит свое 85-летие? Спа­сибо, конечно, Институту Гайдара и правительству за столь добрые пожелания. Но срок жизни определяет все-таки Господь, а не ученики и приверженцы Егора Гайдара. Ско­рее всего, за добрыми пожеланиями спрятаны недобрые намерения — заведомое сокращение наших пенсий. Но даже по их расчету мужчина «живет после смерти» еще 13 лет. Почему же ему рассчитывается пенсия исходя из 19 лет? Почему вообще усредняют мужчину и женщину, у каж­дого из которых свой заработанный пенсионный капитал? Во многих западных странах намного уважительнее отно­сятся к правам и живых, и мертвых, чем наши либеральные экономисты.

ИНФОГРАФИКА №2.

Такое вот чудо. Живет рос­сиянин намного меньше всех, но официальное дожитие у него самое длинное в мире. На что только не пойдешь ра­ди экономии на ближнем. По оценке западных экспертов, сроки дожития в России 6 и 11 лет. По данным Росстата — 6 и 17 лет. Или усредненный — 12 лет. По расчетам журна­листа Петра Нефедова, искусственное завышение срока дожития с 12 до 19 лет уменьшает пенсию на треть… В 2002 году при пересчете моей пенсии исходили из срока дожи­тия 12 лет, сейчас, видимо, из 19. Потерял ли я треть пенсии за эти годы, не знаю. О таких вещах не информируют…

PS. По последней информации, правительство сохра­няет все прежние условия для работающих пенсионеров. Надо отдать должное Председателю Комитета Государ­ственной Думы по труду и социальной политике Андрею Исаеву и председателю Комитета Совета Федерации по социальной политике Валерию Рязанскому, они активно боролись с намерениями Минфина урезать пенсии ра­ботающим ветеранам.

Леонид ЛЕВИЦКИЙ

Так в современной статистике называется возрастной период, в который человек вступает в момент выхода на пенсию. Думаю, не было бы большой разницы, назовись это «В последний путь». Период дожития (срок дожития) устанавливается нормативно, эту норму учитывают в расчетах будущих пенсий.

Совсем не то в Советском Союзе было — живи сколько хочешь, пока страна работает, пенсия тебе обеспечена. И уходили люди не на пенсию даже, а на заслуженный отдых. Что замечательно. Появляется ощущение временно́го простора, возникают новые жизненные планы и ощущается готовность много чего еще в этой жизни сделать.

Совсем иначе у тех, кому на пенсию еще не скоро, а спустя какое-то время, когда завершится период окончательного ухода от солидарной модели пенсионного обеспечения и реализации проекта персонифицированной накопительной. Они будут уходить… доживать.

Возраст дожития — это для персонифицированной накопительной модели пенсионного обеспечения есть ключевой фактор, влияющий на размер будущей пенсии, но не на бюджет пенсионного фонда. В солидарной же модели эти категории вообще отсутствуют, за ненадобностью.

Ключевым фактором при солидарной модели пенсионного обеспечения являются показатели занятости трудоспособного населения и как его количество соотносится с количеством пенсионеров. Влияние на бюджет пенсионного фонда здесь да — значительно. В отличие от персонифицированной накопительной модели, при которой бюджету всё равно сколько трудоспособного народу в данный период работает — сколько сам себе каждый накопит, соответственно и получит. Ну, если только страховщик к тому времени не растеряет эти деньги по дороге, на неудачных инвестициях, в погоне за процентами, — так бывает.

В свете изложенного, надеюсь, становится понятным, что все разговоры о том, будто мотивом к реформе есть приближение к «демографическй яме» — враки.

Нет, не то враки, что ямы не существует. Существует, как привет из «святых 90-х». А то враки, что родившемуся, извините, «в яме» поколению якобы предстоит обеспечивать пенсией бэби-бумеров брежневской «эпохи застоя», а это дескать станет невозможно из-за такой вот нехорошей диспропорции.

Ничего подобного!

Потому что демографические диспропорции оказывают влияние только в условиях солидарной модели. В нашем же случае, когда последние советские бэби-бумеры подойдут к своему, извините, возрасту дожития, солидарная модель пенсионного обеспечения уже растворится в истории, а её остатки в виде страховой части потребностей пенсионного бюджета, связанных с обязательствами перед последними доживающими «солидарщиками», будут уже столь незначительны, что государству (а социальному государству в особенности) и жаловаться-то стыдно на нехватку народа трудоспособного возраста этот бюджет обеспечить.

Еще раз, кратко. Когда нам врут, что пенсионная реформа необходима, потому что впереди — демографическая яма и её не обойти, то правда есть только то, что демографическая яма таки имеет место. Про неизбежность же отодвигания планки пенсионного возраста — густое жирное враньё, замешанное на подмене понятий.

Тут как про крестик и трусы. Либо пенсии по солидарной модели и тогда демографическая яма таки фактор, либо, уж если перешли на персонифицированную накопительную — не кивайте на ямы, ибо каждый сам кузнец своей пенсии.

А если кузнец из тебя был неважный — получи свой минимум в виде страховой пенсии и благодари Бога, государство и народ, что о тебе позаботились, хоть даже если ты всю жизнь бил баклуши или, по своей жадности, предпочитал зарабатывать нелегально.

Принципиальный отказ от солидарной модели в пользу персонифицированной накопительной произошел давно и почти незаметно (даже скандалы с провалами первых негосударственных пенсионых фондов, в которых деньги вкладчиков накрылись медным тазом, прошли без громкой огласки в СМИ), а по смыслу он родственен чубайсовской приватизации — «да, незаконной, да, хоть за копейки, хоть задаром, лишь бы гвоздь в крышку гроба коммуннизма» (как-то так звучало, да?).

Обратного хода не будет, это уже понятно. Бизнес всех убедил, что это хорошо. И все почему-то поняли так, что хорошо будет всем. А не только бизнесу.

Теперь поподробнее, о разнице и в чем она состоит.

Пенсионный фонд, сформированный по персонифицированной накопительной модели — это инвестиционный ресурс. Это интересно бизнесу. А где интерес бизнеса, там о гуманизме речи нет. Гуманитарные идеалы всегда в конфликте с экономическими интересами, — об этом и о том, как сей конфликт преодолеть, изложено мною в другом очерке (см. «Экономика козлищ»).

Пенсионный фонд, сформированный по солидарной модели, не позволяет распорядиться деньгами как инвестиционным ресурсом, в силу их быстротекучести: поступая от работающего поколения, они тут же выплачиваются неработающему поколению. Бизнесу наблюдать как утекает столько лавэ — невыносимо: эти деньги не делают новые деньги, в то время как, по всем канонам бизнеса, ликвидные активы должны работать, принося экономические выгоды.

Т.е., как обычно, бизнес желает эти средства задержать и «крутить» для своей пользы. Что при солидарной модели объективно невозможно.

Разницу я обычно объясняю метафорически:

Солидарный принцип пенсионного обеспечения, он как река — с одной стороны, непрерывно наполняется, и с другой — питает всё живое.

Персонифицированный принцип пенсионного обеспечения — это искусственный резервуар, в который эффективные менеджеры сливают снесенную всеми трудягами в расфасованных и поименно подписанных баллончиках воду, а затем из него черпают, дабы живить (поливать, орошать) нечто своё, в своих целях и интересах выращиваемое, урожаем с которого обязуются поделиться с каждым из будущих пенсионеров, когда тем придет свой срок — т.е. каждому налить в его именной баллончик больше, чем тот, будучи трудягой, в свое время принес.

На самом деле, для пенсионера, как будущего так и настоящего, разницы нет никакой — на выходе он и при солидарной модели получает больше, потому как зарплата у текущего поколения работающих — выше против той, которую получали в свое время нынешние пенсионеры. Следовательно, и страховые отчисления в ПФ выше, и пенсии соответственно.

Хотя разница, да — есть, и не в пользу персонифицированной накопительной модели. Потому что в солидарной дельта всегда адекватна современному уровню доходов, а в персонифицированной — лишь в границах того, сколько твои деньги заработали когда участвовали в инвестиционных проектах. Разумеется, за вычетом доли, полагающейся держателю фонда.

Теперь о том, что мы имеем на практике.

В настоящее время система пенсионного обеспечения в нашей стране переживает переходный период. На входе она работает как персонифицированная накопительная, — перечисленные работодателем страховые взносы в пенсионный фонд теперь не формируют общий фонд на едином счете, а зачисляются на именные лицевые счета застрахованных лиц (согласно сведениям от работодателя). А на выходе она представляет собой ту же солидарную модель, — деньги не используются как инвестиционный ресурс, не зарабатывают будущим пенсионерам проценты, чтобы к выходу на пенсию их накопления приросли (а иначе зачем вкладывать сегодяшние деньги, если завтра эта сумма станет неадекватной рыночному состоянию и они ничего стоить уже не будут), — они идут на выплату пенсий сегодяшнему поколению пенсионеров.

Так и живем: вкладываем персонально, а выплаты осуществляем солидарно. И называем это «смешанной системой».

И вот тут у наших реформаторов большая проблема-то и возникла. По мере перехода от солидарной модели к накопительной, закономерно происходит и перетекание фонда в накопительный сектор за счет снижения солидарного, состоящего из страховой части. Иначе говоря, из всех текущих поступлений в Пенсионный фонд всё большая часть отвлекается в накопительный сектор, а эти деньги тратить на текущие пенсионные выплаты не положено, их положено вкладывать — отдавать бизнесу в рост.

И, поскольку, с одной стороны, пенсионеры не так быстро вымирают, как то было бы экономически целесообразно, а с другой стороны, сегодняшнее работающее поколение почти целиком вошло в накопительную модель, то в течение ближайших 5 — 10 лет, по мере приближения к своему возрасту дожития последних, кто родился до 1967 года (т.е. всех, кого накопительные заморочки не интересуют, т.к. по выходу на пенсию будут получать по старинке — из солидарного котла), солидарный фонд … ну, нельзя сказать, что исчерпается в ноль, но уже активно будет к нулю стремиться.

Вот про этот дисбаланс и говорил Медведев, лукаво сваливая реформаторские просчеты правительства на «демографическую яму».

Дмитрий Медведев, 14 июня 2018: «Но демографическая ситуация такова, что доля работающих людей становится всё меньше, пенсионеров, соответственно, всё больше. С каждым годом этот дисбаланс будет только расти – и, следовательно, нагрузка на тех, кто работает».

Так и хочется поправить главу Правительства: Это у вас, Дмитрий Анатольевич, дисбаланс кассовый, а никакой не демографический. И он таки да — будет нарастать.

Создание новых рабочих мест, о чем так много говорят блогеры, тут не поможет. Все новые рабочие места, как только их займут, — а их, с большой вероятностью, займут родившиеся не до 1967 года, а люди помоложе, — дадут пенсионному фонду приток тех же персонифицированных взносов, львиная доля которых поступит в накопительную часть. Которую на текущие выплаты низзя! Можно и нужно только на инвестиционые цели, т.е. бизнесу на прокрут, в качестве столь желанных для бизнеса длинных денег. В страховую часть попадет самый мизер, он не спасет русскую демократию.

Другое дело, если новых рабочих мест будет создано двадцать пять миллионов. Их, кстати, нам было обещано к 2020 году создать.

Из Послания Президента Федеральному собранию, 12 декабря 2012 года

Мы поставили задачу к 2020 году создать и модернизировать 25 миллионов рабочих мест. Это очень амбициозная и трудная задача, но мы можем её решить.

И с тех пор этот тезис многократно повторен. Стало быть, «работа адовая» таки «будет сделана и делается уже»?

Хорошо бы статистику сюда (кто хочет, ищите, я не буду), сколько новых рабочих мест за прошедшие с тех пор годы создано. Они, конечно, создаются, ведь новые производства открываются непрерывно. Любопытно узнать, сколько осталось их создать до 2020 года. Решает ли эту задачу правительство, или махнуло рукой, положившись на дело рук утопающих пенсов.

А тут ведь мало того, что страховая часть, по мере перехода, будет снижаться, ткск, естественным путем. Бизнес продавливает так же и снижение её доли в общем объеме страховых платежей, которая и так составляет каких-то 6%.
Их омбудсмен уже высказался.

РИА Новости, 21 июня 2018 года

«Да, пенсионная реформа назрела давно. Но прежде чем увеличивать пенсионный возраст, нужно было разобраться с накопительной частью пенсии, которая была частично разворована негосударственными пенсионными фондами, частично заморожена», — заявил журналистам Титов.

«Реформа должна коснуться снижения страховых платежей для тех людей, которые накапливают для себя — и не должны за счет своих взносов финансировать пенсию «за того парня». А за старшее поколение, работавшее в основном при СССР, и не успевшее накопить в новой России, должно честно взять на себя ответственность государство», — полагает омбудсмен.

Спросить бы этого проповедника социального эгоизма: а почему не должны? Вообще-то хорошим тоном считается, когда молодые люди осознают свой долг перед старшим поколением.

Что до перебрасывания ответственности на государство, то этот тезис просто лжив. Борюсик со своим бизнес-выводком первыми уцепились «не пущать ФНБ» на дофинансирование пенсионного фонда, и будут держаться аж до крови под ногтями. Этот фонд они тоже намерены осваивать. И осваивают уже.

Данные за 2015 год

Кто не в курсе. Фонд национального благосостояния (подушка безопасности) в 2013 году, по инициативе Президента, был «распечатан» для вложений на внутренние проекты страны, преимущественно инфраструктурные.

Вот тогда очередь-то и выстроилась. Осталось вытеснить из нее Пенсионный Фонд. Законодательно его оттуда не выдавить, т.к. Фонд национального благосостояния изначально предназначен для покрытия дефицита федерального бюджета и бюджета Пенсионного Фонда. В Бюджетном Кодексе на то указано отчетливо.

Фрагмент Статьи 96.10 БК РФ от 31.07.1998 N 145-ФЗ (ред. от 04.06.2018)

Статья 96.10. Фонд национального благосостояния

  1. Фонд национального благосостояния представляет собой часть средств федерального бюджета, подлежащих обособленному учету и управлению в целях обеспечения софинансирования добровольных пенсионных накоплений граждан Российской Федерации, а также обеспечения сбалансированности (покрытия дефицита) федерального бюджета и бюджета Пенсионного фонда Российской Федерации.
  2. Федеральным законом о федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период устанавливается объем средств Фонда национального благосостояния, направляемых на цели, указанные в пункте 1 настоящей статьи.
  3. Фонд национального благосостояния формируется за счет:
    дополнительных нефтегазовых доходов федерального бюджета в соответствии с порядком, установленным Правительством Российской Федерации;
    доходов от управления средствами Фонда национального благосостояния.

Чтобы было понятно: второй источник формирования доходов ФНБ — доходы от управления средствами Фонда, это, в т.ч. и проценты по длинным кредитам бизнесу, выданным на реализацию разных проектов внутри страны. Т.е. кредитов бизнесу планируется выдавать много. Ничего не имею против. Но.

Но бизнесу, оказывается, мало. Получив, наконец, право на длиные и дешевые кредиты из ФНБ, бизнес решил, что Пенсионный фонд от этого сладкого нефтегазового корытца надо оттеснить. А как оттеснить, если в Бюджете ПФ из-за нарастающего кассового дисбаланса дефицит. Нарастание кассового дисбаланса объективно, его устранить можно только с отказом от перехода на персонально накопительную модель, а это уже святое, на святое покушаться нельзя. Стало быть, надо сделать всё, чтобы не было дефицита. Не будет в бюджете пенсионного фонда дефицита — не потребуется его покрывать, а, значит, бизнесу достанется больше.

Вот и делается для этого всё, что делается. Все, кому скоро на пенсию, пусть поработают еще. Для своего же блага. Мы им ничего не должны, дескать.

В итоге получается, что бизнес накладывает лапу и на средства пенсионного фонда, и на средства Фонда национального благосостояния.

А поколение еще работающих, из числа рожденных до 1967 года, помоги себе само — иди-ко, еще лет пяток поработай, тебе никто ничего не должен.

Господа, знаете, как это называется? Социальный апартеид.

Дискриминация по признаку социального статуса налицо: имущественные права одних слоев общества расширяются за счет ущемления пенсионных прав других слоев общества.

И пусть сколько угодно нам рассказывают о том, как хороши длинные деньги, инвестиции в долгосрочные проекты, как это способствует устойчивому экономическому росту, улучшению пресловутого инвестиционного климата и далее по списку либеральных мантр, никому эти макароны на ушах не нужны. Бурная экономическая жизнь страны это здорово, но у каждого человека есть и своя личная жизнь, со своими радостями, горестями и планами на будущее. Извольте уважать.

К радостям и выгодам бизнеса еще вернемся. Хочу рассказать подробнее о возрасте дожития.

Говоря попросту, возраст (он же период) дожития это временной интервал, продолжительность которого социологи находят оптимальной для распределения по этому, отмеренному правительством сроку, твоих пенсионных накоплений так, чтобы твоя ежемесячная пенсия признавалась достаточной для твоего жизнеобеспечения в течение всего срока. Что будет дальше…

Оперативная информация по 2018 году.

По данным отчета Минздрава, продолжительность жизни по итогам 2017 года в России выросла до 72,7 лет. Мужчины: 67,51, женщины: 77,64.

Справка. В настоящее время возраст (период) дожития для мужчин после 60 лет составляет 15,96 лет, а для женщин после 55 лет — 25,62 года. Т.е. при расчете размера пенсии женщинам исходят из того, что они могут дожить примерно до 80 лет, а мужчинам — до 76. Выходит, что вполне себе доживаем. Но, не всё так просто.

Что будет дальше… Ну, вот, несмотря на то, что срок дожития благополучно укладывается в продолжительность жизни, Правительство считают необходимым этот срок сократить. Вступай в свой срок дожития позже и твоего личного пенсионного фонда гарантированно хватит на дожитие. А случится остаток, так на то есть наследники. Ну, а случится жить дольше, то… сам виноват.

Отсчет возраста дожития для мужчин начинается от 60 лет, т.е. при средней продолжительности жизни мужчин 67,51 года, ему правительством отмерено (60 + 15,96) примерно 76 лет. Запас 9,5 лет (76 — 67,51). Казалось бы, что за нужда повышать пенсионный возраст.

Ведь если возраст выхода на пенсию повысить до 65 лет, как предлагается, то накопительная персонифицированная модель для мужчины вообще теряет смысл. Право же, какая пенсия в 65 лет, при средней-то продолжительности жизни 67,5 года.

Да, да, я слышала: правительство не сейчас это делать предлагает, а к 2034 году только, когда и средняя продолжительность жизни станет выше. Хмм… А если не станет?

Можно спорить, конечно. Но вот, чего к 2034 году не успеем точно, так это нарастить её аж на 13,5 лет сверх сегодняшних 67,51, т.е. добиться показателя средней продолжительности жизни мужчин 81 год. Это значит ежегодно наращивать почти по целому году (и даже чуть более). Готовы?

Дай Бог, конечно. Говорят, нас ждут фантастические прорывы в супертехнологиях и повышении качества жизни. Но только кто эти прорывы будет осуществлять — досиживающие до пенсии старперы? Безработная молодежь?…

А что женщины. А с женщинами прям беда — живучи, стервы. Если к 55 прибавить отмеренный ей правительством возраст дожития (25,62), то получится 80, т.е. что пенсионных накоплений ей точно хватит до достижения средних 77,64 плюс еще почти три года.
Такой ресурс пропадает! Безобразие. На ней пахать можно, а она на дачке прохлаждается, цветочки выращивает и радуется жизни, с внуками в ладушки играет.
Не положено!
А что положено?
А положено как с любым другим долгосрочным материальным активом — эксплуатировать, пока не выработаешь свой ресурс, весь до капли.
Домой — только лежать. На дожитие, сказано же.
Забудьте про «заслуженный отдых», нет больше такого понятия.

Если кто забыл: Президент в Послании Федеральному собранию поставил стране задачу довести к концу следующего десятилетия показатель средней продолжительности жизни до 80 лет и выше. Приготовимся, что именно этим нам будут объяснять необходимость сдвига планки выхода на пенсию. Такие вот простенькие клещи: хочешь дольше жить — работай дольше. Формула небезупречна, но логика присутствует и её достаточно, чтобы заблокировать возражения.

Тут если возражать, то только на языке экономикс, — дескать длительная эксплуатация трудового ресурса приводит только к его окончательному износу, а вовсе не к восстановлению первоначального потенциала, а посему продолжительность жизни при таких условиях будет скорее падать, чем расти. Впрочем, людоедам на каком языке ни объясняй, но если они хотят тебя съесть, им доводы не нужны — с едой не разговаривают.

Понятно, что сокращением возраста дожития правительство намеревается решить вопрос повышения размера пенсий. Ведь если пенсионные накопления человека разделить на меньшее количество лет, то, глядишь — размер пенсии вроде как вырос. Ну да: если пирог того же размера разделить уже не на двенадцать порционных кусков, а, например, на восемь, то порции будут крупнее. Пирога же не прибавится и на грамм. Нет, ну если тебе повезло и тебя, старпера, таки взяли на работу, то да — пирог, вдобавок ко всему, еще и увеличится. Голикова обещает аж тыщу в месяц накинуть. Каждому.

То есть, за прибавку к пенсии 12,0 тысяч рублей в год ты должен будешь отработать энное количество дополнительных лет, не получая никакой пенсии.

Почему-то очень захотелось попросить мне этой сделки не предлагать.

Хорошо, что мне уже и не надо.

Актуальность этого статистического кульбита будет прочувствована и должным образом оценена к году этак 2030 — 2035, когда к возрасту дожития… (простите, как вам лучше — к возрасту выхода на пенсию?), подойдут первые клиенты с собственными пенсионными накоплениями и их надо будет распределить на всю их оставшуюся жизнь. Этого отрезка времени должно быть меньше, чтобы порции вышли размером на одну тысячу руб./мес. больше.

Так решается вопрос увеличения социального обеспечения пенсионеров, исключительно за счет самих пенсионеров.

Здесь уместно поставить вопрос. Статья 39 Конституции (а равно и Статья 7), до сих пор гарантировавшая социальные выплаты от имени государства, тоже будет изменена или государственные гарантии приказано будет понимать как-то иначе?

Не будем гадать над ответом, я просто задалась вопросом; пусть он остается открытым.

Продолжение следует…

Грачева Р.Е. (glavbushka)

admin