Московский областной суд отзывы

Постановление президиума Московского областного суда
от 13 октября 2004 г. N 631
(извлечение)

Ч. обратился в суд с иском к ЗАО «Жилстрой» о восстановлении на работе, взыскании зарплаты за время вынужденного прогула, ссылаясь на то, что 8 октября 2001 года был принят на работу к ответчику на должность прораба. 24 мая 2002 года был взят под стражу, приговором Люберецкого городского суда от 4 октября 2002 года осужден к 2 годам лишения свободы, определением судебной коллегии по уголовным делам Московского областного суда от 27 ноября 2002 года ему назначено наказание в виде 1 года условно, 29 ноября 2002 года из-под стражи освобожден, после чего ему стало известно, что приказом от 30 августа 2002 года он был уволен с работы по п. 6 а ст. 81 ТК РФ за прогул. Считая увольнение по данному основанию незаконным, обратился в суд с указанным иском.

Решением Люберецкого городского суда от 12 ноября 2003 года иск Ч. удовлетворен. Суд постановил восстановить истца на работе с 23 мая 2002 года, взыскать с ответчика в пользу истца заработную плату за период с 23 декабря 2002 года (момента его обращения с заявлением о допущении к работе) по день вынесения решения) в размере 145 047 руб. 05 коп.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 20 января 2004 года указанное выше решение отменено, по делу вынесено новое решение об отказе в иске.

В представлении прокурора Московской области и надзорной жалобе Ч. ставится вопрос об отмене определения судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 20 января 2004 года и оставлении без изменения решения Люберецкого городского суда от 12 ноября 2003 года.

Определением судьи Мособлсуда В. от 24.09.04 г. дело передано для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции — президиум Московского областного суда.

Проверив материалы дела, президиум находит, что судебные постановления подлежат отмене.

В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права.

Как усматривается из материалов дела Ч., работавший в ЗАО «Жилстрой» был уволен с работы с 30 августа 2002 г. за прогул, совершенный с 24.05.2002 г.

Суд первой инстанции признал, что невыход Ч. на работу в период с 24 мая 2002 г. по 25.12.02 г. был вызван уважительными причинами, поскольку 24 мая 2002 г. он был арестован и находился под стражей.

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда от 20.01.2004 г. отменила решение суда и вынесла новое решение, которым в иске отказала. Судебная коллегия пришла к выводу, что отсутствие Ч. на рабочем месте вследствие совершения им противоправного действия явилось причиной его задержания и отсутствия на рабочем месте, что может быть расценено как прогул без уважительной причины.

С таким выводом нельзя согласиться.

Прогулом в соответствии с п. 6 а ст. 81 ТК РФ является отсутствие на рабочем месте работника более 4 часов подряд в течение рабочего дня по неуважительной причине, зависящей от его воли.

Как усматривается из материалов дела, Ч. отсутствовал на рабочем месте помимо своей воли, т.к. был заключен под стражу за совершение противоправного действия (покушение на грабеж). Это действие не относится к дисциплинарным поступкам, за которые предусмотрено право работодателя применять дисциплинарные взыскания в рамках трудового законодательства.

С Ч. мог быть прекращен трудовой договор в случае его осуждения к наказанию, исключающему возможность продолжения работы. Однако, Ч. был осужден к условной мере наказания и освобожден из-под стражи, поэтому вправе был приступить к работе.

Кроме того, при увольнении Ч. был нарушен порядок увольнения, предусмотренный ст. 193 ТК РФ, т.е. у Ч. не было взято объяснение, хотя обязанность затребовать у работника объяснение до применения дисциплинарного взыскания, возложена на работодателя.

Указанные требования закона соблюдены ответчиком не были, поэтому вывод судебной коллегии о законности увольнения Ч. за прогул нельзя признать обоснованным.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенные обстоятельства. Кроме того, следует выяснить, почему истец после освобождения из-под стражи 29 ноября 2002 г. с просьбой о допуске на работу обратился лишь 23 декабря 2002 г.

В зависимости от установленного, разрешить спор.

Руководствуясь ст. 390 ГПК РФ, постановил:

Решение Люберецкого городского суда от 12 ноября 2003 года и определение судебной коллегии по гражданским делам Мособлсуда от 20 января 2004 г. отменить, дело направить на новое рассмотрение в тот же суд.

В продолжение темы «добросовестного приобретателя недвижимости».

Столкнулся с делом № 2-6867/2015 в Одинцовском суде Московской области (судьи Сакаль Е.С., Кетова Л.С.) по судебной регистрации соглашений залогов заключенных в 2011 году, и действительно, волосы встают дыбом! Дело предельно простое, но суды открыто игнорируют сделку купли-продажи недвижимости от августа 2015 года и возникшие права покупателя, упорно увязывая и выставляя приоритетом некие залоги от 2011 года. Похоже, что Верховный Суд РФ в данном деле поддержал отмену понятия добросовестного приобретателя недвижимости и пренебрег правами собственности, а также поступил вразрез со своими собственными разъяснениями (от 04.03.2015 г).

См. определение и ходатайство в приложении.

В августе 2015 года человек купил жилой дом и земельный участок в злополучном Одинцовском районе Московской области. На дату сделки купли-продажи в ЕГРП отсутствовали ограничения (обременения) или отметки о споре в отношении приобретаемой недвижимости, за исключением зарегистрированной банковской ипотеки продавца от 2012 года. О сделке продавца недвижимости истец (одинцовский ростовщик-олигарх) достоверно знал с весны 2015 года от продавца (имеются письменные показания истца), однако, истец все лето 2015 года не возражал и не предпринимал никаких действий предусмотренных законом для предотвращения сделки купли-продажи продавца и для информирования потенциального покупателя и не сообщал в ЕГРП о залогах или споре. Тем временем покупатель к августу 2015 года за свой счет погасил единственную банковскую ипотеку продавца от 2012 года и приобрел «юридически чистое» имущество. Все документы говорили об отсутствии иных обременений (ограничений) или правопритязаний (споров). Покупатель стал законным собственником. Никаких оснований заподозрить продавца в наличии у него каких-либо залогов или судебного спора о залоге покупатель не имел. Жил спокойно собственником три месяца. И тут, спустя три месяца после регистрации в ЕГРП права собственности на недвижимость, в ноябре 2015 года оказалось (т.е. покупатель узнал из судебной повестки), что в конце июля 2015 года имел место судебный спор и за неделю до заключения сделки вынесено судебное решение Одинцовского городского суда Московской области о регистрации залогов по неким договорам залога от 2011 года на проданную недвижимость. При этом, покупатель не знал о таких залогах от 2011 года (за исключением единственной зарегистрированной в ЕГРП банковской ипотеки от 2012 года), не был уведомлен о судебном споре и вынесенном решении и соответственно, не участвовал в деле. Таким образом, спустя три месяца после регистрации в ЕГРП права собственности на недвижимость на имя добросовестного приобретателя Одинцовский городской суд вызвал покупателя в суд и на основании указанного судебного решения о регистрации залогов от 2011 года и на основании ходатайства истца о необходимости замены ответчика (продавца) на правопреемника (покупателя) вынес определение о правопреемстве, заменив продавца на покупателя, — то есть обременил собственность добросовестного приобретателя залогами от 2011 года возникших из решения лета 2015 года!

Пункт 6 статьи 8.1 ГК четко установил, что: «Зарегистрированное право может быть оспорено только в судебном порядке», а подп. 2 п. 1 статьи 352 ГК установил, что залог прекращается, «если заложенное имущество возмездно приобретено лицом, которое не знало и не должно было знать, что это имущество является предметом залога».

Добросовестный покупатель ни в чем не виноват. Доказать умысел и сговор продавца и истца или подкуп суда практически невозможно. Продавец получил деньги и потратил их, а жилой дом и земля зарегистрированы на покупателя. Покупатель безусловно является законным и добросовестным собственником (поскольку, иного не доказано). Однако, судами полностью проигнорированы все возражения покупателя о том, что он является добросовестным приобретателем и законным собственником (согласно статьям 8.1, 10, 209, 223 ГК и ст. 35 Конституции) и что для ограничения (обременения) прав добросовестного приобретателя по закону требуется, как минимум, вступившее в силу судебное решение обременяющее права покупателя зарегистрированные в ЕГРП либо судебное признание договора купли-продажи недействительным (ст. 8.1, ст. 173.1 ГК). Судом отвергнута ссылка покупателя на то, что при продаже ему недвижимости без согласия залогодержателя нет перемены лица в обязательстве по смыслу ст. 44 ГПК, а есть предельно ясно регулируемые пунктом 2 ст. 346 ГК правоотношения и обусловленные законом правила (последствия), когда залогодатель (т.е. ответчик-продавец) продает заложенное имущество третьему лицу (покупателю) без согласия залогодержателя (истца), с отсылкой к п. 6 ст. 8.1 и подп. 2 п. 1 ст. 352 ГК. Получается, что суд игнорирует нормы материального права обусловленные в статьях 8.1, 10, 223, п. 2 ст. 346 и подп. 2 п.1 ст. 352 ГК РФ, а также ст. 35 Конституции РФ. Почему? Суд своим определением разрешил спор о зарегистрированном праве покупателя без искового оспаривания зарегистрированного права! Судью Сакаль Е.С. уволили, однако, её определение осталась в силе и поддержано Верховным Судом. А как быть со статусами законного собственника и добросовестного приобретателя? Никто не оспорил сделку купли-продажи и зарегистрированное право покупателя, соответственно, Росреестр не вправе регистрировать залоги по такому определению. Зачем тогда суд вынес такое определение, а Верховный Суд поддержал его, если оно ничего законно не решит, но создает преюдицию и опаснейший прецедент?

Необходимость оспаривания иском (а не ходатайством) зарегистрированного в ЕГРП права четко указана в п. 6 ст. 8.1 ГК РФ, в п. 1 ст. 2 Федерального закона «О регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» от 21.07.1997г. № 122-ФЗ и в п. 52 совместного Постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ № 10/22 от 29.04.2010 года, а прекращение залога при отчуждении имущества четко прописано в п. 2 ст. 346 и в подп. 2 п. 1 ст. 352 ГК и разъясняется в п. 4 Обзора судебной практики ВС РФ № 1 (2015), утвержденного Президиумом ВС РФ 04.03.2015 г. Все это стойко игнорируется судами.

Далее, поскольку само решение суда принятое без участия покупателя (Коротаева С.Г.) было незаконно, т.к. решение принято по требованиям с истеченным сроком исковой давности, само содержание соглашений о залоге на момент их подписания противоречило закону, который указывал на их ничтожность и др., покупатель идет в Московский областной суд и подает кассационную жалобу на решение, а также иск в Одинцовский суд о признании договоров о залоге от 2011 года недействительными. Оба суда отказывают покупателю в рассмотрении его требований по существу, сославшись на ст. 61 ГПК и преюдицию определения о правопреемстве! Тогда покупатель подает следующий иск о прекращении залогов от 2011 года по подп. 2 п. 1 ст. 352 ГК РФ, представляет еще раз все доказательства добросовестности и возмездности. Четыре свидетеля подтверждают добросовестность покупателя и суд с ними соглашается! Более того, соглашается с необходимостью применения подп. 2 п. 1 ст. 352 ГК РФ к сделке покупателя. Однако, суд (судья Кетова Л.С.) вновь отказывает в иске покупателя (дело № 2-3788/2016~М-1060/2016), обосновывая свое решение – внимание — преюдицией (!) вступившего в силу вышеуказанного определения о правопреемстве. Это что, ошибка или это отрабатываемая система отъема собственности в интересах отдельного заказчика?

Покупатель оказался в ситуации, когда договор купли-продажи недвижимости в силе, никто его не оспорил, зарегистрированные в ЕГРП права собственности покупателя в силе, никто их не оспорил, в то же время имеется вступившее в силу определение суда о правопреемстве и отказы судов вообще рассматривать вышеуказанные иски покупателя с ссылкой на преюдицию этого определения, что все вместе и по отдельности пещерно-дико нарушает права добросовестного покупателя. Еще две тысячи лет назад в Римском праве вопрос о добросовестном приобретателе получал специальные государственные средства защиты (action in rem Publiciana) и разрешался в его пользу. В ст. 60 ГК РСФСР 1922г. имелось примечание 1, по которому приобретатель признавался добросовестным, если он не знал и не должен был знать, что лицо, от коего он приобрел вещь, не имело права отчуждать ее. Российский ГК содержит презумпцию добросовестности приобретателя и собственника, которая вытекает из статей 10 и 223 ГК РФ, а также предельно четко обусловлено прекращение залога по п. 2 ст. 346 и подп. 2 п. 1 ст. 352 ГК РФ. А куда мы сегодня катимся с такими судебными определениями? У нас что, уже не существует законов и государства? Не может суд быть независимым от закона. Это очевидная подстава и действие против всех усилий Президента России по построению правового государства.

Господа цивилисты, пожалуйста, выскажите свое мнение, это что, как говорят — разовая трансформация простых правовых понятий под конкретное дело (ходатайство) или конец права собственности и понятия добросовестного приобретателя в России?

Получается, что суды РФ средь бела дня допускают игнорирование положений ст. 8.1, ст. 10, ст. 167, ст. 173.1, ст. 209, ст. 223, п. 2 ст. 346, подп. 2 п. 1 ст. 352 ГК и статей 35 и 46 Конституции и могут произвольно подменять их статьей 44 ГПК РФ, что существенно нарушает целый ряд принципов правосудия и создает вопиющий прецедент произвола.

Считаю очевидным, что для лиц по тем или иным причинам не зарегистрировавших в ЕГРП залог на недвижимость (в т.ч. мошенникам) такое судебное определение и последующая его поддержка и толкование судьями Одинцовского суда (Сакаль Е.С., Кетова Л.С.), судьями Московского областного суда (Мадатова М.А., Бакулин А.А.) и судьей Верховного Суда РФ (Киселёв А.П.) просто новогодний подарок – схема, по сути отменяющая само понятие добросовестного приобретателя и права собственника. Оказывается, не обязательно регистрировать в ЕГРП залог на недвижимость и уведомлять ЕГРП о правопритязаниях. Нужно просто иметь некие подписанные залоги, произвести ряд комбинаций и манипуляций в суде с продавцом и получается, что можно без уведомления ЕГРП подогнать решение суда о регистрации некоего залога к дате сделки (в т.ч. решение арбитражного или третейского суда где-нибудь в Мухосранске) и, например, после погашения покупателем банковской ипотеки продавца либо получения от покупателя денег за проданную недвижимость, заявиться в суд и на голубом глазу ходатайствовать о правопреемстве и обременяя недвижимость добросовестного приобретателя простым судебным определением (!) без учета каких-либо прав собственника и готова преюдиция, причем «без суда и следствия», т.е. при отсутствии равных процессуальных прав приобретателя/собственника получить основу для «законного» отъема недвижимости! Приехали, а как быть с законами и фундаментальными принципами правосудия? И здесь заграница должна помогать?

Удивительно, что при наличии публичного реестра записей прав (обременений) и правопритязаний, в т.ч. отметок о споре, как можно в таких условиях и с учетом таких законных установлений так произвольно применять статью 44 ГПК РФ, причем на основе ходатайства содержащего, по сути, спор о праве, игнорируя другие приоритетные нормы материального и процессуального права и судебную практику. Судя по определению о правопреемстве и определениям вышестоящих судов оставивших в силе указанное определение, суд вправе нарушать (обременять, ограничивать) права собственника игнорируя суть возникших правоотношений и вправе просто не признавать прав законного собственника/добросовестного приобретателя.

Такие судебные избирательные определения загоняют вопрос о праве собственности и понятие добросовестного приобретателя в тупик, так как Росреестр не вправе будет на основании такого определения о правопреемстве законно зарегистрировать обременение ранее зарегистрированного права без оспаривания истцом такого зарегистрированного права покупателя в судебном порядке. Тогда зачем выносить и далее поддерживать такой судебный акт на высшем уровне? Кто лоббирует вынесение таких судебных актов? Это же правовая диверсия против стабильности, порядка и закона в государстве, против правового государства! Закон превращается в фантом или в дышло. О каком уважении судебных решений и авторитете правосудия можно говорить при таком игнорировании прав добросовестного приобретателя, если приоритет отдается явно недобросовестному истцу? Такой подход фактически блокирует оборот недвижимости в России и также приводит к закладыванию в цену высокой премии за риск «правопреемства» или судебной неопределенности. Это также развивает правовой нигилизм и негативно бьет по всем гражданам, по абсолютно ни в чем невиновным покупателям недвижимости, которые оказываются крайними: и могут потерять купленную собственность, и понятно не имеют особых шансов вернуть деньги по реституции. И также понятно, что в российских реалиях исполнительного производства это малореалистично. Получается, что благодаря таким постановлениям с участием Верховного Суда покупатель в принципе вряд ли может каким-то образом предотвратить возникновение такого казуса. Нормы, защищающие право собственности имеются, однако суд их сознательно и открыто (с улыбкой) не применяет, обходит и игнорирует штампом. В этой связи требуется, чтобы общей и нечеткой норме установленной в пункте 1 статьи 44 ГПК суды не предавали святости и слепо б`ольшей юридической силы или приоритет над специальными нормами материального права в защиту прав добросовестного приобретателя, а толковали её, в данном случае, в системном единстве с действующим законодательством и судебной практикой и во взаимосвязи со статьями 8.1, 10, 173.1, 209, 223, п. 2 ст. 346, подп. 2 п. 1 ст. 352 ГК РФ, статьями 35 и 46 Конституции РФ и статьями 6 и 13 Европейской Конвенции и ст. 1 Протокола I Конвенции, а добросовестный и законопослушный покупатель должен быть защищен на практике.

Я не могу пока определиться, что это — непрофессионализм судей или противоправная судейская солидарность, а по сути сговор, одержали победу над законом и правами законопослушного госслужащего покупателя, причем, командира экипажа воздушного судна. Конечно нервы у пилотов железные, но когда обременяют законно приобретенное жилье (а по сути отнимают) таким незаконным способом, деньги на которую летчик копил долгое время, никто не может исключить как минимум стресса. Более незаконного постановления лично я не встречал! В любом случае, с этим делом должны будут окончательно определиться Президент России и Председатель Верховного Суда для понимания будущего. Здесь факт остается фактом: в данном конкретном деле конца 2016 года российский суды по всей вертикали – в т.ч. Верховный Суд РФ, напрочь отказались вникать и применять подлежащий применению закон и защищать права законного собственника и добросовестного приобретателя, чем подтвердили факт отсутствия в России четкой правовой системы защиты законной собственности и создали опаснейший прецедент по сделкам с недвижимостью в России.

Очевидно, что разбор таких революционных подарков от судов в Новом 2017 году только начинается, продолжение следует.

Уважаемые посетители Липецкого областного суда!

В целях реализации мер по защите населения в связи с угрозой распространения новой коронавирусной инфекции (2019 n-CoV), введенных постановлениями Администрации Липецкой области от 26 марта 2020 года № 159 и от 06 мая 2020 года №271, в Липецком областном суде вводится следующий режим работы:

1. Вход посетителей в здание суда возможен после измерения температуры тела посетителя специальным устройством.

2. Вход в здание суда будет осуществляться строго при наличии средств индивидуальной защиты органов дыхания (маски, респираторы).

3. Лица без средств индивидуальной защиты органов дыхания, а также с повышенной температурой или иными признаками респираторных заболеваний в здание суда не допускаются.

4. При нахождении в здании и на территории Липецкого областного суда гражданам необходимо соблюдать дистанцию друг от друга не менее 1,5 метра (социальная дистанция).

Липецкий областной суд просит с пониманием отнестись к данным мерам, необходимым для обеспечения безопасности и охраны здоровья жителей региона.

_________________________________________________________________________________________________________________________________________

С 1 октября 2019 года изменяется порядок кассационного обжалования вступивших в законную силу судебных постановлений, принятых по гражданским, административным, уголовным делам и делам об административных правонарушениях,

Кассационные жалобы, представления на вступившие в законную силу судебные постановления по гражданским и административным делам (пункт 1 части 2 статьи 377 ГПК РФ; пункт 1 части 2 статьи 319 КАС РФ), итоговые судебные решения по уголовным делам (пункт 1 части 2 статьи 401.3 УПК РФ), подаются в Первый кассационный суд общей юрисдикции (https://1kas.sudrf.ru) через суд первой инстанции.

Кассационные жалобы, представления на вступившие в законную силу промежуточные судебные решения по уголовным делам (пункт 1 части 3 статьи 401.3 УПК РФ) подаются непосредственно в Первый кассационный суд общей юрисдикции (410031, г. Саратов, ул. Первомайская, д. 74).

Жалобы на вступившие в законную силу постановления по делам об административных правонарушениях (статья 30.12 КоАП РФ) подаются непосредственно в Первый кассационный суд общей юрисдикции ( 410031 г. Саратов, ул. Московская, д. 55).

admin