Продать почку в уфе

Человек стал своеобразным донором для собратьев уже давно. Если некоторые племена раньше поедали друг друга, то сейчас продают и покупают. Сподвигнуть их на это могут разные жизненные обстоятельства.

Например, 19-летний Игорь из Полтавской области продает почку или часть печени. Что угодно, за что ему дадут 33 тыс долл, необходимые на лечение отца. Это сравнительно небольшая цена. В разговоре с Игорем ЭП выясняет: мотивировано это тем, что деньги ему нужны срочно.

Ульяна из Киева просит за почку почти 350 тыс долл.

«У нас обоих это вопрос жизни. Я прекрасно понимаю, насколько тяжело вам. Мне не хочется ставить слишком большую цену, но я являюсь единственным кормильцем в семье и решилась пойти на этот тяжелый шаг исключительно в силу затруднительного финансового положения», — пишет она в письме.

Павел из России готов продать 50% печени или костный мозг, но только на территории РФ, так как за границу его не выпускают из-за долгов.

Таких объявлений в интернете тысячи. Хватает и продавцов, и покупателей. Последние обещают материальную компенсацию, проживание, питание, перелет, оплату медицинских расходов, реабилитации и услуг нотариуса.

Одни предлагают провести процедуру в Москве, другие утверждают, что оперировать в России небезопасно. Приглашают в клинику в Германии, уверяя, что все законно. Однако продажа органов незаконна во всех странах, кроме Ирана. Тем не менее, это никого не останавливает.

Распродажа органов — самый радикальный метод заработка. Есть и другие.

Легальные

Заработать на собственном теле можно разными способами. Один из них — сдать кровь. За это можно получить 73 грн, обед и выходной день. За плазму платят 96 грн, но процедура ее сдачи более длительная и изматывающая.

Кровь можно сдавать раз в два месяца, плазму — раз в две недели. Основное требование — быть здоровым. Люди, которые становятся донорами, делают это, в основном, для родственников или друзей, которым нужно переливание. Реже — ради выходного дня или из филантропических побуждений.

Татьяна хочет стать почетным донором. Для этого нужно сдать 40 раз кровь или 60 раз плазму. Татьяне уже за 50, и на ее счету 34 сдачи. «Немного осталось, хоть что-то хорошее в жизни сделаю», — рассказывает она в центре переливания, пока медсестра не зовет «следующего».

Здоровым нужно быть и для менее распространенной опции донорства — спермы и яйцеклеток. Девушки от 20 до 32 лет с детьми, без хронических заболеваний, вирусов ВИЧ, СПИД и разных видов гепатита могут стать донором яйцеклетки и получить после процедуры около 20 тыс грн.

Мужчинам повезло меньше: за «порцию» спермы платят около 250 грн. Требования почти те же: отсутствие заболеваний и наличие детей. Только возрастная планка немного выше: максимум 35 лет.

Более сложная процедура — суррогатное материнство. Суррогатной матерью может стать здоровая женщина 18-36 лет, у которой есть свой ребенок. Оплата такая же, как за донорство яйцеклетки, только в евро. Сумма зависит от клиники и возможностей родителей будущего ребенка.

Требования к женщине, которая хочет стать суррогатной матерью, определены приказом Минздрава, но клиника может выставлять дополнительные условия.

Например — отсутствие неудачной медицинской истории беременности и родов, отсутствие нервных и психических расстройств, вредных привычек. Если женщина находится в браке, необходимо согласие мужа.

Если перечисленные пути заработка выглядят пугающими, есть наименее болезненный и опасный способ — продажа волос. Если они длинные и неокрашенные, то могут принести своему обладателю около 1 тыс грн.

Нелегальные

Когда люди устают тратить годы на медицинский лист ожидания, они покупают почки, легкие, сердце, конечности для трансплантации на черном рынке. По оценкам Всемирной организации здравоохранения, на черном рынке ежегодно происходит более 10 тыс продаж человеческих органов.

Около 5-10% трансплантаций почек в мире происходит благодаря торговле людьми и трансграничной контрабанде. Ежегодно это приносит до 1,2 млрд долл прибыли. По другим оценкам, ежегодная выгода достигает 8 млрд долл.

Спрос рождает предложение. Люди, которые попадают в затруднительное финансовое положение, могут выставить на продажу какой-то свой орган. Теоретически здоровое человеческое тело стоит около 45 млн евро, но лишь в том случае, если человек мог бы продать каждую его часть.

Без видимой угрозы для жизни и здоровья можно продать роговицу глаза, почку, часть печени, легкое и костный мозг. Это самые ходовые товары на черном рынке. Цены на них зависят от многих факторов: начиная от состояния здоровья и заканчивая страной, в которой проживает донор.

Легкое можно купить за 80-150 тыс евро, целую печень — за 150-550 тыс евро.

Часть печени — менее ходовой товар, но желающих ее продать достаточно. Цена части печени — 40 тыс евро. 17-летняя Анжела из Полтавы пишет, что она готова продать часть печени, но только в Украине и только при условии, что все расходы на обследование, проезд и проживание покроет покупатель.

Девушка говорит, что ей нужны деньги. Зачем — отвечать отказалась.

Роговицу глаза можно найти за 4-15 тыс евро.

Спрос на почки самый большой, а ценовой диапазон — самый широкий. Так, донор в США может запросить более 250 тыс евро, тогда как в Индии или Китае цена составит 15-60 тыс евро.

Нина из Киева предлагает почку «за вознаграждение». По словам девушки, ей 28 лет, она «благополучна и полностью здорова», соблюдает правильное питание и следит за здоровьем. Когда ЭП пытается с ней связаться, выясняется, что почтовый ящик удален. Скорее всего, сделка уже состоялась.

Костный мозг покупают на граммы, один грамм стоит от 20 тыс долл. Дороже, чем, например, на черном рынке стоит грамм кокаина.

Авторы большинства объявлений предлагают несколько органов «за компанию». Среди продавцов — много молодых людей, которым срочно нужны деньги. Среди покупателей — много посредников, которые хотят заработать на чужих проблемах. При этом в обеих категориях хватает мошенников.

По данным Минздрава, в Украине 1 января 2018 года насчитывалось 1 168 больных, нуждающихся в пересадке почки, и 45 человек — печени. За 2017 год в Украине было проведено 118 трансплантаций почки и девять — печени.

Донорских органов не хватает, поэтому в ход идут разные способы их поиска. Наверное, из-за этого на черном рынке каждый час продается один орган.

В поисках покупателя на свою почку я разместил объявления во всех тематических группах в соцсетях, куда удалось попасть. Половина была не активна, а в другой половине (пара из пяти закрытых групп так и не пустили себе в подписчики) стоит извечный вопрос «где найти реципиента?» от потенциальных доноров и многоголосый ответ обосновавшихся на этих форумах мошенников.

Негодяи пытаются выманить деньги у доноров под любым предлогом. Например, у меня просили перевести «посреднику» от 200 до 6 0000 рублей для подтверждения серьезности моих намерений — за анализы, за место в очереди на реципиента и так далее.

Некоторые из этих мошенников заходят настолько далеко, что подводят людей к поездке в «клинику» в другой город. Одна из десятков желавших продать свою почку, Алина из Екатеринбурга, с которой я пообщался, рассказала, что уже давно оставила эту затею.

— В сети сплошные мошенники. Никому не отправляй денег. Мне несколько человек, таких же неудачливых доноров, как я, рассказывали, что есть один конченый мошенник. Он ничего не берет у людей до поры до времени, входит в их доверие и на полном серьезе договаривается о приезде в Нижний Новгород.

Человек едет, предвкушает, что скоро разбогатеет, волнуется. Эта сволочь встречает донора с поезда, везёт в больницу и у входа говорит, что нужно заплатить 7 тысяч рублей. За анализы, за койку, пока не приедет заказчик…

Ну и люди расстаются с последними деньгами, ждут врача, но к ним никто не выходит, а мошенник пропадает. По понятным причинам в полицию никто не идёт.

Сайты, сделанные под «медицинские» с объявлениями о скупке органов, также мало чем отличаются от псевдопосредников в соцсетях. Правда с одним из них начались более-менее существенные переговоры, но в один момент собеседник просил назвать точную локацию, а когда в ответ получил адрес редакции, то перестал выходить на связь. Судя по настойчивости я предположил, что «нарвался» на человека в погонах.

Но через некоторое время поисков мне улыбнулась удача. Перечитывая форумы, я наткнулся на некого Михаила (позже он сознался, что его аккаунт — фейк, и зовут его на самом деле Илья — Авт.). Он разоблачал мошенников, призывая многочисленных доноров никому не платить, да и сам с 2016 по 2018 годы предлагал услуги посредника.

Наш диалог начался с того, что я увидел его комментарии и попросил помочь разобраться в теме: мол, хочу стать донором, но боюсь стать жертвой «кидал». Михаил, он же Илья, рассказал, что давно хотел завязать с этим делом и последний визит в отдел полиции стал последним толчком для прощания с тёмной профессией. Илья живёт в одном из сибирских городов. Какие-либо доказательства темного прошлого он представлять отказался, однако поделился своей историей.

— За мои комменты я в итоге в полицию загремел.

— За что именно?

— За группу Вконтакте. Вызвали в отдел, опросили. Я сказал, что не настоящий посредник, объявление разместил ради шутки.

Я как-то сам хотел продать почку. Искал долго, попадались одни кидалы. Спустя время вышел на парня по имени Роберт, он жил в Бангкоке. Пообщались, он сказал: мол, зачем тебе продавать свои органы? И предложил попробовать найти других клиентов для него.

— Когда это было?

— В 2012 году.

— На каких условиях?

— 100 баксов за подогнанного человека. Вот, как только донор прилетает, его люди встречают, и он платит мне.

— Не обманул?

— Нет. Я промониторил соцсети. К моему удивлению, оказалось, что желающих просто море. Я долго не мог свыкнуться с мыслью, что столько людей готовы расстаться со своими органами.

— Ты подбирал клиентов в соцсетях?

— Поначалу да. Но это небезопасно. Конечно, некоторых, чьи страницы имели самый благонадёжный вид, я отмечал для себя, но позже переводил всех в специально созданный закрытый форум в даркнете.

Самостоятельно, без приглашения, туда невозможно попасть и зарегистрироваться. После всех фильтров у меня там было около 3000 реальных потенциальных и уже «пробитых» хрюшек (так мы между собой называли доноров), которые готовы ехать на операцию по первому моему сигналу. Это был серьёзный запас на случай, если коллеги будут тормозить. Всего на всю планету таких форумов около 20 штук реальных и с тысячу фейковых, в даркнете тоже царит обман. Но тем временем в бизнесе произошла перестановка.

Роберт пропал. Думаю его либо убили, либо «закрыли». Со мной другой мужичок вышел на связь. Предложение было уже насчет процента от сделок. Условия меня устроили. Всего успел получить гонорар 8 раз, потом ушел на более административную должность. Начал заниматься подготовкой «хрюшек». Пробивал их личности, делал им документы, решал вопросы по пересечению границы, организовывал сопровождение.

— А конкретнее?

— Ну везде есть свои люди. При желании можно попытаться вскрыть страницу желающего стать донором, найти его данные, телефон, удостовериться, что это не подстава. Пробить по медполису на заболевания. Потом некоторые молчат о судимостях, долгах. Это тоже надо знать, есть есть просрочки по кредитам — договориться с банком о предоставлении трёхнедельного разрешения на выезд для того чтобы клиент мог поправить материальное положение и заплатить по счетам. Решается всё.

— А какие документы требуются?

— Из документов самое важное «загранник», чаще всего у хрюш его нет… Вот одна из последних клиенток не могла ехать одна — двойню не с кем было оставить, договорились. Полис, СНИЛС, УЗИ почек, анализ крови.

— Какие критерии при отборе доноров?

— Возраст от 18 до 25 желательно, но и до 35 потянет. Многое зависит от группы крови…

Всего в России три города, где работают реальные посредники,: Новосибирск, Санкт-Петербург и Хабаровск. Там всё отлажено и поставлено на поток, в других же бывают вспышки, но редко и в частном порядке. Обычно это Москва, и делают операцию где-нибудь на даче, халтурщики из госклиник. Втянулся я, как говорил, в 2012 году. Тогда уже беспредел 90-х стал отходить, все направления стали цивильными, только на Украине все так и осталось, как раньше было у нас. Отмечу, что в бизнес пришли силовики, кроме крыши и услуг сами стали ставить людей.

— Кто больше всего обращается за помощью к посредникам?

— Хотят продать почки в основном жители Незалежной. У меня из 100 человек 85 украинцы. Условно 10 молдован, 5 русских, плюс-минус несколько казахов.

— Сколько человек через тебя проходило в месяц?

— В лучшее время от 50 до 70.

— И сколько ты зарабатывал?

— Примерно полмиллиона в месяц соответственно. Ну так и риски есть свои. Знаешь как вот ко мне пришли? Мне из дома позвонили, сказали: за тобой уголовный розыск приехал. Полицейские увидели, что я не живу по адресу и оставили номер следователя. Я позвонил, меня пригласили в отдел. Сотрудников интересовала моя группа, а я им сказал, мол это в юмористических целях, никакой финансовой подоплёки нет — проверяйте. Объяснил, что создал группу, чтобы выяснить, сколько людей готовы добровольно и незаконно избавиться от своих органов.

Конечно, не поедет никто на Украину проверять у этих людей количество почек. Статья недоказуема, пока нет чистосердечного признания.

— Вернёмся к схеме. Куда везут наши доноры везут свои органы?

— В основном спрос на наших у состоятельных людей из Таиланда и Индии. Они видят, в каких условиях живёт их народ и те, кто побогаче стараются не брать органы у земляков. О других странах говорить не буду, не знаю, но про Тай, куда мы возили.

Прилетают «хрюшки» в Бангкок. Их встречают уже с той стороны, с рук на руки передают и те уже везут их в порт, откуда по воде в Паттаю, или самая дальняя дорога — на остров Самуи. Делают операции в двух местах. По прибытии делают повторный анализ на совместимость – это уже, как в кино, донор лежит с реципиентом рядом. Потом день диеты и на второй день режут. После операции две недели лёжки донору и домой.

— Как всё оговаривается и как производится расчёт?

— После всех устных согласований оформляются документы. Договор-дарение от донора якобы его брату откуда-то например из Казани. Всё чистое, дата операции, согласие. Донор предоставляет расчётный счёт, к которому имеют доступ его близкие, чтобы они на случай форс-мажора могли получить деньги. Всё подписывается, из предоплаты реципиента выплачивается около 700 долларов (30-40 тыс рублей) донору на билеты и сборы. Вылетают по одному человеку с одним сопровождающим.

— И никто не сбегает с деньгами?

— Много кадров, которые получают 700 долларов и переобуваются – это чисто издержки никто их не ищет, не давит. Но есть и порядочные, мол передумал и обратно переводят.

— Часто передумывают?

— Редко. Раз в полгода, может.

— Сколько людей обслуживают весь этот трафик?

— В Тае не знаю, в Новосибисрке у нас было пять человек. Всего по этому направлению работают три команды, все мы друг друга знаем в лицо и не конкурируем.

— Хорошо, вот ты говоришь про брата. А если на это обратят внимание органы?

— Я с таким ни разу не сталкивался, но думаю, что никто заморачиваться не будет. Всё по документам будет везде проходить, а «брат», если надо, свалит за рубеж и никто его не будет там искать. Подозрения — не основания.

— Форс-мажор — что это в вашем деле?

— У меня, опять же условно, есть своя статистика. Немного печальная. Из Тая на десять человек 7-8 возвращаются.

— А остальные?

— Операция сложная, не все выдерживают, в процессе что-то может пойти не так, а когда видят, что человек при смерти, честно скажу, разбирают, как старые «Жигули», как конструктор… Однако в очень редком случае это отпугивает. Ты просто не представляешь масштабов бедствия — желающих тысячи.

— А родственники?

— Родственники, как правило, в курсе и находятся в таком положении, что считаются с жертвой близкого и распоряжаются деньгами которые перечисляют за органы погибшего.

— Как же потом они объясняются с правоохранителями?

— Сами идут и заявляют о том, что человек уехал в тур и пропал без вести.

— Ну допустим, что операция прошла успешно…

— Наличными выдаётся на билеты и дорогу 100 тысяч рублей, а остальное переводится на счет. Но обмануть могут. Например изначальные договорённости, обычно это 3 миллиона рублей, значительно двигают под разными предлогами. Минимум сторговываются до 2 миллионов, а то и меньше, в зависимости от человека. Ведь деваться-то там уже некуда. Сколько там клиент даёт, я уже не знаю, но предполагаю, что раза в два больше озвученных цифр. Так что такая вот маржа оседает в карманах посредников.

— Что ты сам по поводу этого всего думаешь?

— Думаю, что такой вал желающих сократить себе жизнь за деньги — это показатель уровня жизни в стране. Случай был: договорились с мужиком на левую почку – он сделал все анализы, а я не заметил, что он правую сделал. Приехал в Тай, а там смотрят — левой почки-то уже нет…

— Это как, почему?

— Тоже подумали — сюр какой-то прямо, но оказалось, что он даже не в курсе – ему в детстве вырезали почку. По болезни. А возможно, и нет.

Читайте материал «Продам почку: доведенные до отчаяния россияне сдают себя на органы»

Комментирует врач-нефролог Анна КОРОБКИНА.

— Человек жертвующий почку по факту обрекает себя на инвалидность. Нужно будет беречься, вести ЗОЖ, правильно питаться и ограничить нагрузки. Конечно, люди рождаются с аномалиями и живут с одной почкой скажете вы, но, лишаясь одного органа все факторы риска, а это например склонность к мочекаменной болезни, экология и др., умножаются в разы. Ведь все мы недообследованные, на 100% никто не знает своё здоровье и отдать орган — это огромный риск. Вполне может отказать оставшаяся почка и человек будет по сути в том же положении, в котором пребывал рецепиент до операции. Для людей в возрасте — не избежать снижения возможности фильтрации, для молодых людей даже переохлождение может сыграть печальную роль, а для женщин репродуктивного возраста при одной почке вообще ставится вопрос о сохранении беременности. Кроме того, нередко происходит отторжение органов у рецепиентов.

Комментирует юрист Марина КИСЕЛЕВА:

— Развитие трансплантологии в РФ началось с 1986 года. С этого времени принято несколько законов, регулирующих правила изъятия и пересадки внутренних органов. В том числе — Закон «О трансплантации органов и тканей человека» от 2007 года. Согласно правовому акту, существует два источника получения органов: от родственников, согласившихся дать орган, и от умерших людей, которые при жизни дали согласие пожертвовать свои органы. Продажа органов или какое-либо иное отчуждение органов запрещено.

Уголовный кодекс РФ предусматривает ответственность за незаконное изъятие внутренних органов. Так, наказание по статье 120 УК РФ «Принуждение к изъятию органов» варьируется от 3 до 5 лет и может квалифицироваться в совокупности со статьей 111 УК РФ «Причинение тяжкого вреда здоровью», в которой предусмотрено наказание до 10 лет лишения свободы. При рассмотрении таких дел судьи руководствуются заключениям экспертов. Так, самый громкий процесс — по делу 20-й больницы. Дело слушалось в Тушинском суде в апреле 2003 года. Врачи изъяли органы у умершего без согласия родственников. Эксперты признали донора мертвым, и врачам вынесли оправдательный приговор, так как те воспользовались презумпцией согласия. То есть ни пациент, ни его родственники не высказывали возражений.

Известны процессы «черных трансплантологов» за рубежом, например в Косово, где выносились обвинительные приговоры и где потерпевшими были граждане РФ. Судя по скудной практике, в России доказать подобное преступление сложно: правоохранителям необходимо либо поймать на месте с поличным преступников, либо получить чистосердечное признание.

С донорством яйцеклетки всё несколько сложнее.

Как рассказала врач акушер-гинеколог, репродуктолог клиники «Мать и дитя» Светлана Потапова, донором яйцеклетки могут стать здоровые, внешне привлекательные, некурящие и не имеющие избыточной массы тела девушки в возрасте от 20 до 33 лет. Важно при этом уже быть матерью собственного ребенка.

Как и мужчины–доноры спермы, девушки проходят полное обследование у специалистов: им делают флюорографию, ЭКГ, УЗИ молочных желез, анализы на гормоны. Обязательно обследование у гинеколога.

— Всё начинается с первичного приема гинеколога-репродуктолога. По результатам ультразвукового исследования определяется фолликулярный запас потенциального донора (перспектива получения более 10 яйцеклеток). На приеме врач знакомит потенциального донора с программой «донорство яйцеклеток», подробно объясняет, что представляет из себя процедура ЭКО, в чем заключается участие донора и так далее, — рассказывает специалист.

После этого донор проходит обследование, принимает противозачаточные таблетки, чтобы случайно не забеременеть и синхронизировать циклы с реципиентом. На всё это необходимо 3–6 месяцев. После этого происходит стимуляция яичников путем введения лекарств через инъекции (это занимает еще 10–14 дней), и когда биологический материал готов, его извлекают при помощи тонкой иглы. Девушка находится под общим наркозом и не чувствует боли. Вся процедура занимает 10–20 минут.

Реципиентам не показывают фотографии донора, но дают описательный портрет: рост, вес, тип и цвет волос, разрез и цвет глаз, форма носа, лба и так далее. Донор клиники и супружеская пара, для которой используются яйцеклетки, не знают друг друга — это предмет врачебной тайны.

Что касается оплаты, то в клинике говорят, что вознаграждение не предусмотрено, поскольку донорство яйцеклетки считается уже донорством органов. Как мы уже рассказывали выше, продажа органов — уголовно-наказуемое деяние. Однако в некоторых частных клиниках страны пишут, что вознаграждение есть и оно может достигать до 50 тысяч рублей.

Донорство костного мозга: безвозмездно, добровольно и анонимно

В Красноярске на данный момент костный мозг не пересаживают, хотя планы на развитие данного направления существуют. Тем не менее, стать потенциальным донором и войти в российский регистр костного мозга может любой красноярец в возрасте от 18 до 45 лет без гепатита, СПИДа, малярии, туберкулеза, злокачественных опухолей и психических расстройств. Если быть точным, то для пересадки берется даже не костный мозг, а стволовые клетки, которые в нем находятся.

Для каких болезней используется пересадка стволовых клеток? Их несколько десятков, но из тех, что на слуху — это лимфомы, лейкозы, нейробластома, нефробластома, остеосаркома, опухоли центральной нервной системы, ретинобластома и другие.

Стать донором легко — периодически в Красноярске проходят акции, когда любой желающий может прийти в лабораторию и сдать 4 мг крови, чтобы попасть в регистр. Следующая такая акция будет проходить с 11 по 26 августа. Однако проблема в том, что донорство костного мозга окутано большим количеством мифов. И хоть в Красноярске и нет центра трансплантации, есть общественники, которые могут объяснить все нюансы донорства костного мозга.

Татьяна Бурыгина — почетный донор крови и организатор движения доноров костного мозга в Красноярске. Она объясняет, почему стать участником может далеко не каждый.

— Девиз донорства костного мозга: «Безвозмездно. Добровольно. Анонимно». Люди часто интересуются тем, сколько им заплатят за сдачу костного мозга, приходится объяснять, что нисколько, объяснять, насколько это важный и значимый шаг, но люди боятся и не верят в бескорыстие благотворительных фондов, которые обычно и платят за типирование и трансплантацию, — рассказывает Татьяна.

Согласно сайту фонда «Подари жизнь», дороговизна процедуры и необходимость сбора на нее денег обусловлена тем, что Минздрав не выделяет квоты на неродственное донорство, а зачастую именно чужой человек может на 100% подойти потенциальному реципиенту и спасти жизнь. Оплата активации российского неродственного донора (сюда входит обследование, анализы, необходимые лекарственные препараты, а также его провоз до клиники и нахождение там) стоит 150–300 тысяч рублей. Чтобы найти такого донора в Германии нужно 18 тысяч евро.

Становиться донором костного мозга нужно осознанно, отказ может не просто лишить реципиента надежды, но и жизни. Татьяна Бурыгина вспоминает показательный пример, который произошел хоть и не в России, но наглядно демонстрирует, что донор на 100% должен воспринимать всю важность происходящего.

— Однажды девушка отказалась становиться донором для 8-месячного малыша с болезнью крови в самый последний момент. Перед процедурой ей несколько раз звонили, она была согласна, ребенку начали кондиционирование — ему полностью убили костный мозг и иммунитет. И тут девушка отказывается. Говорит, что родители стали резко против. Родителям мальчика и донору встречаться было нельзя, но они выступали по ТВ и радио, умоляя передумать, однако девушка и ее родители были непреклонны. Они говорили: «Да, нам жалко вашего ребенка, но и своего тоже». Они ничего не знали о процедуре и не желали вникать, — делится Татьяна.

Болезненность и сложность процедуры сдачи стволовых клеток — еще один миф, который пугает и мешает людям стать участником регистра. Раньше так и было, но не сейчас. Забор костного мозга делается под анестезией и под постоянным медицинским наблюдением.

На сайте «Подари жизнь» сказано, что сдать костный мозг можно двумя способами. Первый — это через прокол тазовой кости. Второй — через забор крови донора, которая циркулирует по сосудам тела. В этом случае процедура проводится несколько дней. Донор может чувствовать, что он будто болеет гриппом, но за его здоровьем постоянно следят специалисты.

&nbspЗапчасти тела в ассортименте

Никогда не стареть! Быть подобным машине, в которой сломанные механизмы легко заменяются! Заработать денег — быстро, много и ни за что! Вот, собственно говоря, три мечты, вокруг которых строится буржуазная мифология. Эти три мечты вполне объясняют все возрастающий интерес к науке о трансплантации органов. Кажется, еще немного… Беда только в том, что трансплантология развивается сама по себе — как всякое точное производство. А мечты о бессмертии так и остаются мечтами.
Доктор
Этот грузный человек в большом кожаном кресле говорит:
— Послушай меня, это не нужно. Вот, например, человек встал на «лист ожидания» в январе и ждет почку. А другой человек встал в июне. А 1 июля нашли почку, которая подходит второму. А первый ждет уже полгода. Но даже если бы он и хотел дать мне взятку, а я хотел бы ее взять, ничего не получилось бы. Ему почка не подходит. И не подойдет ни за какие деньги!
Директор Института трансплантологии Валерий Иванович Шумаков, кавалер многочисленных наград, почетный гражданин Москвы и прочая и прочая, теперь еще внесен журналом Times в рейтинг 100 человек уходящего тысячелетия.
Я сижу в его кабинете, и передо мной на столике стоит в баночке со спиртом страшно спросить что.
— Что? — спрашиваю.— Что вы такого умеете, что делает вас не просто очень хорошим хирургом, а человеком тысячелетия?
Шумаков вздыхает. Кажется, ему неприятно, что я несу околесицу. Вполне понятное и очень знакомое мне, внуку хирурга, профессиональное высокомерие. Дескать, вам бы, болтунам, только болтать, а тут людей спасать надо, работы невпроворот.
— Что? (Шумаков разводит руками.) Не только руки. Хирург думает головой. Так что за вклад в науку,— и сует мне грамоту, подтверждающую, что он человек тысячелетия.
— Но ведь,— продолжаю я,— вклад в науку делают многие, а человеком тысячелетия называют только вас.
Шумаков отказывается понимать, что он воплощение мифа. Что-то вроде святых трансплантологов Косьмы и Дамиана, изображение которых украшает его стенку. Он врач до мозга костей. Прагматик. Он говорит, что мертвому человеку органы уже не нужны. А живого можно спасти. А мертвый, пожертвовав свои органы живому, повторяет в миниатюре крестный подвиг Христа, «смертию смерть поправ».
Он ругается на бывших руководителей Склифа, которые, вместо того чтобы поставлять органы для трансплантации, выясняли теоретический вопрос о том, существует ли на самом деле смерть мозга и можно ли брать у человека органы, пока не остановилось сердце. Какие к черту теоретические вопросы! Сколько людей погибло, пока решали теоретические вопросы!
С точки зрения Шумакова, дело обстоит так. Человек может не умереть сразу, а стать сначала трупом-донором. Это когда мозг уже умер, а тело еще живет на искусственной вентиляции легких.
Тогда группа специалистов, не заинтересованных в последующей трансплантации, должна диагностировать смерть мозга. А другая группа специалистов должна эти органы забрать. А компьютер должен решить, какому больному в какой больнице подходит эта почка, это сердце, эта печень или это легкое. Потом надо быстро органы доставить по нужным адресам и быстро сделать операцию.
Донор должен быть сильным, молодым человеком. Обычно доноры бывают жертвами автокатастроф или бандитских разборок, закончившихся выстрелом в голову.
Сердце и легкие надо пересадить в течение нескольких часов. Почку — в течение пары суток.
В мире существует единая компьютерная система, позволяющая в считанные часы доставлять нужный орган из Европы, например, в Америку. И теоретически Россия в эту систему входит. Хотя практически органы доставляются только в пределах Москвы, и недавно совершенная Шумаковым в Москве трансплантация сердца, доставленного из Петербурга, стала чуть ли не сенсацией.
— А почему вы пересаживаете в основном почки?
— Просто потому, что почку можно ждать несколько лет. Ложиться время от времени на гемодиализ и ждать. А сердце либо найдешь за несколько дней, либо пациент умрет.
Юноша, которому пересадили сердце из Петербурга, уже ходит (правда, болеет насморком). Девушка, которой пересадили почку 20 лет назад, родила ребенка. 1000 человек ежегодно в Москве ждут пересадки почки. 500 почек каждый год пересаживают.
Теоретически пересадить можно все что угодно, кроме нервных тканей. У Шумакова пересаживают почки и сердце. В Институте дружбы народов — яичники. В ожоговом центре — кожу. У Федорова — роговицу глаза. В ЦИТО — кости.
— Сколько органов можно пересадить одному человеку?
— С ума сходить не надо. Если половину Сени присоединить к половине Пети, это кто будет, Сеня или Петя? Ну два, три органа пересадить можно.
По интонации Шумакова понятно, что вопрос дурацкий. Тут бы одного органа дождаться, подобрать и пересадить, чтоб прижился.
— А сколько стоит почка?
— Нисколько. Москвичам мы делаем операции бесплатно. Немосквичам — за 0,1 цены. Коммерческие операции делаем только иностранцам. И, выставляя счет, расписываем уход, лекарства, еду. Но стоимости самой почки в этом счете нет. Почка цены не имеет.
— А черный рынок органов существует?
Вороны
В каждой больнице обязательно найдется доктор Х, который расскажет, сколько денег можно сделать на клятве Гиппократа. Обычно это доктор бедный и неудачливый. У него маленькая зарплата. Но он уверен, что начальство получает невероятные барыши — в данном случае на незаконной торговле органами. Доктору Х верить в связи с вышеизложенным нельзя, но послушать его интересно.
Х говорит, что почка стоит $30-45 тыс. Сердце — $50-70 тыс. Легкое — $100-150 тыс. Печень — $450-550 тыс.
Что пациент попадает в Институт трансплантологии по направлению из районной больницы и становится на «лист ожидания». Что в «листе ожидания» 1000 человек. Что находятся какие-то люди, которые предлагают пациенту по этой очереди продвинуться за вознаграждение в $5-7 тыс.
Что можно прочесть на столбе у входа в институт объявление, позвонить по указанному номеру и купить почку у почечного маклера.
Правда, Шумаков говорит, что дело не в очередности и главное, чтобы почка подошла. Но послушаем еще доктора Х.
Х говорит, что почечный маклер обращается в «воронам». Что «воронами» называют сотрудников профессора Сечкина, возглавляющего Центр забора органов. Что «вороны» за $5-7 тыс. ищут подходящий орган специально для заказчика. Что однажды в Склифе «вороны» осуществили так называемый мультиорганный забор у чеченского какого-то бандита. А тут приехали к этому бандиту товарищи.
Им говорят:
— Умер ваш бандит.
А они:
— Нет. Подключай обратно к искусственным легким.
А им:
— Уже не можем. «Вороны» приезжали, забрали органы.
— Где?
— Да вон отъезжают…
И тогда, дескать, чеченцы сели на BMW и целую ночь гонялись за «воронами» по Москве, а «вороны» от них убегали.
Так называемых воронов я своими глазами видел в институте им. Склифосовского. Четыре человека подъехали на желтой машине с мигалками. Быстро прошли в реанимационное отделение. По-деловому осмотрели труп, и тот патологоанатом, который был у них старшим, покачал головой и сказал:
— Нет.
Видимо, осмотр выявил какую-то патологию, делавшую забор органов бессмысленным.
Эти самые «вороны» действительно ни у кого не спрашивали разрешения. Во всяком случае, при мне. В Америке и Европе люди обычно пишут дарственную на свои органы и кладут рядом с водительскими правами: «В случае моей внезапной смерти мои органы могут быть использованы для трансплантации». В Японии разрешением на забор органов считается отсутствие запрещения, написанного погибшим заблаговременно. В мусульманских странах забор органов и даже крови для переливания запрещен. В России забор органов должен осуществляться с согласия родственников. Но не всегда родственники оказываются рядом с покойным.
Еще Х говорит, что можно продать органы. Что особенно в начале 90-х много приезжало народу с Украины продавать почки. Но в Москве это сделать очень трудно, и были специальные турфирмы, организовывавшие туры в Египет, где почки забирали у людей прямо в гостинице, где целый этаж снимается под нелегальную операционную.
Еще Х говорит, что человек после пересадки становится глубоким инвалидом и должен постоянно принимать лекарства, подавляющие иммунную систему, чтобы органы не отторгались. А стоит месячный курс этих лекарств около $1000. А принимать надо всю жизнь.
Крах великой мечты
— Какой бред! — Шумаков уже явно злится, когда я рассказываю ему то, что мне рассказал Х.— Послушай, это не нужно. Вот, например, человек встал на «лист ожидания» в январе и ждет почку. А другой человек встал в июне. А 1 июля нашли почку, которая подходит второму. А первый ждет уже полгода. Но даже если бы он и хотел дать мне взятку, а я хотел бы ее взять, ничего не получилось бы. Ему почка не подходит. И не подойдет ни за какие деньги!
Дальше мне уже не нужно задавать Шумакову вопросы. Он рассказывает сам.
Черный рынок органов был бы возможен, если бы любой орган подходил любому человеку. Но даже если при налаженной западной компьютерной системе обмена органами приходится ждать, то могут ли маклеры-кустари заменить собой всемирную компьютерную систему?
«Вороны» действительно существуют, но главная задача их в том, чтобы быть независимой и не заинтересованной в трансплантации организацией, то есть снять всяческие сомнения в том, что смерть мозга действительно произошла.
А пациенты, прошедшие операцию по пересадке органов — не все, конечно, но многие,— восстанавливаются на 100%. И вот они на фотографии рядом с Шумаковым, веселые и здоровые. А вот один из них бегает кросс вокруг больницы. А вот медали параолимпийских игр, которые получили бывшие пациенты Шумакова и подарили своему доктору. А вот женщина, которая родила ребенка.
Лекарства, подавляющие иммунитет и препятствующие отторжению пересаженных органов, конечно, стоят дорого. Но ведь они внесены в федеральный список жизненно важных препаратов и потому достаются россиянам бесплатно.
— В будущем,— говорит Шумаков,— трансплантология будет развиваться по пути разработки искусственных органов. «Искусственное сердце», которое сейчас величиной с ранец, станет маленьким. «Искусственная почка» не будет величиной со шкаф. Искусственный дозатор инсулина для диабетиков станет заменять человеческую поджелудочную железу.
Еще Шумаков рассказывает о том, что уже сейчас можно использовать печеночные клетки свиньи для замены клеток печени человека. А эксперименты по клонированию овечки Долли, возможно, приведут к выращиванию человеческих органов из одной здоровой клетки.
— Тогда,— говорит Шумаков,— все этические вопросы снимутся, и ты не будешь больше верить голливудским страшилкам про трансплантологию.
Я выхожу на улицу. На фонарном столбе у входа в институт висит несколько объявлений.
«Продам почку. Молодой человек 23 лет. Здоровый, без вредных привычек. Группа крови 1. Резус положительный».
Вот так: банальная группа крови вместо результатов сложного генного типирования, на основе которого подбирается донорская почка.
Один из шелестящих на ветру бумажных хвостиков с номером телефона оторван — какой-то человек надеется купить здоровье за деньги, а другой надеется получить деньги, продав здоровье.
И я даже совсем не исключаю, что какому-то нищему юноше за деньги вырежут почку. И совсем не исключаю, что кто-то заплатит маклеру за мифическое продвижение по очереди. Шарлатанов и дураков всегда было достаточно.
Но великая мечта как была несбыточной, так несбыточной и останется, несмотря на прогресс науки. Потому что никому никогда не удавалось купить здоровье за деньги. И здоровье за деньги продать.
ВАЛЕРИЙ ПАНЮШКИН
———————————————————
КЛИНИЧЕСКАЯ ПРАКТИКА
Свинья на службе человека
Замена органов — не единственный способ спасти жизнь людям с тяжелыми заболеваниями сердца, печени и почек. В России все большую популярность приобретают так называемые бриджи (от англ. bridge — «мост»). Так на врачебном жаргоне называется прибор, лекарственный препарат или процедура, способные взять на себя функции дефектного органа. На Западе бриджи используют для поддержания здоровья больного до пересадки органа. Их применение редко затягивается на месяцы. Однако в России, где больной ждет пересадки любого органа годами, он все это время живет благодаря бриджу. Для подавляющего большинства лечение на этом и заканчивается — они умирают, так и не дождавшись донорского органа.
Наиболее известный бридж — «искусственная почка», аппарат, очищающий кровь больного от шлаков. Широко применяются, но менее известны другие аппараты, подменяющие человеческие органы. Так, вместо пересадки сердца можно подключить больного к «искусственному сердцу» или вставить в бедренную артерию специальный насос, который помогает больному сердцу прокачивать кровь. Вместо пересадки поджелудочной железы можно имплантировать дозатор, который будет определять уровень сахара в крови и, когда нужно, впрыскивать инсулин.
Наибольший интерес представляют биологические бриджи — самое молодое направление в трансплантологии. Биологический бридж — это животное, органы которого похожи на человеческие. Как правило, это свинья. Используют биологический бридж так: кровеносное русло пациента подключают (с помощью катетеров, введенных в вены) к тому или иному органу свиньи. Животное в это время находится под наркозом и не подозревает, что его печень или селезенка обслуживает человека. Способ, как говорят врачи, очень хороший. Ни один прибор не может так эффективно очистить кровь больного, как печень или почки поросенка. Но самое главное в том, что этот способ дешевый. Жизненных сил молодой свиньи хватает не более чем на три сеанса очистки — после этого животное умирает. Но поросенок стоит около 500 руб., а цена одноразового картриджа для гемодиализа — $100.
Конечно, свинолечение — только временная мера, позволяющая продлить жизнь больному и дождаться донорского органа. Но в последнее время эту методику используют не только для спасения безнадежно больных. Оказалось, что свиньи успешно лечат экзему, псориаз и тяжелые формы сепсиса.
АЛЕКСАНДР БЕЛОВ
———————————————————
ОРГАНЫ НА ЭКСПОРТ
Товар повышенного спроса
На страницах западной прессы тема торговли внутренними органами под «крышей» российской мафии не теряет популярности на протяжении всех 90-х. Последняя публикация на эту тему — статья «Смерть во время операции», опубликованная немецким журналом Focus. Приводим текст этой статьи в сокращении.
Федеральная разведывательная служба зарегистрировала случаи похищения и убийства для торговли органами
Уже несколько лет Федеральная разведывательная служба (BND) по поручению ведомства канцлера ФРГ занимается наблюдением за организованной преступностью за рубежом. Выводы, сделанные разведслужбой, неутешительны: правительство России абсолютно беспомощно перед преступной торговлей человеческими органами, объемы которой растут с ужасающей скоростью. Согласно информации BND, преступники вырезают почки, печень или селезенку у специально для этих целей похищенных детей и продают органы состоятельным клиентам по всему миру.
Так, на протяжении нескольких лет петербургская милиция сталкивается со страшными находками — трупами беспризорных детей с отсутствующими внутренними органами. Множество бездомных детей постоянно рискуют попасть в руки торговцев органами. Организованные преступные группировки могут получить десятки тысяч долларов только за одну проданную почку.
Некоторые преступления продумываются с особой тщательностью. Так, по данным BND, группа врачей в Новосибирске хранила и переправляла замороженные внутренние органы, предварительно составив официальное заключение о смерти детей и подростков, у которых их вырезали. В числе правдоподобных причин смерти наиболее часто встречается «смерть во время операции». Аналогичные случаи имели место в Москве, Красноярске, Екатеринбурге.
Организованные преступные банды из России действуют по всему миру, и особых препятствий у них нет. BND серьезно опасается, что дети, отправленные за границу для усыновления, в действительности сопровождаются документами, в которых они оформлены как «доноры органов».
Мафия разнообразными способами обходит существующие законы о трансплантации органов, которые есть в любой западной стране.
Многие жители России и стран СНГ, не имеющие средств к существованию, продают своих детей предприимчивым посредникам за $2000. В Казахстане и на Украине, по данным разведслужбы, хирурги сами вырезают внутренние органы, в основном почки, у оперируемых детей. Органы в специальных контейнерах сразу же отправляют в клиники России и Запада. Операции проводятся немедленно. Необходимые медицинские документы подделываются.
Информация BND заставит содрогнуться даже самых хладнокровных. Один из документов начинается так:
«Федеральная разведывательная служба (BND)
Секретно! Только для служебного пользования
В настоящее время правительство России не в состоянии принять эффективные меры по борьбе с возрастающим числом похищений детей. Эти похищения проводятся с целью восполнить нехватку человеческих органов для трансплантации. Большинство случаев похищения детей остаются нераскрытыми. Низкий процент раскрываемости в сочетании с высокими доходами за операции по трансплантации органов могут сделать этот вид преступности основным занятием мафиозных группировок…»
ЛЮБОВЬ ГРАХОВА

Сибиряк решил продать почку, чтобы спасти семью от долгов

И в самых страшных снах 21-летний Баир Батоев (фамилия и имя изменены. — Прим. ред.) из небольшого села Бурятии не представлял, что может дойти до такого. Грянул кризис, родители попали под сокращение и теперь не могут расплатиться с кредитами. Звонки сотрудников банка и коллекторов не прекращаются ни на минуту. От отчаяния молодой сибиряк даже разместил в соцсетях объявление… о продаже собственной почки.

— Надеюсь, это поможет мне справиться с долгами, — вздыхает Баир. — Все началось 7 лет назад, когда родители решили купить машину. Автомобиль действительно нам был необходим: мы мясо продаем, в город ездить приходится часто. Постоянно просить о помощи соседей неудобно. Денег не было. В общем, оформили кредит на 100 тыс. рублей, потом еще один на 150 тысяч — понадобились деньги на ремонт дома. В общей сложности заняли 250 тыс. рублей.

Поначалу все складывалось вполне удачно. Отец Баира работал в детском саду дворником, мать — пекарем. Денег на житье и на кредиты — 15 тыс. рублей в общей сложности — хватало. Молодой человек готовился поступать в медучилище на стоматолога, а его младшая сестра, которой сейчас 12 лет, только-только пошла в школу.

— Медучилище я не окончил: через год пришла повестка из военкомата, — продолжает Баир. — Думал, вернусь, окончу, получу диплом. Но мне понравилось служить в армии. После срочной службы подписал контракт. А через полтора года его пришлось расторгнуть и вернуться домой…

Парень узнал, что родители лишились работы. Оба. Новую найти не смогли — где ее в селе найдешь? Да и потом, они уже пожилые люди и в полную силу трудиться не могут. В общем, долги по займам копились, проценты тикали…

— Всей моей зарплаты военного в 20 тыс. рублей не хватило бы, чтобы рассчитаться, — говорит сибиряк. — Сейчас, спустя 6 лет исправного платежа, мы должны 220 тысяч. Долг с каждым месяцем только растет. Вернувшись домой, я устроился охранником на склад. Там платили сущие копейки, поэтому нашел работу на стройке за 30 тыс. рублей в месяц. Почти все отдаю за кредиты…

Вариант продать машину Батоевыми не рассматривается. Она нужна для дела: на деньги от продажи мяса Батоевы живут. Дом тоже не продашь, а другого имущества у семьи нет.

— Месяц назад меня осенило… Как-то сидел в Интернете и случайно наткнулся на рекламу о продаже органов, — признается Баир. — Нашел группу в соцсетях, где можно провернуть такую сделку, и разместил там объявление. Я здоров, хронических заболеваний нет, не пью, не курю, занимаюсь спортом.

Пока конкретных предложений парню не поступало. Писали, интересовались ценой некие граждане. Он ответил, что согласен лечь под нож за 3 — 5 млн рублей, на этом диалог и закончился.

— Первым делом расплачусь с долгами родителей, а остальные деньги отложу на образование сестры, — рассуждает Баир. — Она тоже хочет стать врачом. Родители о моей идее пока не знают, а друзья отговаривают. А я другого выхода не вижу…

Вопросом, кто из врачей пойдет на криминал и возьмется за такую операцию, Баир не озадачивался. Полагает, покупатель решит и эту проблему. И о том, что сам может стать фигурантом уголовного дела, тоже не задумывается. Ведь продажа органов в России — вне закона. И скандальным объявлением уже заинтересовались полицейские. Сейчас они проводят проверку по поводу законности предложения Баира Батоева. За куплю-продажу органов человека грозит до десяти лет лишения свободы (статья 127.1 УК РФ, часть 2, пункт «ж»). А договоры купли-продажи органов не имеют никакой юридической силы. Их признают недействительными.

Ситуацией Баира заинтересовалась и Уполномоченный по правам человека по Бурятии Юлия Жамбалова. Она заявила, что готова помочь семье Баира. В первую очередь постарается трудоустроить родителей парня, чтобы они смогли расплатиться с кредитами.

КОММЕНТАРИЙ СПЕЦИАЛИСТА

Нина РОМАЗИНА, врач-нефролог, кандидат медицинских наук, и. о. заведующего нефрологическим отделением Иркутской областной клинической больницы:

«С одной почкой можно жить полноценной жизнью»

— В нашей больнице за 13 лет проведено более 100 трансплантаций. Правда, по закону донор должен быть абсолютно здоровым, приходиться родственником больному и добровольно отдать орган нуждающемуся. Так вот, все доноры после операции и восстановительного периода ведут полноценную жизнь. Группа инвалидности им не показана. Доноры могут заниматься спортом и не придерживаться специальных диет. Одна почка, если она здорова, вполне может выполнять функции двух. О моральной стороне вопроса я не говорю.

admin