Ответственность за распространение ложной информации

За пять месяцев 2020 года – по состоянию на 4 июня – Генеральная прокуратура РФ направила в Роскомнадзор в общей сложности 180 требований об ограничении доступа к интернет-ресурсам; при этом 120 из них касались блокировки недостоверной общественно значимой информации («фейков») о коронавирусной инфекции, сообщает Генпрокуратура в понедельник.

За весь 2019 год в Роскомнадзор было направлено всего 134 требования, и только 12 – в отношении фейков, отмечается в сообщении.

Проверки по фактам появления ложных новостей показали, что наиболее распространёнными сюжетами для фейков стала информация о сокрытии властями и медицинскими организациями реальных масштабов распространения инфекции и человеческих жертв; о переброске военнослужащих и сотрудников Росгвардии в крупные города с целью жёсткого ограничения прав граждан, либо с целью организации государственного переворота. Распространены фейки о том, что новая коронавирусная инфекция является мифом, а принимаемые для защиты здоровья и благополучия людей меры излишни.

Чаще стали публиковаться видеоматериалы, изготовленные в виде документальных сюжетов. В них авторы излагали разного рода теории о намеренном распространении коронавирусной инфекции или ложной информации о данном вирусе с целью решения геополитических и экономических задач. Прокуратура выявляла недостоверные сообщения, распространяемые для незаконного извлечения материальной выгоды, говорится в сообщении.

Как писал D-Russia.ru, в начале марта Роскомнадзор сообщал, что по требованию Генпрокуратуры внёс ряд сообщений в социальных сетях о новой коронавирусной инфекции в реестр запрещенной в РФ информации. Вслед за этим ведомство отдельно предупредило СМИ об ответственности за распространение ложной информации о новой коронавирусной инфекции.

В конце марта в Следственном комитете России создана рабочая группа по предупреждению распространения среди населения ложной информации о ситуации с коронавирусной инфекцией (Covid-19) на территории РФ. Рабочая группа занимается «выявлением фактов распространения, в том числе в сети Интернете и мессенджерах, заведомо ложной и непроверенной информации о количестве заболевших коронавирусом в России, а также иных недостоверных сведений, способствующих паническим настроениям».

Справка

Закон о наказании за так называемые фейковые онлайн-новости был подписан в марте прошлого года. В конце марта 2020 Госдума приняла поправки в кодекс об административных правонарушениях, уголовный и уголовно-процессуальный кодексы РФ – эти поправки ужесточили наказание за распространение ложной информации в условиях пандемии; эти законы были подписаны 1 апреля.

Теперь за распространение в СМИ и Интернете ложной информации об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан, или о принимаемых мерах по обеспечению безопасности населения и территорий, приёмах и способах защиты от указанных обстоятельств предусматривается штрафа для юридических лиц от 1,5 миллиона до 3 миллионов рублей. Если распространение фейков привело к смерти человека, причинению вреда здоровью или имуществу, или массовому нарушению общественного порядка, штраф составит от 3 миллионов до 5 миллионов рублей. За повторное нарушение штрафы могут достигать 10 миллионов рублей.

Также за фейки предусмотрена уголовная ответственность для граждан. Если публичное распространение заведомо ложной общественно значимой информации повлекло по неосторожности причинение вреда здоровью человека, предусматривается повышенная уголовная ответственность в новой статье 207.2 УК. За такое деяние грозит штраф от 700 тысяч до 1,5 миллиона рублей, либо принудительные работы до трёх лет, либо лишение свободы на срок до трёх лет.

Если то же деяние повлекло по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия, то наказание грозит в виде штрафа от 1,5 миллиона до 2 миллионов рублей, либо принудительных работ на срок до пяти лет, либо лишение свободы до пяти лет.

Следите за нашим Телеграм-каналом, чтобы не пропускать самое важное!

В 2011 году бизнесмен из Чувашии попытался возбудить уголовное дело в отношении вымогавших взятку чиновников Росимущества, но в результате сам получил срок по обвинению в растрате. В МВД факт взятки не подтвердили, но СМИ отметило случай несколькими публикациями. Это побудило одного из участников истории, чиновника Владислава Синёва, отправиться в суд за восстановлением своего доброго имени. Но его требования потерпели неудачу уже в двух инстанциях.
3 апреля 2013 года газета «Коммерсантъ» в № 57 опубликовала статью под авторством Натальи Корченковой «Омбудсмен Титов вызволяет из СИЗО чувашского бизнесмена, обвинившего чиновников Росимущества в вымогательстве». В тексте говорилось, что на состоявшемся днем ранее заседании центра «Бизнес против коррупции», сопредседателем которого является Титов, было рассмотрено обращение экс-гендиректора ОАО «Племенной птицеводческий завод (ППЗ) «Канашский» Константина Герберга.

Он возглавил завод в 2010 году, а через год предприятию потребовались кредиты. Как позже утверждал Герберг, в июле 2011 года замглавы управления Росимущества по работе с сельхозпредприятиями Владислав Синёв якобы предложил ему «решить вопрос» через министра сельского хозяйства Чувашии Сергея Павлова за 6 млн руб – эта сумма обеспечила бы подписание нужной директивы. Действовал Синёв через своего посредника Людмилу Селиванову – экс-заместителя губернатора Красноярского края Александра Лебедя, на тот момент покинувшую пост заместителя московского префекта Олега Митволя.

«В сентябре 2011 года по заявлению Константина Герберга в отношении Владислава Синёва и Людмилы Селивановой было возбуждено уголовное дело по ч. 4 ст. 159 УК РФ (покушение на преступление и мошенничество в особо крупном размере)», писал «Коммерсантъ» в вышеупомянутой статье. Дело действительно возбудили, но позже следствие пришло к выводу об отсутствии в действиях чиновников состава преступления. А вот сам Герберг после этого инцидента в должности не усидел – в том же году Росимущество заподозрило его в растратах: завышении размера своих командировочных и покупке 12 коз по цене выше рыночной. Предпринимателя сняли с директорского кресла с обвинением в «ухудшении экономического положения предприятия», а через месяц после увольнения, в январе 2012 года, отделение МВД по Канашскому району Чувашии возбудило дело по той же 159-й статье УК уже в отношении него. 23 октября 2012 года Канашский райсуд Чувашской Республики приговорил его к восьми годам колонии строгого режима (дело № 1-45/2013).

В конце 2012 года некоммерческое партнерство содействия защите бизнеса «Бизнес-солидарность» опубликовало на своем сайте письмо экс-гендиректора под заголовком «Дело Герберга – дело о 12 козах», в котором предприниматель подробно рассказывал, как Синёв требовал с него взятку. Позже Герберг написал обращение в Центр общественных процедур «Бизнес против коррупции», попросив привлечь к расследованию его наблюдательный совет. 2 апреля 2013 года Центр провел заседание, по итогам которого 17 апреля направил письма в Главное управление экономической безопасности и противодействия коррупции МВД РФ (исх. № 31/13), Министерство сельского хозяйства РФ (исх. № 32/13) и Федеральное агентство по управлению государственным имуществом (исх. № 33/13). Тексты писем содержали информацию о том, что Селиванова по указанию Селина вымогала у Герберга 6 млн руб, а также ссылку на «круглый стол» ГУЭБиПК МВД РФ, где 15 февраля 2012 года обсуждалось возбуждение на обоих чиновников уголовного дела по заявлению Герберга.
Синёв посчитал, что указанные публикации и письма содержат ложные сведения, и 4 июня прошлого года обратился в Тверской райсуд Москвы, где предъявил к Гербергу, ЗАО «Коммерсантъ. Издательский Дом», «Бизнес Солидарности» и центру «Бизнес против коррупции» иск о защите чести, достоинства и деловой репутации (дело № 2-4370/2014 ~ М-4150/2014). В иске он заявлял, что уголовное дело на него не заводилось, а взятку у Герберга он никогда не вымогал. От каждого из ответчиков Синёв требовал, во-первых, уплаты 113 495 руб. в счет компенсации морального вреда, а во-вторых, публикации опровержения названных материалов с указанием, что информация в них «не соответствует действительности, является непроверенной и ложной».

Однако судья Алексей Стеклиев, к которому попало дело, 27 ноября 2014 года в иске отказал, сославшись на материалы дела, по которым информация о взятке и возбуждении уголовного дела в отношении Синёва содержалась также в документах круглого стола ГУЭБиПК МВД РФ. «Оспариваемые истцом сведения не могут рассматриваться как не соответствующие действительности, ввиду их первичного распространения в процессуальных документах, для оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок», – сказано в решении суда.
Тогда Синёв подал в Мосгорсуд апелляционную жалобу (дело № 33-10951/2015), которую коллегия под председательством Бориса Гербекова рассмотрела 2 апреля.

Сначала судьи заслушали доводы представителя Синёва Сергея Литвинова.

Тот ссылался на п. 9 постановления Пленума ВС РФ от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», по которому обязанность доказывать действительность распространенных сведений лежит на ответчиках. Литвинов считал, что никаких фактов в подтверждение своей правоты никто из них не представил:

– Слова о возбуждении по Синёву уголовного дела – это домысел газеты «Коммерсантъ», истец никогда не привлекался к уголовной ответственности, – сказал он.

Вспомнил Литвинов и про ст. 152 ГК РФ («Защита чести, достоинства и деловой репутации»), по которой оценочные суждения, мнения или убеждения не могут являться предметом судебной защиты. По словам юриста, те письма, которые «Бизнес против коррупции» направил в три инстанции, не содержали оценочных суждений, а, наоборот, прямо утверждали, что факт коррупции действительно был, но суд первой инстанции не обратил на это внимания.

Заканчивая выступление, Литвинов попросил коллегию отменить решение Тверского суда.
Со стороны ответчиков на заседание явился только представитель «Коммерсанта» Дмитрий Жарков. Из его короткой речи следовало, что статья «Коммерсанта» отражала анализ дискуссии на заседании общественного центра и носила характер репортажа.

– Заявлений от себя газета не делала, а просто выполнила свою задачу – проинформировала общественность об этом случае. Утверждение истца о том, что такую информацию нельзя публиковать, носит надуманный характер, – говорил он.
Посовещавшись, коллегия решила оставить решение Тверского суда без изменения, а жалобу Синёва – без удовлетворения.

На прошлой неделе Мосгорсуд опубликовал определение по делу, в котором тройка апелляции отмечала следующее: несмотря на то что правоохранители не подтвердили факт вымогательства взятки, это не могло служить основанием для привлечения Герберга к гражданско-правовой ответственности по ст. 152 ГК РФ. «В указанном случае имела место реализация гражданином конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений», – писали судьи. Информация, опубликованная в «Коммерсанте» и на сайте «Бизнес солидарности», как указала коллегия, была записана со слов Герберга и затем проверена в установленном порядке, а потому не может быть признана не соответствующей действительности и порочащей честь истца.

Что касается писем, которые «Бизнес против коррупции» разослал по инстанциям, то судьи отметили, что содержащаяся в них информация «была приведена со ссылкой на материалы круглого стола ГУЭБиПК МВД РФ от 15 февраля 2012 года, опубликованных на официальном сайте ведомства» (в настоящее время найти упоминание о публикации не удалось. – «Право.Ru»). А цитирование информации, размещенной на сайте правоохранительных органов, не может быть признано распространением не соответствующих действительности и порочащих истца сведений, резюмировал суд.

Верховный Суд Российской Федерации в новом Обзоре судебной практики по вопросам применения законодательства и мер по противодействию распространению новой коронавирусной инфекции в части применения уголовного закона привел разъяснения, касающиеся уголовной ответственности за распространение недостоверной информации о COVID–19. Напомним, в апреле текущего года в административное и уголовное законодательство были внесены изменения, касающиеся установления ответственности за распространение недостоверной информации. К слову, административная ответственность для физлиц за распространение фейков установлена с марта прошлого года (ч. 9–ч. 10 ст. 13.15 КоАП), а вот для юрлиц – введена в этом году (ч. 10.1–ч. 10.2 ст. 13.15 КоАП РФ). Кроме того, с 1 апреля также установлена уголовная ответственность за публичное распространение заведомо ложной информации, в том числе повлекшей тяжкие последствия (ст. 207.1–207.2 Уголовного кодекса).

В Обзоре ВС РФ подчеркнул, что к упомянутым в примечаниях ст. 207.1 УК РФ и ст. 13.15 КоАП РФ обстоятельствам, представляющим угрозу жизни и безопасности граждан, относятся обстоятельства распространения новой коронавирусной инфекции на территории РФ, поскольку это повлекло и может еще повлечь человеческие жертвы, нанесение ущерба здоровью людей, значительные материальные потери и нарушение условий жизнедеятельности населения, и на противодействие распространению данной инфекции направлены принимаемые меры по обеспечению безопасности населения и территорий. Таким образом, названные нормы применимы и при распространении заведомо недостоверной и ложной информации о новом коронавирусе и о принимаемых мерах по борьбе с ним.

Согласно разъяснениям Суда уголовно наказуемыми по ст. 207.1 УК РФ будут считаться действия числе по публичному распространению под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации, в том числе об обстоятельствах распространения в РФ новой коронавирусной инфекции и (или) о принимаемых мерах по обеспечению безопасности населения и территорий, способах защиты от вируса. Отмечается, что с учетом условий, цели и мотивов распространения такой информации (например, для провокации паники среди населения или нарушения правопорядка) эти действия должны представлять реальную общественную опасность и причинять вред охраняемым уголовным законом отношениям в сфере обеспечения общественной безопасности (в отличие от действий, предусмотренных ч. 9–ч. 10 ст. 13.15 КоАП РФ), при этом публичный характер распространения информации может выражаться не только в использовании для этого СМИ и информационно-телекоммуникационных сетей, но и путем выступления на собрании, митинге, распространения листовок, вывешивания плакатов и т. п.

ВС РФ также отметил, что гражданин не может быть привлечен к уголовной ответственности за преступления, предусмотренные ст. 207.1–ст. 207.2 УК РФ, если его действия совершены до вступления в силу Федерального закона от 1 апреля 2020 г. № 100-ФЗ, устанавливающего такую ответственность, то есть до 1 апреля текущего года, даже в том случае, если общественно опасные последствия от этих действий наступили после вступления закона в силу. В ситуации, когда публичное распространение заведомо ложной информации начато до 1 апреля и продолжилось после начала действия уголовного закона, уголовно наказуемыми могут быть признаны только те действия, которые были совершены, начиная с 1 апреля. При этом обязательным условием ответственности по ст. 207.2 УК РФ является наступление общественно опасных последствий, состоящих в причинной связи с такими действиями.

Все важные документы и новости о коронавирусе COVID-19 – в ежедневной рассылке Подписаться

Суд полагает возможным отнесение к общественно значимой информации сведений об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан, и (или) о принимаемых в связи с этим мерах по обеспечению безопасности населения и территорий, приемах и способах защиты от указанных обстоятельств, что соотносится и со значимостью информации о коронавирусе и мерах по борьбе с ним. При этом отмечается, что предмет преступления, предусмотренного ст. 207.2 УК РФ, является более широким по отношению к предмету преступления, предусмотренного ст. 207.1 УК РФ. Поэтому публичное распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации, названной в примечании к ст. 207.1 УК РФ, повлекшее по неосторожности причинение вреда здоровью человека, смерть человека или иные тяжкие последствия, подлежит квалификации по соответствующей части ст. 207.2 УК РФ. Если же указанные последствия не наступили, действия следует квалифицировать по ст. 207.1 УК РФ.

Кроме того, ВС РФ указал, что административная ответственность по ч. 10.1–ст. 10.2 ст. 13.15 КоАП РФ установлена для юрлиц, а к уголовной ответственности по ст. 207.1 и 207.2 УК РФ могут быть привлечены граждане, в том числе должностные лица, руководители юрлица.
Помимо указанных вопросов, в Обзор включены разъяснения о том, каким образом подлежат применению нормы об ответственности за неисполнение обязательств в условиях принятых ограничительных мер, об административной ответственности за нарушение законодательства об обеспечении санитарно-эпидемиологического благополучия населения, оговорены вопросы соблюдения процессуальных сроков и другие.

Прокуратура области информирует: установлена административная ответственность за распространение в средствах массовой информации, а также в информационно-телекоммуникационных сетях заведомо недостоверной общественно значимой информации.
Федеральным законом от 18.03.2019 № 27-ФЗ статья 13.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) (злоупотребление свободой массовой информации) дополнена новыми частями 9 — 11.

Так, частью 9 статьи 13.15 КоАП РФ установлена административная ответственность за распространение в средствах массовой информации, а также в информационно-телекоммуникационных сетях заведомо недостоверной общественно значимой информации под видом достоверных сообщений, создавшее угрозу причинения вреда жизни и (или) здоровью граждан, имуществу, угрозу массового нарушения общественного порядка и (или) общественной безопасности либо угрозу создания помех функционированию или прекращения функционирования объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, кредитных организаций, объектов энергетики, промышленности или связи, если эти действия лица, распространяющего информацию, не содержат уголовно наказуемого деяния.

Санкцией ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ предусмотрено наказание в виде административного штрафа на граждан в размере от 30 до 100 тысяч рублей с конфискацией предмета административного правонарушения или без таковой; на должностных лиц — от 60 до 200 тысяч рублей; на юридических лиц — от 200 до 500 тысяч рублей с конфискацией предмета административного правонарушения или без таковой.

Ответственность усиливается, и деяние квалифицируется по ч. 10 ст. 13.15 КоАП РФ:

если распространение такой информации повлекло создание помех функционированию объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, кредитных организаций, объектов энергетики, промышленности или связи, если эти действия лица, распространяющего информацию, не содержат уголовно наказуемого деяния,

повторного совершения аналогичных действий.

В указанных случаях размер административного штрафа увеличивается и составляет для граждан — от 100 до 300 тысяч рублей с конфискацией предмета административного правонарушения или без таковой; для должностных лиц — от 300 до 600 тысяч рублей; для юридических лиц — от 500 тысяч до одного миллиона рублей с конфискацией предмета административного правонарушения или без таковой.

Еще более суровая ответственность предусмотрена ч. 11 ст. 13.15 КоАП РФ. Она наступает в случае, если распространение в средствах массовой информации, а также в информационно-телекоммуникационных сетях заведомо недостоверной общественно значимой информации под видом достоверных сообщений, повлекло смерть человека, причинение вреда здоровью человека или имуществу, массовое нарушение общественного порядка и (или) общественной безопасности, прекращение функционирования объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, кредитных организаций, объектов энергетики, промышленности или связи, если эти действия лица, распространяющего информацию, не содержат уголовно наказуемого деяния. Кроме того, виновное лицо понесет ответственность по ч. 11 ст. 13.15 КоАП РФ за повторное совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 10 ст. 13.15 Кодекса. В указанных случаях правонарушителям грозят штрафы в размерах: на граждан — от 300 до 400 тысяч рублей с конфискацией предмета административного правонарушения или без таковой; на должностных лиц — от 600 до 900 тысяч рублей; на юридических лиц — от одного до полутора миллионов рублей с конфискацией предмета административного правонарушения или без таковой.

Возбуждать дела о правонарушениях, предусмотренных ч.ч. 9-11 ст. 13.15 КоАП РФ, уполномочены должностные лица органа, осуществляющего функции по контролю и надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций и должностные лица органов внутренних дел (полиции).

Рассмотрение дел об указанных административных правонарушениях отнесено к компетенции судей.

Обо всех случаях возбуждения дел об административных правонарушениях, предусмотренных ч.ч. 9 – 11 ст. 13.15 КоАП РФ, в течение 24 часов уведомляются органы прокуратуры Российской Федерации.

admin