Признание несовершеннолетнего утратившим право пользования жилым помещением

Нанимателем жилого помещения является лицо, возмездно пользующееся чужим жилищем (в частности, квартирой) или его частью.

Договор найма жилого помещения по своей природе построен на общей модели арендного договора, но с рядом особенностей. В нём прописаны основные обязанности и права сторон, однако вне зависимости от условий данного договора законно закреплено право нанимателя самостоятельно вселять в свое жилое помещение членов семьи, других граждан, причем членов семьи — независимо от согласия собственника. Данные граждане при вселении нанимателя в квартиру, обладают такими же правами и обязанностями, как и он сам.

Проживание и регистрация в помещении, предоставленном по договору социального найма — неотъемлемые и самые главные права нанимателя и членов его семьи.

Стоит отметить, что даже признание брака недействительным не является безусловным основанием для прекращения возникшего у добросовестного супруга как члена семьи нанимателя права пользования жилым помещением и признании его не приобретшим это право. Об этом мы писали .

Оценить значимость такого блага как жилище для несовершеннолетнего достаточно сложно. Времяпровождение ребенка с нескольких дней жизни по этапам роста, взросления, развития и даже выживания в данном месте, укрытия от тягот уличной жизни подтверждает важность права на жилище как естественного неотчуждаемого права, принадлежащего человеку с рождения.

Судебные споры в сфере семейного права всегда болезненны. Исковые требования о снятии с регистрационного учета несовершеннолетних граждан, несмотря на наличие правового «стража» прав ребенка в действующем законодательстве РФ, часто оказываются тупиковыми. Суды, рассматривающие дела данного рода в силу сложности таковых — ошибаются.

Наглядным примером является спор, инициатором которого явился наниматель квартиры (далее -наниматель, истец), обратившийся в районный суд с требованием к несовершеннолетнему в лице его законного представителя — матери (далее — ответчик) о признании не приобретшим право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета.

Наниматель в суде пояснял, что его несовершеннолетний племянник в спорной квартире никогда не жил, поэтому членом семьи не является. Между тем родной брат (отец племянника), который прописал несовершеннолетнего, из квартиры выехал и уже довольно давно снялся с регистрационного учета.

Суды первой инстанции в удовлетворении иска нанимателю отказал на основании следующего:

— несовершеннолетний с рождения зарегистрирован с отцом в спорном жилом помещении, определенном ему в качестве места жительства, и в силу своего возраста он не может самостоятельно реализовать свое право пользования спорным жилым помещением.

Суд апелляционной инстанции согласился с данными выводами.

Не согласившись с исходом дела, наниматель дошёл до Верховного суда РФ, который своим Определением от 17 апреля 2018 года № 50КГ18-57 судебные отказы двух инстанций отменил.

Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ установила:

В 1989 года ордер на спорную квартиру выдавался женщине на семью из четырёх человек – на неё, двух детей и мужа. На момент подачи иска в жилом помещении были зарегистрированы данная гражданка (получатель ордера), один из сыновей (наниматель, обратившийся в суд) и несовершеннолетний племянник истца. Ребенка при рождении зарегистрировал отец по месту своей прописки (брат истца), однако спустя несколько лет выехал из спорного помещения и снялся с регистрационного учета.

С позицией судов нижестоящих инстанций о том, что жилье было «определено несовершеннолетнему в качестве места жительства, и в силу своего возраста он не может самостоятельно реализовать свое право пользования спорным жилым помещением», Верховный суд РФ не согласился, пояснив тем, что местные суды приняли решение «с нарушением норм действующего законодательства».

Приведение доводов коллегия суда высшей инстанции начала с разъяснения норм Жилищного кодекса РФ, статьёй 69 которого установлено, кто относится к членам семьи нанимателя, получившего жилье по договору социального найма. Это в первую очередь супруг, дети и родители нанимателя, а также другие родственники и нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя, если вселены самим нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. При этом кодекс гласит о признании членами семьи нанимателя и «иных лиц», но только по решению суда.

Отмечены нормы о равенстве прав и обязанностей нанимателя и членов семьи, отсутствие требований к письменному согласию от остальных членов семьи при вселении несовершеннолетних к своим родителям.

Упомянуты судом и положения Постановления Пленума ВС РФ № 14 от 02 июля 2009 года, согласно которым лица, вселенные нанимателем жилого помещения в качестве членов его семьи, приобретают равные с нанимателем права и обязанности при условии, что они вселены в жилое помещение с соблюдением порядка реализации нанимателем права на вселение в жилое помещение других лиц в качестве членов своей̆ семьи. Данным Пленумом было подчеркнуто, что родственники перечислены в 69-ой статье Жилищного кодекса РФ.

Указано в Определении, что «…для признания других родственников и нетрудоспособных иждивенцев членами семьи нанимателя требуется также выяснить волеизъявление самого нанимателя (других членов его семьи): вселялись ли они для проживания в помещение как члены семьи нанимателя, или жилое помещение предоставлено им по иным основаниям (договор поднайма, временные жильцы)».

Учитывая вышеизложенное, суд высшей инстанции пришёл к следующим выводам: в рассматриваемом случае суду необходимо было установить, проживал ли отец несовершеннолетнего ребенка на момент его регистрации в квартире, не утратил ли отец ребенка на тот момент право пользования жильем. При этом нужно «установить обстоятельства, свидетельствующие о вселении несовершеннолетнего в качестве члена семьи нанимателя».

Из пояснений в суде матери несовершеннолетнего (ответчика) был подтвержден тот факт, что ребенок в спорное жилое помещение никогда не вселялся. С этим не спорила ни одна сторона процесса. Юридически значимыми обстоятельствами для правильного решения спора суд обозначил выяснить, жил ли в квартире на момент регистрации ребенка его отец и не утратил ли он право пользования квартирой.

Суды нижестоящих инстанций данные обстоятельства не устанавливали, правовой оценки суда данные положения не получили. Приобрел ли ребенок право пользования квартирой, зависело именно от решения этого вопроса. По данным основаниям суд установил необходимость в пересмотре дела с учетом разъяснений, содержащихся в его Определении.

Компания «Бурмистр.ру» оказывает юридические услуги управляющим компаниям и ТСЖ. Вся необходимая информация о сервисе по .

Отвечает прокурор Фрунзенского района г. Саратова Т.Р. Аветисян:

Из анализа норм законодательства следует, что это возможно в случае, когда право на проживание в спорном жилом помещении утрачено родителями (-ем), а регистрация ребенка имеет формальный характер.

Местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, или граждан, находящихся под опекой, признается место жительства их законных представителей – родителей, усыновителей или опекунов (п. 2 ст. 20 Гражданского кодекса РФ).

Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей, они обязаны осуществлять защиту их прав (п. 1 ст. 56, п. 1 ст. 63 Семейного кодекса РФ).

Из данных норм следует, что право несовершеннолетних детей на проживание производно от прав их родителей, поскольку лица, не достигшие возраста 14 лет, не могут самостоятельно реализовывать свои права, в том числе на вселение в жилое помещение и проживание в нем.

На практике ребенка регистрируют по месту жительства родители, которые являются либо членами семьи собственника, либо членами семьи нанимателя по договору социального найма.

В рассматриваемых спорах несовершеннолетний не имеет права собственности в отношении жилого помещения, но наделен иными имущественными правами, в частности, правом проживания в нем.

Право пользования жилым помещением граждан, проживающих совместно с собственником в принадлежащем ему жилом помещении, регламентировано в ст.31 Жилищного кодекса Российской Федерации, из которой следует, что члены семьи собственника имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником, если иное не установлено соглашением.

В п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» разъяснены положения ст. 31 ЖК РФ, в том числе, указано, что в силу ч. 4 ст. 31 ЖК РФ в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.

Суды при рассмотрении споров о признании несовершеннолетнего утратившим (не приобретшим) право пользования жилым помещением устанавливают следующие обстоятельства: является ли ребенок членом семьи собственника помещения, имеются ли семейные отношения; проживал ли он когда-либо в данном жилом помещении.

В целом следует отметить, что при разрешении споров о признании несовершеннолетнего утратившим (не приобретшим) право пользования жилым помещением всегда имеет значение установление прав родителей на проживание в спорном помещении, поскольку право ребенка производно от прав родителей. В случае, если такое право у родителя имелось на момент постановки ребенка на регистрационный учет и не прекращено на момент спора (добровольная перемена места жительства, отсутствие семейных отношений и др.), то в иске будет отказано.

В случае, если такое право прекращено и регистрация ребенка носила формальный характер (он длительный период не проживает в спорном жилье), то требование истца будет удовлетворено. Во всех случаях суды отказывают в иске, когда ребенок законно зарегистрирован по месту жительства одного супруга, а по факту проживает с другим, поскольку в данном случае несовершеннолетний не проживает в спорной квартире по независящим от него обстоятельствам и в силу возраста не может самостоятельно реализовать свои жилищные права и обязанности.

Анна, добрый день.
К сожалению, в ситуации, когда родители отчуждают жилое помещение, право пользование которым имеют их несовершеннолетние дети, это приводит к безусловной утрате права пользования жилым помещение у детей. И даже после вынесения Постановления КС РФ № 13-П от 8.06.2010 г. «По делу о проверке конституционности пункта 4 ст. 292 ГК РФ в связи с жалобой гражданки В. В. Чадаевой» практика остается прежней.
Но есть надежда, что ситуация изменится к лучшему в связи с внесением в ГД РФ Законопроекта № 260515-6 о возвращении к прежней редакции п. 4 ст. 292 ГК РФ «В случаях, если в жилом помещении проживают несовершеннолетние либо находящиеся под опекой или попечительством члены семьи собственника, для отчуждения жилого помещения требуется согласие органа опеки и попечительства».
Указанный п. 4 ст. 292 ГК РФ был изменен ФЗ № 213-ФЗ от 30.12.2004 г. вместе с принятием нового ЖК РФ, в ст. 31 которого закрепляется правило о прекращении прав членов семьи пользоваться жилым помещением собственника при отчуждении последним своего жилого помещения. Такое изменение вектора регулирования было вызвано необходимость развития ипотечного кредитования, которому вероятно мешали излишние вещные обременения прав третьих лиц на жилые помещения собственников. По прошествии времени, совершенно очевидно, что ипотека в РФ бурно не развивается, во всяком случае ее развитие не находится в прямой зависимости от эффекта нормы п. 4 ст. 292 ГК РФ. А вот ухудшение в ситуации обеспечения и защиты прав детей при отчуждении жилых помещений, в которых проживают несовершеннолетние, это существующая реальность и случаев нарушения родителями прав своих несовершеннолетних детей при отчуждении жилой недвижимости предостаточно. Суды не усматривают нарушение прав детей при отчуждении жилья родителем-собственником, даже если в последующем через короткий срок такой родитель лишен родительских прав.
Несправедливость выбранного после реформы п. 4 ст. 292 ГК РФ направления обеспечения прав детей-пользователей жилыми помещениями собственника, и явилась предметом рассмотрения в КС РФ. Однако с июня 2010 г. изменения в ГК РФ до сих пор не внесены, несмотря на повышенное внимание к проблемам прав семьи и детей в РФ, утвердившихся направлений государственной политики согласно Национальной стратегии в интересах детей.
Внесенный в ГД РФ Законопроект об изменении п. 4 ст. 292 ГК РФ продолжает вызывать неоднозначную реакцию, в частности сомнения по поводу предложений обсуждались на Законе.ру. и в официальных кругах относительно опять же вопросов ипотеки.
Представляется, что наилучшим образом отражает проблемность ситуации с обеспечением прав детей и изменением в 2004 г. редакции ст. 292 ГК РФ мнение судьи Конституционного суда РФ Г.А. Гаджиева по делу о проверке конституционности п. 4 ст. 292 ГК РФ «… прежняя редакция пункта 4 статьи 292 ГК РФ, до принятия Федерального закона от 30 декабря 2004 года N 213-ФЗ, в большей степени соответствовала конституционной обязанности государства по государственной защите прав детей. Законодатель, создавая прежнюю редакцию нормы пункта 4 статьи 292 ГК РФ, правильно оценил социальные и экономические отношения в стране. Только что прошла приватизация жилья, и квартиры стали главными и порой единственными значительными объектами права частной собственности. К сожалению, в стране много неблагополучных семей, в которых родители обладают весьма скромным достатком. Поэтому на органы опеки и попечительства была возложена обязанность проверять, соблюдаются ли права и законные интересы несовершеннолетних детей при отчуждении квартир собственниками-родителями. Да, возможно при этой системе допускалось не всегда оправданное вмешательство органов опеки и попечительства в процесс отчуждения жилых помещений. Но ведь эти трудности можно было устранить путем дополнительного нормативного регулирования и создания определенных критериев для органов опеки и попечительства, устраняющих их излишнее усмотрение. Упрек можно и нужно было высказывать не в адрес прежней редакции пункта 4 статьи 292 ГК РФ, а по поводу доведения нормативного регулирования до логического конца. Это часто встречающаяся в нашем законодательстве ситуация, когда все до конца оказывается недоурегулированным, т.е имеет место дефект в межотраслевых связях норм гражданского права и норм законодательства об органах опеки и попечительства. Видимо, правы те ученые, которые считают, что в условиях России предпочтительно использовать предельно детализированный тип регулирования компетенции органов управления. Именно так и считал Конституционный Суд Российской Федерации, когда он пришел к выводу, что из пункта 1 статьи 28 и пунктов 2 и 3 статьи 37 ГК Российской Федерации не вытекает право органов опеки и попечительства произвольно запрещать сделки по отчуждению имущества несовершеннолетних детей, совершаемые их родителями (Определение от 6 марта 2003 года N 119-О).
Однако законодатель не обратил внимания на правовую позицию Конституционного Суда, в силу которой именно прежняя редакция нормы пункта 4 статьи 292 ГК Российской Федерации была основана на презумпции добросовестности родителей.
Объективно новая редакция пункта 4 статьи 292 ухудшила положение с нормативной регламентацией конституционной обязанности по государственной защите детей. По сути, это и есть умаление конституционного права, закрепленного в статье 45 Конституции Российской Федерации, что запрещено в части второй ее статьи 55. И есть объективные доказательства того, что произошло умаление конституционного права детей. Приказом Минюста России от 6 августа 2001 года N 233 была утверждена Инструкция о порядке государственной регистрации договоров купли-продажи и перехода права собственности на жилые помещения, в абзаце третьем пункта 8 которой было установлено, что в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, на государственную регистрацию договора продажи представляются и иные документы (подлинник и копия), в том числе разрешение (согласие) органа опеки и попечительства, если… в отчуждаемом жилом помещении проживают несовершеннолетние члены семьи собственника… оставшиеся без родительского попечения.
Однако этот абзац в части, требующей представления на государственную регистрацию договора продажи разрешения (согласия) органа опеки и попечительства, признан недействующим с 1 января 2005 года решением Верховного Суда Российской Федерации от 15 декабря 2008 года N ГКПИ08-2069, как противоречащий новой редакции пункта 4 статьи 292 ГК».
Приведенный Сергеем (в комментарии к настоящему посту) пример Апелляционного определения Московского городского суда от 12.10.2012 по делу № 11-18053, мне кажется, Анна в Вашем случае не подходит (Сергей не обижайтесь). В определении речь идет о ребенке, лишенном родительского попечения. А в случае, изложенном в посте, родитель, не лишенный родительских прав, распорядился своим жилым помещением, что не означает фактическое оставление детей такого родителя-собственника без его попечения.
Вопрос о том, считаются ли родители – собственники, отчуждающие свое жилое помещение, недобросовестными, если в таком случае их несовершеннолетние дети утрачивают право пользования жилым помещением и не приобретают ничего взамен – мне кажется очевидно утвердительным. Однако привожу Вам в прикрепленных файлах примеры из последней практики, когда отчуждение собственником-родителем своего жилого помещения с прекращением права пользования этим помещением несовершеннолетних детей собственника, не приобретающих ничего взамен, не рассматривается нарушением их прав и интересов и не создает основания для оспаривания сделки. Пара примеров очень схожи с Вашей ситуацией (договоры дарения).
Поэтому так важно принятие законопроекта о возвращении прежней редакции п. 4 ст. 292 ГК РФ.
Развитие же ипотечного кредитования для приобретения жилья необходимо обеспечивать, руководствуясь, прежде всего экономическими условиями, стимулами (уменьшение процентных ставок, регулирование себестоимости строительства, в т.ч. уменьшение административных барьеров для застройщиков, развитие малоквартирного и экономичного коттеджного строительства и др.). Защита прав несовершеннолетних детей, повышение социальной ответственности родителей за своих детей, не могут являться причинами, сдерживающими развитие ипотечного кредитования.
Как то не согласуются аргументы о том, что родители пассивны в выполнении своего родительского долга, не обеспечивают надлежащего содержания детей (не платят алименты) и поэтому нужно формировать алиментный фонд, иначе процент неисполненных родительских обязанностей уже критически велик. При этом законодательно допускаем свободное без излишнего обременения родительским долгом отчуждение жилых помещений родителями-собственниками. Может в русле этой логики сформируем за счет налогоплательщиков жилищный фонд для детей, имеющихся родительское попечение, но чьи родители, не думая о детях, продают жилые помещения, лишая их места жительства? Вряд ли такой подход согласуется с Национальной стратегией действий в интересах детей, Конституцией РФ, СК РФ.

30 мая 2016

Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 8 октября 2013 г. N 2-КГ13-9

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Горшкова В.В.,

судей Кликушина А.А. и Гетман Е.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Ильченко Р.В. к муниципальному казенному учреждению «Жилищно-коммунальный расчетный центр г. Вологды», Ильченко А.Н. и Ильченко Р.В., действующих в интересах несовершеннолетнего Ильченко А.Р., Афанасьевой С.П. и Афанасьеву И.В., действующих в интересах несовершеннолетней Афанасьевой И.И. о признании не приобретшими право пользования жилым помещением

по кассационной жалобе Ильченко А.Н., действующей в интересах несовершеннолетнего Ильченко А.Р. на определение судебной коллегии по гражданским делам Вологодского областного суда от 22 марта 2013 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Кликушина А.А., Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила:

Ильченко Р.В. обратилась в суд с иском к ответчикам о признании несовершеннолетних Ильченко А.Р. и Афанасьевой И.И. не приобретшими право пользования жилым помещением, признании за Ильченко Р.В. права приватизации квартиры, признании незаконным отказа МКУ «Жилищно-коммунальный расчетный центр г. Вологды» в передаче жилого помещения в собственность и возложении на него обязанности передать квартиру в собственность.

В обоснование своих требований истец указала, что она является нанимателем трехкомнатной квартиры, расположенной по адресу: г. …, …, находящейся в муниципальной собственности. Вместе с ней в квартире зарегистрирована и проживает ее дочь Ильченко Т.В., а также зарегистрированы сыновья Афанасьев И.В. и Ильченко Р.В. В период с 28 сентября 2011 г. по 20 марта 2012 г. в квартире была зарегистрирована внучка Афанасьева Н.И., … года рождения (дочь Афанасьева И.В.), в период с 24 октября 2000 года по 18 декабря 2010 года — внук Ильченко А.Р., … года рождения (сын Ильченко Р.В.). В заключении договора на передачу квартиры в общую долевую собственность с Афанасьевым И.В. ей отказано со ссылкой на отсутствие разрешения органов опеки и попечительства на приватизацию квартиры без учета несовершеннолетних внуков. Считает отказ незаконным, т.к. несовершеннолетние не имеют права пользования спорной квартирой: Ильченко А.Р. зарегистрирован и проживает вместе со своей матерью Ильченко А.Н. по адресу: г. …; несовершеннолетняя Афанасьева И.И. проживает вместе с родителями Афанасьевым И.В. и Афанасьевой С.П. по адресу: г. …

Ответчики Афанасьева С.П. и Афанасьев И.В., действующие в интересах несовершеннолетней Афанасьевой И.И., иск признали.

Ответчик Ильченко А.Н. и ее представитель Кузнецова С.Г. против удовлетворения иска возражали, пояснив, что Ильченко А.Р. право пользования указанным жилым помещением не утратил, поскольку вселен в него с момента рождения по месту жительства своего отца.

Решением Вологодского городского суда Вологодской области от 4 декабря 2012 г. в удовлетворении исковых требований отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Вологодского областного суда от 22 марта 2013 г. решение суда первой инстанции отменено, по делу вынесено новое решение, которым исковые требования удовлетворены, несовершеннолетняя Афанасьева И.И. признана не приобретшей право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: г. …; несовершеннолетний Ильченко А.Р. признан утратившим право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: г. …; признан незаконным отказ МКУ «Жилищно-коммунальный расчетный центр г. Вологды» от 20 августа 2012 г., на МКУ «Жилищно-коммунальный расчетный центр г. Вологды» возложена обязанность рассмотреть заявление Ильченко Р.В. о заключении договора на бесплатную передачу в собственность указанной квартиры.

В кассационной жалобе Ильченко А.Н., действующая в интересах несовершеннолетнего Ильченко А.Р., просит об отмене апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Вологодского областного суда от 22 марта 2013 г. и оставлении в силе решения Вологодского городского суда Вологодской области от 4 декабря 2012 г.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 6 сентября 2013 г. кассационная жалоба Ильченко А.Н., действующей в интересах несовершеннолетнего Ильченко А.Р., с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы Ильченко А.Н., действующей в интересах несовершеннолетнего Ильченко А.Р., Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации не находит оснований для отмены апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Вологодского областного суда от 22 марта 2013 г. и оставления в силе решения Вологодского городского суда Вологодской области от 4 декабря 2012 г.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

При вынесении оспариваемого судебного постановления таких нарушений норм материального и процессуального права допущено не было.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что Ильченко Р.В. является нанимателем трехкомнатной квартиры, расположенной по адресу: г. … Данное жилое помещение относится к муниципальному жилищному фонду. В указанном жилом помещении, помимо истицы, постоянно зарегистрированы Ильченко Т.В. (дочь), Афанасьев И.В. (сын) и Ильченко Р.В. (сын). Ранее в данном помещении были зарегистрированы внуки истицы — в период с 28 сентября 2011 г. по 20 марта 2012 г. Афанасьева И.И., … года рождения, в период с 24 октября 2000 г. по 18 декабря 2010 г.- Ильченко А.Р., … года рождения.

Несовершеннолетняя Афанасьева И.И. проживает с родителями по адресу: г. … и является собственником 1/3 доли указанного помещения.

23 июля 2007 г. брак между Ильченко Р.В. и Ильченко А.Н. расторгнут. После расторжения брака несовершеннолетний Ильченко А.Р. остался с матерью Ильченко А.Н, зарегистрирован и проживает с ней по адресу: г. …, … Собственником данной квартиры является Кокин B.C., с которым Ильченко А.Н. состоит в зарегистрированном браке с 21 апреля 2008 г. Квартира приобретена Кокиным B.C. по договору от 23 ноября 2009 г., право собственности зарегистрировано 1 декабря 2009 г. (л.д. 71).

10 июля 2012 г. истцом и ее сыном Афанасьевым И.В. было подано заявление в отдел по приватизации муниципальных жилых помещений МКУ «Жилищно-коммунальный расчетный центр г. Вологды» о приватизации спорного жилого помещения.

Ильченко Т.В. (дочь) и Ильченко Р.В. (сын) от приватизации указанной квартиры отказались.

Письмом и.о. начальника отдела по приватизации муниципальных жилых помещений МКУ «Жилищно-коммунальный расчетный центр г. Вологды» от 20 августа 2012 г. заявителям отказано в передаче квартиры в собственность в порядке приватизации со ссылкой на ст. 7 Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» в связи с тем, что не представлено разрешение органов опеки и попечительства на приватизацию данного жилого помещения без учета несовершеннолетних Афанасьевой И.И. и Ильченко А.Р.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции исходил из того, что несовершеннолетний Ильченко А.Р. с момента своего рождения был зарегистрирован в названном жилом помещении с согласия своего отца, а значит, родители определили место жительства несовершеннолетнего Ильченко А.Р. по месту жительства отца Ильченко Р.В. Выезд и снятие с регистрационного учета 18 декабря 2010 г. несовершеннолетнего Ильченко А.Р. носит вынужденный характер, связанный с неприязненными отношениями с истцом. Таким образом, суд пришел к выводу о том, что снятие несовершеннолетнего Ильченко А.Р. с регистрационного учета по адресу: г. …, и его выезд на другое постоянное место жительства не влечет утрату ребенком права пользования спорной квартирой.

С этим выводом не согласилась судебная коллегия по гражданским делам Вологодского областного суда.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что определение судебной коллегии по гражданским делам Вологодского областного суда от 22 марта 2013 г. является правильным, основанным на законе.

Так, в соответствии со статьей 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 N 1541-I (в редакции, действующей на момент возникновения спорных правоотношений) «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.

Согласно статье 7 названного закона передача жилых помещений в собственность граждан оформляется договором передачи, заключаемым органами государственной власти или органами местного самоуправления поселений, предприятием, учреждением с гражданином, получающим жилое помещение в собственность в порядке, установленном законодательством (часть 1). В договор передачи жилого помещения в собственность включаются несовершеннолетние, имеющие право пользования данным жилым помещением и проживающие совместно с лицами, которым это жилое помещение передается в общую с несовершеннолетними собственность, или несовершеннолетние, проживающие отдельно от указанных лиц, но не утратившие право пользования данным жилым помещением (часть 2).

В соответствии с частью 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда.

Согласно пункту 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. N 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» при временном отсутствии нанимателя жилого помещения и (или) членов его семьи, включая бывших членов семьи, за ними сохраняются все права и обязанности по договору социального найма жилого помещения (статья 71 Жилищного кодекса Российской Федерации). Если отсутствие в жилом помещении указанных лиц не носит временного характера, то заинтересованные лица (наймодатель, наниматель, члены семьи нанимателя) вправе потребовать в судебном порядке признания их утратившими право на жилое помещение на основании части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в связи с выездом в другое место жительства и расторжения тем самым договора социального найма.

Юридически значимым по спорам о признании нанимателя, члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения утратившими право пользования жилым помещением по договору социального найма вследствие их постоянного отсутствия в жилом помещении по причине выезда из него является установление того, по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.

При установлении судом обстоятельств, свидетельствующих о добровольном выезде ответчика из жилого помещения в другое место жительства и об отсутствии препятствий в пользовании жилым помещением, а также о его отказе в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма, иск о признании его утратившим право на жилое помещение подлежит удовлетворению на основании части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в связи с расторжением ответчиком в отношении себя договора социального найма.

Исходя из положений вышеуказанных норм, в случае признания несовершеннолетнего утратившим право пользования жилым помещением, он не подлежит включению в договор передачи жилого помещения в собственность.

Рассматривая дело, судебная коллегия указала, что несовершеннолетний Ильченко А.Р. проживал в данной квартире непродолжительное время, в 2002 году ответчик и ее сын выехали на другое постоянное место жительства, в котором на данный момент они зарегистрированы, проживают и приобрели право пользования данным жилым помещением, попыток вселиться обратно в течение длительного периода времени ими не предпринималось, доказательств, подтверждающих чинение со стороны истицы Ильченко Р.В. препятствий в пользовании спорным жилым помещением, не представлено. Не представлено и доказательств о наличии каких-либо соглашений о сохранении права на проживание несовершеннолетнего ребенка к квартире после выезда и снятия его с регистрационного учета. При таких обстоятельствах несовершеннолетний Ильченко А.Р. утратил право пользования жилым помещением и не подлежит включению в число участников приватизации на основании положений Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации».

Таким образом, вывод суда апелляционной инстанции о том, что несовершеннолетний Ильченко А.Р. утратил право пользования спорным жилым помещением в связи с выездом вместе с матерью в другое постоянное место жительства, приобрел право пользования другим жилым помещением по месту жительства матери и потому не может претендовать на передачу спорного жилого помещения в собственность в порядке приватизации, соответствуют установленным судом обстоятельствам дела, положениям названных выше норм закона, а также положениям статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации и статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, признается место жительства их законных представителей — родителей, место жительства при раздельном проживании родителей устанавливается соглашением родителей (ч. 2 ст. 20 ГК РФ, ч. 3 ст. 65 СК РФ); в случае выезда члена семьи нанимателя в другое место жительства договор найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда (ч. 3 ст. 83 ЖК РФ).

Доводы жалобы о несогласии с выводами суда апелляционной инстанции Судебная коллегия не может принять во внимание, поскольку они не свидетельствуют о существенных нарушениях судом апелляционной инстанции норм материального или процессуального права, которые бы повлияли на исход дела, а сводятся к иной оценке доказательств, в то время как действующим гражданским процессуальным законодательством суду кассационной инстанции право переоценки доказательств по делу не предоставлено.

С учетом установленных судом по данному делу конкретных обстоятельств, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации не находит оснований для отмены определения судебной коллегии по гражданским делам Вологодского областного суда от 22 марта 2013 г. и удовлетворения кассационной жалобы.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Вологодского областного суда от 22 марта 2013 г. оставить без изменения, кассационную жалобу Ильченко А.Н., действующей в интересах несовершеннолетнего Ильченко А.Р., — без удовлетворения.

Председательствующий

Горшков В.В.

Судьи

Кликушин А.А.

Гетман Е.С.

Для просмотра актуального текста документа и получения полной информации о вступлении в силу, изменениях и порядке применения документа, воспользуйтесь поиском в Интернет-версии системы ГАРАНТ:

admin