КоАП Москва

Эпидемиологическая обстановка прежде никогда не представляла серьезной угрозы современной России, как и любой другой стране. Но времена изменились, и государству пришлось подстраиваться под новые условия – трансформировать законодательство и правила жизни граждан. Многие решения отечественных властей не вызывают у общества понимания, поскольку они не соответствуют Конституции РФ и федеральным законам. В обозримом будущем эта ситуация потребует активного вмешательства юристов в связи с негативными последствиями для людей и бизнеса. Следует признать, что в новых законах, указах и постановлениях много очевидных ошибок, ведь они принимались быстро и оперативно менялись. Практика применения этих норм административными органами и судами только формируется. В такой ситуации обывателям остается лишь удивляться новым правилам, но стараться их соблюдать.

Сегодня мы уже имеем существенный пласт новых (трансформированных) правовых норм, которые наглядно подтверждают тот факт, что наша жизнь больше не будет прежней. Среди юристов появилась циничная шутка о развитии нового вида права – некое «ковидное» право, которое грубо нарушает привычные правовые принципы и стандарты. Некоторые считают, что принятые нормы вообще нельзя назвать правом. Однако оставим этот непростой вопрос для теоретических дискуссий юристов. В настоящей статье речь пойдет о практических аспектах привлечения к административной ответственности по новым «ковидным» нормам на примере наиболее пострадавшего региона – города Москва.

Режим повышенной готовности

Много лет назад в России был принят Федеральный закон от 21.12.1994 №68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» (далее – Закон №68-ФЗ). В нем определено понятие «чрезвычайная ситуация (ЧС)», возникновение которой влечет за собой серьезные правовые последствия. Вспомним, например, о форс-мажоре – нарушении прав и неисполнении обязанностей вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Однако термин «режим повышенной готовности», который применяется сейчас во всех «ковидных» нормах, Законом №68-ФЗ прямо не определен, но используется. Так или иначе, из норм Закона №68-ФЗ следует, что «режим повышенной готовности» вводится только для органов государственной власти.

С точки зрения гражданского права, «режим повышенной готовности» не влечет за собой правовых последствий для хозяйствующих субъектов или граждан (то есть для них ничего не может измениться). Иначе говоря, будет ли признано, что сложившаяся эпидемиологическая ситуация в стране является «чрезвычайной» для оправдания каждого конкретного нарушения норм гражданского права, остается на усмотрение судов.

В свою очередь публичное право в указанном «ковидном» режиме не позволяет органам государственной власти субъекта РФ ограничивать права и свободы граждан или бизнеса своим решением (например, указом губернатора или мэра). Это недопустимо потому, что согласно Конституции РФ (ст. 56, 88, 102) ограничение прав и свобод возможно только в связи с введением чрезвычайного положения (ЧП) на определенной территории или в целом по стране. Правом на введение ЧП обладает только Президент РФ с одобрения Совета Федерации. Всем известно, что соответствующего указа Президента РФ не было. Указы Президента РФ, которыми были введены и продлевались так называемые «нерабочие дни», на самом деле ЧП в стране не вводят (указы Президента РФ от 02.04.2020 №239 и от 28.04.2020 №294).

Таким образом, любые административные штрафы, возложенные на юридическое или физическое лицо, в связи с нарушением указанного «режима» не имеют под собой правовой основы.

Тем не менее, мы наблюдаем повсеместное привлечение лиц к административной ответственности за совершение различных «ковидных» правонарушений.

Основные «ковидные» нормы Москвы

Документы, на которые в основном ориентируется город Москва в своих ограничениях и административных наказаниях, следующие:

  • указ Мэра Москвы от 05.03.2020 №12-УМ «О введении режима повышенной готовности» с изменениями от 10, 14, 16, 19, 23, 25, 26, 27, 29, 31 марта, 2, 4, 9, 10, 18, 21, 28, 30 апреля, 7 мая 2020 (далее – Указ №12-УМ);
  • указ Мэра Москвы от 04.04.2020 № 40-УМ «Об особенностях применения мер ответственности за нарушение организациями и индивидуальными предпринимателями режима повышенной готовности в г. Москве», с изменениями от 29 апреля, 7, 12 мая 2020 г. (далее – Указ №40-УМ);
  • указ мэра Москвы от 11.04.2020 №43-УМ «Об утверждении Порядка оформления и использования цифровых пропусков для передвижения по территории г. Москвы в период действия режима повышенной готовности в г. Москве» с изменениями от 18, 21, 29 апреля, 7, 12 мая 2020 г. (далее – Указ №43-УМ);
  • Кодекс г. Москвы об административных правонарушениях (Закон г. Москвы от 21.11.2007 №45), а именно нормы, которые были внесены Законом г. Москвы от 01.04.2020 №6 (далее – КоАП Москвы).

В той или иной степени, уже все знакомы с ограничениями, установленными указанными документами. Напомним лишь, что процедура привлечения лица к административной ответственности (по общему правилу) начинается с составления протокола о фиксации правонарушения. Далее уполномоченный орган выносит постановление о привлечении лица к административной ответственности, как правило, в виде административного штрафа. Именно постановление уполномоченного органа является основанием для обращения этого лица в суд с целью оспорить незаконную с его точки зрения санкцию.

КоАП Москвы

Итак, в апреле 2020 года в КоАП Москвы появилась новая статья 3.18.1 «Нарушение требований нормативных правовых актов г. Москвы, направленных на введение и обеспечение режима повышенной готовности на территории г. Москвы». Указанная статья предусматривает следующие составы административных правонарушений:

Часть 1 для бизнеса: неисполнение требований о временной приостановке: проведения мероприятий с очным присутствием граждан; работы объектов розничной торговли; работы организаций (предприятий) общественного питания; оказания услуг с посещением гражданами таких объектов и организаций. Размер штрафа: на должностных лиц – от 30 тыс. руб. до 40тыс.руб.; на юридических лиц – от 200 тыс. руб. до 300 тыс. руб.

Часть 2 для граждан: невыполнение гражданами требований нормативных правовых актов г. Москвы, направленных на введение и обеспечение режима повышенной готовности на территории города Москвы, в том числе необеспечение режима самоизоляции. Размер штрафа: 4 тыс. руб.

Часть 3 для всех лиц: повторное совершение административного правонарушения, предусмотренного частями 1 и 2 статьи. Размер штрафа: на граждан – 5тыс. руб.; на должностных лиц – от 40 до 50 тыс. руб.; на юридических лиц – от 300 до 500 тыс. руб.

Часть 4 для граждан: совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи, с использованием транспортного средства. Размер штрафа: 5 тыс. руб.

Очевидно, что указанные составы довольно размытые и под них можно подвести практически любое действие гражданина или должностного лица. Средства массовой информации сегодня много пишут о том, что используемые в столице инструменты (например, электронное приложение «Социальный мониторинг») несовершенны, а процедуры привлечения к ответственности носят необоснованный, часто карательный характер. Так, жители Москвы многократно получали электронные уведомления с требованием об оплате «ковидного» административного штрафа в размере 4тыс. руб. (за каждый факт нарушения) без ссылки на протокол или постановление. Но в последнее время все-таки начали появляться постановления Главного контрольного управления г. Москвы. Кому же на самом деле принадлежат полномочия рассматривать дела об административных правонарушениях данной категории в Москве и составлять постановления о привлечении к административной ответственности?

Кто уполномочен рассматривать «ковидные» дела

Как следует из новой редакции ст. 16.3 КоАП Москвы уполномоченным органом по рассмотрению «ковидных» дел (части 1-3 ст. 3.18.1) может быть: орган исполнительной власти г. Москвы в сфере благоустройства либо его инспектор (п. 4) и орган исполнительной власти г. Москвы в финансово-бюджетной сфере (п. 14). Одна из статей КоАП Москвы (ст. 16.6) даже поменяла свое название, из нее была изъята фраза «в области благоустройства». В результате статья приобрела более общий характер. Таким образом, наименование уполномоченного органа в «ковидной сфере» из КоАП Москвы явно не следует. При этом, судебная практика города Москвы, которая могла бы прояснить вопрос об уполномоченном органе, в публичном доступе и базах правовых систем пока отсутствует.

Похоже, именно Главное контрольное управление Москвы и есть орган финансово-бюджетной сферы, уполномоченный выносить постановления по отдельным видам «ковидных» административных правонарушений.

Если же «ковидное» правонарушение совершается гражданином с использованием транспортного средства (ч. 4 ст. 3.18.1 КоАП Москвы), то постановление выносит уполномоченный орган в области транспорта и дорожного движения (п. 3 ч. 9 и п .26 ст. 16.3 КоАП Москвы). При этом согласно ч. 4 ст. 16.6 КоАП Москвы применяется задержание транспортного средства.

Статья 16. 5 КоАП Москвы (п. 3 ч. 1.1) также поясняет, что полномочиями составлять протоколы (не постановления) об административном правонарушении по «ковидной» ст. 3.18.1 КоАП Москвы обладают должностные лица органов внутренних дел (полиции, в том числе полиции на транспорте).

Кроме того, в КоАП Москвы внесена новая норма ст. 16.6 (ч. 1.1), согласно которой в случае фиксации любых административных правонарушений, подпадающих под ст. 3.18.1 КоАП Москвы, посредством различных технических средств (буквально – видеокамер слежения), такие дела рассматриваются в «упрощенном» порядке по ч. 3 ст. 28.6 КоАП РФ. Обычно такой порядок применяют в отношении владельцев транспортных средств. Порядок предполагает, что протокол об административном правонарушении не составляется, а постановление по делу об административном правонарушении выносится без участия виновного лица. Тем не менее, постановление должно быть направлено нарушителю в установленном законом порядке (почтой или в электронной форме) для того, чтобы у нарушителя была возможность обжаловать санкцию в суде в случае несогласия.

КоАП РФ

Одновременно в КоАП РФ также есть нормы, предусматривающие административную ответственность за «ковидные» правонарушения, которые потенциально могут использоваться административными органами Москвы. Главными «ковидными» нормами КоАП РФ являются ст. 6.3. «Нарушение законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения» и ст. 20.6.1 «Невыполнение правил поведения при чрезвычайной ситуации или угрозе ее возникновения».

Статья 6.3 КоАП РФ предусматривает следующие составы административных правонарушений:

  1. Нарушение действующих санитарных правил и гигиенических нормативов, невыполнение санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий. Размер штрафа: на граждан – от 100 до 500 руб.; на должностных лиц и ИП – от 500 до 1тыс.руб.; на юридических лиц – от 10 до 20 тыс. руб.; возможно приостановление предпринимательской деятельности.
  2. Те же действия (бездействие), совершенные в период возникновении угрозы распространения заболевания, представляющего опасность для окружающих, либо в период карантина, либо невыполнение законного предписания (постановления) или требования контролирующего органа. Размер штрафа: на граждан – от 15 до 40 тыс. руб.; на должностных лиц и ИП – от 50 до 150 тыс. руб.; на юридических лиц – от 200 до 500 тыс. руб.; возможно приостановление деятельности.
  3. Действия (бездействие), предусмотренные ч. 2 настоящей статьи, повлекшие причинение вреда здоровью человека или смерть человека, в случае отсутствия признаков уголовного преступления. Размер штрафа: на граждан – от 150 до 300 тыс. руб.; на должностных лиц – от 300 до 500 тыс. руб.; на ИП и юридических лиц – от 500 тыс. до 1 млн руб.; возможно приостановление деятельности.

Статья 20.6.1 КоАП РФ:

  1. Невыполнение правил поведения при введении режима повышенной готовности (за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 6.3 Кодекса). Размер штрафа: на граждан – от 1 до 30 тыс. руб.; на должностных лиц – от 10 до 50 тыс. руб.; на ИП – от 30 до 50 тыс. руб.; на юридических лиц – от 100 до 300 тыс. руб.
  2. Те же действия (бездействие), повлекшие причинение вреда здоровью человека или имуществу (за исключением случаев, предусмотренных ч. 3 ст. 6.3 Кодекса), в случае отсутствия признаков уголовного преступления. Размер штрафа: на граждан – от 15 до 50 тыс. руб.; на должностных лиц – от 300 до 500 тыс. руб.; на ИП и юридических лиц – от 500 до 1 млн руб.; возможно приостановление деятельности.

Итак, мы имеем два уровня «ковидных» норм и, соответственно, административных правонарушений – федеральный и субъекта РФ.

Существует мнение, что московский законодатель, принимая такие нормы, вышел за рамки своих полномочий, поскольку законодательство субъекта РФ не может уточнять федеральный закон.

Например, субъект РФ не может вводить норму о задержании транспортного средства (ч. 4 ст. 16.6 КоАП Москвы), которой нет в КоАП РФ.

Судебную практику об обжаловании московских постановлений нам еще предстоит увидеть. Но сегодня мы уже знаем результаты рассмотрения административных исков о законности принятых в Москве «ковидных» норм. Так, суд встал на сторону исполнительной власти г. Москвы, признав законность ее действий (решение Мосгорсуда от 28.04.2020 по делу № 3а-3877/2020). Кроме того, в процессе рассмотрения в Мосгорсуде находятся административные иски (дело №3а-3878/2020) об оспаривании норм КоАП Москвы, позволяющих штрафовать заочно, получая информацию о правонарушении с помощью видеокамер слежения (п. 1 ст. 16.6 КоАП Москвы).

Также в апреле 2020 года был опубликован «Обзор по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) №1» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 21.04.2020). Документ, в частности, разъясняет отдельные положения привлечения к «ковидной» административной ответственности на основании КоАП РФ.

Итак, «ковидные» административные штрафы в Москве сегодня назначаются по следующей процедуре:

  1. В общем порядке протокол об административном правонарушении составляет полиция.
  2. Если правонарушение зафиксировано видеокамерой, протокол не составляется.
  3. Постановление о привлечении к административной ответственности по большинству дел выносит Главное контрольное управление г. Москвы.
  4. Постановление о привлечении к административной ответственности в обязательном порядке должно быть направлено правонарушителю.
  5. Правонарушитель имеет право обжаловать административный штраф в судебном порядке (физическое лицо обращается в райононый суд; ИП и юридическое лицо – в арбитражный суд).

Протоколов за «нарушение самоизоляции» уже выписано столько, что даже как-то неприлично. Но протокол это ещё не штраф. С разрешения героя этой истории приведу пример того, как ему удалось добиться прекращения производства по делу за отсутствием состава правонарушения и избежать штрафа по статье 3.18.1 КоАП г. Москвы.

Ссылка на Образец объяснений будет в конце заметки.

Итак, 16 апреля от одного из читателей я получил вот такой протокол об административном правонарушении. Перспектива быть оштрафованным на 4000 рублей нашего Героя не очень радовала. Рассмотрение дела было назначено на 24 апреля. Потому было решено подготовится и представить объяснения. Рассматриваются дела об административных правонарушениях по ст. 3.18.1 КоАП Москвы, кстати, не судами, а Объединением Административно-Технических Инспекций города Москвы (ОАИТ).

В протоколе отчетливо видно, что составившему его сотруднику полиции было очень непросто разглядеть правонарушение в том, за что он выписывал протокол. Но план есть план, поэтому шаблонные протоколы выписывают пачками, заменяя в них только данные «правонарушителей».

От себя добавлю, что похожих протоколов за прошедшую неделю мне удалось увидеть много. И почти все эти протоколы шаблонные; приводятся выдержки из Указа мэра Москвы, статьи из Закона, но не расписывается конкретное нарушение конкретного лица, в отношении которого составлен протокол.

Поэтому не стоит ругать сотрудников полиции за эти протоколы, ведь они сами, составляя протоколы, не понимали за что именно эти протоколы выписываются. План и ничего личного.

Объяснения

Наш герой при составлении протокола не написал «вину признаю», не написал «раскаиваюсь», и даже «прости, барин, холопа глупого, не наказывай строго» тоже не написал. Вместо чистосердечного признания он на отдельном бланке приложил к протоколу свои краткие объяснения.

Кстати, хороший пример для тех, кто интересуется «как избежать штрафа?».

Вот вам совет: Не признавайтесь в том, чего не совершали.

С начала апреля уже накопилось приличное число постановлений, например, по ст. 6.3 КоАП РФ, где люди чистосердечно признались, суды без зазрений выписали штрафы, а теперь выяснилось, что эти штрафы незаконные (!!!)

Фраза «вину признаю, прошу рассмотреть в моё отсутствие» в протоколе приводит к бездумно вынесенным постановлениям, и может привести к разжижению мозга у судей. Не признавайтесь в том, чего не совершали, пожалуйста!

Так как вину наш герой не признал, было решено к рассмотрению дела в ОАИТ г. Москвы подготовить подробные объяснения, подтверждающие отсутствие как события, так и состава административного правонарушения.

Рассмотрение дела — Подать объяснения

В назначенный день и час, а если быть точным, то за час до назначенного часа, наш герой уже был у дверей ОАИТ г. Москвы, где рассматриваются дела по ст. 3.18.1 КоАП Москвы. И что, вы думаете, встретил там наш герой? А вот это вот объявление он там встретил.

Да, классика: орган по рассмотрению дел об административных правонарушениях не пускает к себе тех, в отношении кого он рассматривает дела. Очередное доказательство незаурядных организаторских способностей московских властей…

В общем, вызванные в ОАИТ г. Москвы для рассмотрения дел люди стоят на улице. Внутрь здания их не пускают. А рассмотрение дела происходит вот так:

Вышла женщина, я ей все изложил. Она посмотрела паспорт. Ушла. Вернулась. Отдала протокол. Забрала объяснение. Жду. Не знаю что. Тетя очень возмущалась что ей пришлось мне ручку давать.

И этот цирк на юридическом языке московские власти называют «рассмотрением дела об административном правонарушении».

Господа, это цирк, а не рассмотрение дела, чтобы вы понимали. Это цирк, если не сказать «πz*@ц!»

Постановление — прекращение производства

Минут через 40 та же тётя вышла и отдала нашему герою постановление.

Прекратить производство по делу об административном правонарушении… в связи с отсутствием состава административного правонарушения…

Постановление, как и протокол, не мотивированно. Ну, не расписываются там подробно мотивы, по которым ОАИТ Москвы пришло к выводу об отсутствии состава правонарушения.

Впрочем, для такой статьи как 3.18.1 более мотивированного протокола и постановления представить сложно. Если сами московские депутаты не поняли, чего они приняли, то всем остальным людям глубочайший смысл этой абсурдной статьи московского КоАП познать тем более не под силу.

***

Вот непосредственно ссылка на подготовленные по этому делу Объяснения. Скачивайте, пользуйтесь, если в отношении вас тоже составили подобный протокол об административном правонарушении.

Пользуйтесь. Эти объяснения вряд ли можно назвать универсальными; под каждый конкретный случай и объяснения свои нужны (но проще лишнее удалить, чем с чистого листа писать). И да, соглашусь, что лишнего в этих объяснениях оказалось довольно много (но я честно старался сдерживать себя).

***

В комментариях к заметке «А вам корона не давит?» некоторые читатели писали, будто я какую-то неподтвержденную чушь написал, и просили подтверждения.

Постановление по делу привел. Кому не достаточно, может почитать Обзор Верховного Суда РФ «по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1».

***

Герою этой истории я очень признателен, как и многим, кто не согласен с абсурдными штрафами без нарушений. Спасибо Вам за то, что отстаиваете свои права и законные интересы вместо краткого и безвольного «вину признаю, прошу рассмотреть в моё отсутствие». Отстаивая свои права, Вы защищаете всю российскую правовую систему от дальнейшего безвольного погружения в абсолютный абсурд.

20 апреля депутат муниципального округа Раменки г. Москвы Николай Бобринский подал повторное ходатайство о неотложном рассмотрении административного искового заявления об оспаривании ч. 1.1 ст. 16.6 КоАП г. Москвы и подп. 2 п. 4 ст. 2 Закона г. Москвы от 1 апреля 2020 г. № 6.

Указанный иск подали депутаты различных муниципальных округов г. Москвы Андрей Морев, Елена Русакова, Юрий Рейнхиммель и сам Николай Бобринский, который представляет интересы остальных соистцов. Ответчиками выступают Московская городская Дума и мэр г. Москвы Сергей Собянин.

При направлении заявления в Мосгорсуд депутаты ходатайствовали о скорейшем рассмотрении. 15 апреля Мосгорсуд возбудил производство, однако судебное заседание было назначено только на 13 мая. Суд фактически проигнорировал ходатайство о безотлагательном рассмотрении дела: в определении о принятии заявления к производству оно вообще не упоминается.

Отметим, что Законом № 6 в КоАП г. Москвы введена ст. 3.18.1, которая устанавливает ответственность за нарушение требований нормативных правовых актов города, направленных на введение и обеспечение режима повышенной готовности на территории г. Москвы. Подпунктом 2 п. 4 ст. 2 Закона № 6 ст. 16.6 КоАП г. Москвы дополнена ч. 1.1, согласно которой дела по ст. 3.18.1 данного Кодекса, в случае фиксации административных правонарушений посредством технологий электронного мониторинга местоположения гражданина в определенной геолокации с использованием системы городского видеонаблюдения, технических устройств и программного обеспечения, рассматриваются в порядке, установленном ч. 3 ст. 28.6 КоАП РФ.

Содержание особого порядка производства согласно указанной норме сводится к следующему. Протокол об административном правонарушении не составляется, постановление выносится без участия лица, в отношении которого возбуждено дело. При этом экземпляры постановления и материалов, полученных с применением работающих в автоматическом режиме технических средств, направляются привлеченному к административной ответственности лицу по почте или в форме электронного документа посредством портала госуслуг в течение трех дней после вынесения постановления.

Обосновывая тот факт, что данные нормы затрагивают их права, административные истцы пояснили, что зарегистрированы по месту жительства и фактически проживают на территории г. Москвы. Соответственно, на них распространяются ограничения, установленные мэром в связи с введением режима повышенной готовности в городе, и административная ответственность за невыполнение таких ограничений (административное исковое заявление имеется у «АГ»).

По мнению истцов, оспариваемая норма КоАП г. Москвы не соответствует федеральному Кодексу об административных правонарушениях по нескольким причинам. Так, ч. 1.1 ст. 16.6 КоАП г. Москвы регулирует порядок производства по делам об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 3.18.1 КоАП РФ. Между тем установление порядка производства по делам об административных правонарушениях согласно п. 4 ч. 1 ст. 1.3 КоАП РФ относится к компетенции Российской Федерации, заметили они. Иными словами, при принятии Закона № 6 Московская городская Думы вышла за пределы своих полномочий, установленных Законом об общих принципах организации законодательных и исполнительных органов государственной власти субъектов РФ.

Согласно ч. 1.1 ст. 16.6 КоАП г. Москвы поводом для возбуждения дел об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 3.18.1 данного акта, может быть фиксация таких правонарушений посредством технологий электронного мониторинга местоположения гражданина в определенной геолокации с использованием системы городского видеонаблюдения, технических устройств и программного обеспечения. Однако данный повод отсутствует в перечне поводов для возбуждения дела об административном правонарушении, приведенном в ч. 1 ст.28.1 КоАП РФ, подчеркнули истцы.

Кроме того, добавили они, согласно ч. 3 ст. 28.6 КоАП РФ предусмотренный ею особый порядок производства распространяется лишь на две категории дел: об административных правонарушениях в области дорожного движения и благоустройства территории. Дополнительным ограничительным признаком круга дел, рассматриваемых в этом порядке, служит совершение правонарушения с использованием транспортного средства либо собственником (иным владельцем) земельного участка. При этом ст. 3.18.1 КоАП г. Москвы предусматривает административную ответственность за нарушение режима повышенной готовности. Данное административное правонарушение не относится ни к области дорожного движения, ни к области благоустройства территории. Как следует из этой нормы и п. 10.1 и 10.3 Указа мэра г. Москвы от 5 марта 2020 г. № 12-УМ «О введении режима повышенной готовности», это административное правонарушение может быть совершено как с использованием транспортного средства, так и без него. Наличие же в собственности или владении земельного участка или иного объекта недвижимости признаком субъекта данного административного правонарушения вообще не является.

«Таким образом, ч. 1.1 ст. 16.6 КоАП г. Москвы порядок рассмотрения дел об административных правонарушениях, предусмотренный в ч. 3 ст. 28.6 КоАП РФ, распространен на административные правонарушения, на которые он, согласно данному положению КоАП РФ, не распространяется», – указано в исковом заявлении.

Более того, по мнению депутатов, такой способ фиксации административного правонарушения несовместим с установленным в ч. 3 ст. 1.6 КоАП запретом на унижающие человеческое достоинство решения и действия (бездействие) при применении мер административного принуждения.

Истцы также указали на нарушение Закона о персональных данных, в котором определены допустимые случаи обработки персональных данных и условия обработки биометрических персональных данных. Так, согласно ч. 1.1 ст. 16.6 КоАП г. Москвы поводом к возбуждению дела об административном правонарушении, предусмотренном ст. 3.18.1 данного акта, может служить фиксация нарушения режима повышенной готовности, в том числе «с использованием системы городского видеонаблюдения». При этом депутаты сослались на слова «редактора проекта» Закона № 6 депутата Московской городской Думы Кирилла Щитова, который, как указано в иске, в интервью интернет-изданию «Коммерсантъ» заявил: «Будут использоваться система камер видеонаблюдения и технологии геолокации. Наше лицо можно преобразовать в некий цифровой код, его можно сравнивать с цифровыми кодами из других баз. Правительство Москвы должно составить базу лиц, которые представляют повышенную социальную опасность, т.е. тех, кто заражен коронавирусной инфекцией, проходит на дому лечение или же находится в стационарных организациях».

По мнению истцов, вынесение в отношении гражданина постановления об административном правонарушении с использованием технологии распознавания лиц предполагает необходимость обработки его биометрических персональных данных. При этом производство по делу об административном правонарушении в порядке ч. 3 ст. 28.6 КоАП РФ не относится к числу допустимых случаев обработки биометрических персональных данных без согласия их субъекта.

С учетом этого депутаты попросили признать ч. 1.1 ст. 16.6 Кодекса г. Москвы об административных правонарушениях и подп. 2 п. 4 ст. 2 Закона г. Москвы от 1 апреля 2020 г. № 6 недействующими с момента принятия.

Поскольку совместным постановлением президиумов ВС и Совета судей от 8 апреля 2020 г. № 821 в связи с угрозой распространения в России новой коронавирусной инфекции до 1 мая судам рекомендовано рассматривать только дела безотлагательного характера, истцы настаивали на том, что их спор относится именно к таким.

«Настоящее исковое заявление необходимо рассмотреть безотлагательно, поскольку оно касается законности порядка рассмотрения дел о нарушениях режима повышенной готовности, введенного в г. Москве также в связи с угрозой распространения новой коронавирусной инфекции. Отложение рассмотрения до момента отпадения этой угрозы может привести к нарушению прав многих жителей г. Москвы, которые будут подвергнуты административной ответственности в незаконном порядке», – указано в административном иске.

Отметим, что 14 апреля в СМИ появилась информация о том, что камеры видеонаблюдения, равно как и геолокация мобильных телефонов, применяются только для «контроля за нарушителями карантина». По словам Кирилла Щитова, камеры на дорогах фиксируют только нарушение ПДД, а нарушения правил режима повышенной готовности и езды без цифрового кода в Правилах дорожного движения нет.

Однако уже 18 апреля Сергей Собянин издал Указ № 45-УМ, согласно п. 13.6 которого собственники (владельцы) транспортных средств, не включенных в реестр транспортных средств, допущенных к передвижению по г. Москве, в случае передвижения по городу на таком транспорте привлекаются к ответственности за нарушение требований нормативных правовых актов города, направленных на введение и обеспечение режима повышенной готовности на территории г. Москвы, в соответствии с региональным законодательством об административных правонарушениях. «Фиксация административных правонарушений осуществляется должностными лицами, уполномоченными на составление протоколов об административных правонарушениях, или работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, имеющими функции фото- и киносъемки, видеозаписи, или средствами фото- и киносъемки, видеозаписи», – указано в документе.

Николай Бобринский сообщил «АГ», что 20 апреля им было подано повторное ходатайство о неотложном рассмотрении дела. Определение по нему должно быть вынесено на следующий день после поступления в суд, заметил юрист.

Он подчеркнул, что 18 апреля, уже после принятия административного искового заявления, Сергей Собянин издал Указ № 45-УМ, в котором заявил о намерении начиная с этой среды штрафовать владельцев транспортных средств, передвигающихся по городу без цифровых пропусков, с помощью средств автоматической фиксации. «Мы сослались на этот указ в ходатайстве о неотложном рассмотрении дела. Будет ли это намерение исполнено или это пустые угрозы – мы скоро узнаем. Сегодня, например, руководитель Дептранса Максим Ликсутов заявил: «На 9 утра были выявлены 5,6 тыс. автомобилей, передвигавшихся без верификации. Ко всем автомобилистам также будут применены меры административного характера”», – указал Николай Бобринский.

По его мнению, если штрафы по ст. 3.18.1 КоАП г. Москвы действительно начнут выписывать в автоматическом порядке, Служба судебных приставов не должна принимать эти постановления к исполнению.

admin