Казнь предателей

На скамье подсудимых оказались предатели, которые добровольно поступили на службу в немецкие карательные отряды.

Перекресток Горького и Октябрьской. Каждый день сотни людей досадливо обходят бетонную глыбу на тротуаре. И лишь немногие знают, что это — основание фонарного столба, на котором повесили 13-летнюю девочку. Лида Воскресенская отравила пять немецких офицеров, подсыпав в еду крысиный яд. О подвиге храброй пионерки известно крайне мало, считает историк Борис Оленский.

«Ее жестоко избили в здании комендатуры, а затем, по законам военного времени, привели на это место. Полицейские принесли стул и на грудь ей повесили табличку «Она убила пять немецких офицеров». У нас немногие ветераны могут похвастаться тем, что они убили такое количество врага», — комментирует Борис Оленский, историк.

Причем пытали и убили Лиду свои же, русские — предатели. Писатель Константин Симонов утверждал: во время оккупации в Краснодаре фашисты повесили 80 мирных жителей и партизан. По официальным данным — 20. Сергей Григорьевич защищал город на Пашковской переправе, попал в местный концлагерь, бежал. Вспоминает, как рискнул пройтись по городу, узнать вести с фронтов.

«Чуть не уткнулся в ноги повешенных. Там было дерево большое, два мужчины повешенных. В телогрейке, по-моему, брюки ватные», — вспоминает Сергей Дробязко, ветеран Великой Отечественной войны.

Борис Оленский сопоставил рассказ ветерана с архивными сведениями и выяснил, что это могли быть только партизаны отряда «Красногвардеец». А вот то самое дерево, на котором повесили Василия Некрасова и Евгения Смирнова. Фотографию они сделали перед выходом на очередную операцию. Самые жестокие бои шли в городе. Следы схваток можно найти до сих пор, иногда в самых неожиданных местах.

Летом 1942 года на колокольне Екатерининского собора размещался пулеметный расчет. В его составе воевал сержант Трутнев. 9 августа бойцы расчета приняли бой с немцами.

«Здесь на стене мы видим пробоину от разрывной пули, здесь видна даже трасса этой пули. Скорее всего, сержант Трутнев находился где-то в этом районе. И когда он схватился за рану, то окровавленными руками, падая, он хватался за стену», — показывает Борис Оленский, историк.

В 1943 году после освобождения города органы госбезопасности начали поиски предателей. Первый в стране суд над пособниками фашистов состоялся в Краснодаре. В этом здании теперь модный бутик, а 70 лет назад здесь давали показания и выносили приговор.

Именно в этом здании с 14 по 17 июля 1943 года проходило судебное заседание военного трибунала Северо-Кавказского фронта. Девятерых изменников родины приговорили к смертной казни через повешение, еще троих — к 25 годам тюрьмы. В числе общественных обвинителей в зале суда присутствовали герои Советского Союза, знаменитые летчики Покрышкин и Глинка, а также писатель Алексей Толстой. Оригинал этой фотографии по сей день хранится в государственном архиве Краснодарского края.

Карателей, которые мучили, травили в душегубках и расстреливали местных жителей, повесили на площади, там, где сейчас сквер со слоном. За казнью наблюдали около 50 тысяч человек. После оглашения приговора толпа взорвалась аплодисментами.

Весь процесс снимали операторы Северо-Кавказского фронта. Места не хватало — многие поднялись на крыши зданий. Со смесью любопытства и ужаса за казнью наблюдала и 12-летняя Люда. Сейчас Людмиле Ивановне 82 года, но она помнит этот день в мельчайших подробностях.

«Видела, как их повезли на машинах. Я думала, как же будут их вешать. Потом машина отъехала, а они остались висеть на этой вешалке. Чувства сожаления я не встретила в толпе», — рассказала жительница Краснодара Людмила Борискина.

По теме:

По делу о гибели чиновника и его семьи на Алтае задержан директор турбазыСК: причиной смерти чиновника и его семьи на Алтае стало отравлениеНа Алтае чиновника с семьей нашли мертвыми на турбазеАлтайские СМИ сообщили об излишках масок на складах из-за перепроизводства в регионеГлавный алтайский шаман проведет обряд, чтобы «успокоить коронавирус»Священник призвал «Роскосмос» помочь переехать жителям мест, на которые падают части ракетНа Алтае в лагере детей сфотографировали лежащими на полу в фигуре, похожей на свастикуЕСПЧ коммуницировал коллективную жалобу россиян на внесудебные казни в ЧечнеСША ввели санкции против главы МВД Грозного, посчитав его причастным к казни 27 человекЧто не так с реставрацией Петропавловской крепости?На Алтае условные сроки дали полицейским за избиение мотоциклистов, попросивших помощи»Единая Россия» победила на выборах в Эл Курултай Республики АлтайЖивущая на Алтае писательница готовит к изданию роман о преследованиях за репостыНа Алтае чиновники попросили митрополита облететь с иконами леса, чтобы они не горелиТело туристки из Екатеринбурга, погибшей на Алтае, на родину привезут муж и родителиНа Алтае опекунша, сломавшая ногу ребенку из-за непослушания, получила условный срокНа Алтае силовики прекратили дело по 282-й статье за посты во «ВК». И тут же завели новоеНайдены тела трех из семи туристов, попавших под лавину на АлтаеНа Алтае при сходе лавины погибли семь туристовНа Алтае врач отказался принимать пенсионера, посоветовав «вызвать попа»Определился подрядчик по капремонту Тюменской филармонии за 105 млн рублейНа Алтае без ухода разрушается часовня на месте гибели Михаила ЕвдокимоваПутин назначил новым главой Калмыкии кикбоксера Бату ХасиковаГлава республики Алтай Александр Бердников заявил о своей отставкеГлава Республики Алтай заявил, что люди бегут от «Единой России» как «черт от ладана»»Коммерсантъ» узнал, что на реконструкцию зданий Госдумы и Совфеда потратят более 7 млрдНа Алтае СК проверяет информацию о том, что депутат избил двух женщин и подростка в кафе»Коммерсантъ» узнал, что на глобальный ремонт Госдумы потратят почти 2 млрд рублейВ Алтайском крае уволили полицейских, которые пинали инвалида на костыляхНа Алтае сотрудники Пенсионного фонда съездили в Крым на бюджетные деньгиНа Алтае вертолет МЧС вылетел для спасения заблокированных на вершине туристовНа Алтае появилось четвертое дело об экстремизме из-за картинок во «ВКонтакте»На Алтае полицейских отправили в колонию за пытки электрошокером

Захваченных в плен и выявленных на освобожденных от немецко-фашистских оккупантов территориях агентов, пособников и изменников (в том числе офицеров Красной Армии) президиум Верховного совета СССР указал карать смертной казнью через повешение.
Для большего устрашения повешение должно было проводиться публично, при народе, а тела повешенных оставлять на виселице в течение нескольких дней. Такое постановление 19 апреля 1943 года подписал «всесоюзный староста» Михаил Калинин: «Чтобы все знали, как караются и какое возмездие постигнет всякого, кто совершает насилие и расправу над гражданским населением и кто предает свою родину».
Судить указывалось не только изменников, но пособников, уличенных в оказании содействия фашистам в совершении расправ и насилия над гражданским населением и пленными красноармейцами. Они должны были ссылаться на каторжные работы на срок от 15 до 20 лет.
Проводить следствие и выносить приговоры должны были военно-полевые суды, образуемые при дивизиях действующей армии с участием прокурора. В «тройку» входил председатель дивизионного трибунала, «особист» (начальник особого отдела) и замполит. Адвокат или иной защитник подсудимому не полагался. Утвержденный комдивом приговор немедленно приводился в исполнение.

Русских предателей знала вся Чечня
В военном суде Северо-Кавказского военного округа начался допрос потерпевших по делу дезертиров и предателей Константина Лимонова и Руслана Клочкова. Как уже сообщал Ъ, они служили надзирателями в чеченском лагере для русских военнопленных.
В минувшую среду суд выслушал подсудимых. Те отрицали свою вину и уверяли, что сами попали в плен к боевикам. Якобы угрозами и побоями их заставили принять ислам, а потом поручили «присматривать» за заключенными концлагеря МГБ Ичкерии. Предатели Лимонов и Клочков клялись, что никого не били, а только «делали вид», чтобы самим не пострадать от рук чеченцев. Отрицали они также свое участие в расстреле 16 российских контрактников, что является самым тяжким эпизодом в их обвинении.
Вчера выступали потерпевшие — родители расстрелянных контрактников и бывшие заключенные того самого лагеря. От вялых оправданий предателей не осталось камня на камне. Так, один из сидевших в концлагере офицеров (он просил не называть себя) рассказал, как надзиратели Лимонов и Клочков били его дубинками за попытку сорвать ягоды во время заготовки дров в лесу и неоднократно на его глазах избивали других пленников.
Рассказал он и об условиях содержания в лагере. Заключенных кормили раз в день — либо залитой кипятком перловкой, либо жидкой баландой. Днем — работа, а на ночь всех загоняли в зиндан размером четыре на шесть метров, в котором содержали 150 человек. Люди в нем могли только сидеть, плотно прижавшись друг к другу. В туалет ночью их не выводили и разговаривать было запрещено. За малейший шум сурово наказывали. Однажды это приказали сделать Лимонову. Тот долго отнекивался, так как брезговал спуститься в землянку, с крыши которой, по его же словам, «сыпались вши». Потом все-таки подчинился, спрыгнул в яму и огрел палкой нескольких человек.
Доказать участие подсудимых мусульман в расстреле контрактников обвинению будет сложнее: никто из свидетелей сам этого не видел, а только слышал с чужих слов. Однако потерпевшая Ирина Рыжакова из Костромы, мать одного из расстрелянных солдат, подтвердила тот факт, что чеченцы полностью доверяли Лимонову и Клочкову. Она рассказала, что приехала на Кавказ искать попавшего в плен сына, и с ней согласился встретиться полевой командир Мовлади Раисов. На встречу он приехал не один, а с Лимоновым, которого называл Казбеком. Раисов сказал, что ее сын вместе с другими пленниками погиб во время авианалета. Место захоронения Ирине Рыжаковой и военнослужащим комендатуры показали Лимонов и племянник Раисова Джамбулат. Причем в тот момент, когда солдаты сносили трупы погибших к грузовику, Джамбулат и Казбек-Константин Лимонов палили в воздух из автоматов и кричали: «Вы, русские сволочи, пришли убивать нас, и получили, что хотели!» Потом на полную мощность врубили музыку в автомобиле. Потерпевшая Рыжакова рассказала также, что на ее прямой вопрос о том, кто убил солдат, Джамбулат ответил, что это дело рук Казбека. И добавил, что тот убил уже 60 человек.
Остальные потерпевшие дали одинаковые показания. Обвиняя Лимонова и Клочкова в убийстве пленных контрактников, они ссылались на чужие рассказы и слухи о двух зверствующих русских парнях, перешедших на сторону чеченцев. Слухи о них, по показанию одной из свидетельниц, дошли даже до Костромы. В самой же Чечне это вообще ни для кого не являлось секретом.
Тем не менее суду необходимы более веские доказательства. Обвинение надеется, что их представят еще не допрошенные свидетели.
АНТОН Ъ-КАРМАЛИН, Ростов-на-Дону

Сразу после победы в 1945 году советские спецслужбы начали охоту на пособников фашистов, работавших на оккупационную администрацию и части СС. По приказу немецкого начальства полицаи и каратели убивали мирных жителей — женщин, детей и стариков. Кто-то из них ушел вместе с немцами и затерялся в послевоенной Европе, кого-то предали полевому суду сразу после прихода Красной армии, а кто-то сумел вернуться к прежней жизни, но с выдуманными именами и биографиями. Некоторые из коллаборационистов настолько вжились в новые личности, что претендовали на военные награды как фронтовики и рассказывали школьникам о своих подвигах в борьбе с фашистами. Но каждый из них рано или поздно допускал просчет, который заканчивался судом и расстрелом. Историю многолетней охоты на пособников фашистов в СССР вспомнила «Лента.ру».

Отступники из «Синей книги»

Основной период охоты на коллаборационистов, которую вели сотрудники органов безопасности СССР, длился вплоть до 80-х годов XX века. Поисками приспешников нацистов вначале занимался Смерш — легендарное управление советской военной контрразведки, с 1946 года — Министерство государственной безопасности (МГБ), а после 1954 года — КГБ.

Тщательной проверке подвергались репатрианты — возвращавшиеся после войны из зарубежья граждане СССР, а среди местного населения особое внимание уделялось жителям бывшей в фашистской оккупации западной части страны, людям с нестыковками в документах или биографии, а также тем, кто категорически не хотел делиться воспоминаниями о военном времени.
В помощь разыскным подразделениям в 1952 году был составлен «Сборник справочных материалов об органах германской разведки, действовавших против СССР в период Великой Отечественной войны 1941-1945 годов», больше известный как «Синяя книга». В ней содержалась ценнейшая информация обо всех предателях.

Пособники нацистов были разделены на две категории — пассивных и активных. К первой относились те, кто в силу обстоятельств сотрудничал с фашистами, но не принимал участия в расправах: уборщицы, водители, повара, переводчики, разнорабочие, механики и рядовые полицаи.

Некоторые представители этих категорий (в основном невоеннообязанные) даже освобождались от ответственности. При этом их все равно ставили на особый учет, они находились под пристальным вниманием сотрудников органов безопасности и не могли продвигаться по службе.

Пассивных перебежчиков из военнообязанных судили, но наказание выносили относительно нестрогое — пять или шесть лет в спецпоселениях

Коллаборационисты в основном работали на стройках, восстанавливая разрушенные во время войны здания и занимаясь подсобным хозяйством.

После 1955 года все они попали под амнистию и были освобождены в связи с указом Президиума Верховного Совета (ВС) СССР от 17 сентября 1955 года «Об амнистии советских граждан, сотрудничавших с оккупантами в период Великой Отечественной войны 1941-1945 годов».

«Дети просили карателей не убивать их»

Совсем другая кара ожидала активных коллаборационистов — палачей, карателей, полицаев и их начальников, которые непосредственно участвовали в расправах с солдатами и мирными жителями. К той же категории относились сельские старосты, помогавшие нацистам в поисках партизан и военнослужащих.

Таких предателей в лучшем случае ожидал длительный тюремный срок, а в худшем — смертная казнь. И именно их поимку советские спецслужбы считали своей первостепенной задачей, ведь преступления коллаборационистов не имели срока давности. Но задача оказалась непростой: многие палачи и каратели пытались выдать себя за пассивных пособников нацистов, скрывая участие в многочисленных расправах.

Пример тому — история зондеркоманды СС «10-а», среди участников которой были и советские граждане. В 1941-1943 годах фашистское формирование под командованием оберштурмбаннфюрера СС Курта Кристмана уничтожило более семи тысяч жителей Краснодарского края — их вешали или умерщвляли в газенвагенах палачи, рекрутированные из местных жителей.

Первый процесс над пособниками фашистов из «10-а», которая в 1943 году была переименована в «Кавказскую роту», состоялся в том же 1943 году: восьмерых казнили, еще двое получили по 20 лет лагерей. Еще девятерых коллаборационистов искали долгие 20 лет.

Чекисты провели колоссальную работу: разыскали и допросили около сотни свидетелей зверств «10-а», выезжали с ними на места преступлений, поднимали архивы и в конце концов начали ловить преступников одного за другим

Среди задержанных оказался Валентин Скрипкин, который в довоенное время был талантливым футболистом. Правда, болельщики поддерживали Скрипкина лишь до тех пор, пока не увидели своего кумира в белой повязке с надписью Polizei.

Переметнувшись на сторону фашистов, Скрипкин участвовал во множестве карательных операций, а потом с удовольствием потрошил чемоданы расстрелянных или умерщвленных в газенвагенах. Предатель вспоминал, что особенно его обрадовали найденные однажды детские распашонки, которые он отправил жене в Таганрог.

После войны Скрипкин прятался десять лет — до 1955 года, а потом услышал об амнистии и решил легализоваться. Он вернулся в Таганрог и устроился на хлебокомбинат. Но в начале 60-х годов чекисты вычислили преступника и задержали его. По результатам собранных к тому времени доказательств его вины Скрипкин был приговорен к расстрелу.

Со временем его участь разделили и другие полицаи из «10-а», сумевшие легализоваться и неплохо устроиться. Николай Жирухин работал учителем труда, Андрей Сухов был признан ветераном войны и поступил на службу в военизированную охрану, а Валериана Сургуладзе задержали на его собственной свадьбе.

Дело кровавого Графа

Младший сержант Александр Строганов перешел на сторону фашистов в 1942 году — попал в плен, оказался в лагере для военнопленных в деревне Выра Гатчинского района и там дал согласие на сотрудничество с немцами. Строганов был зачислен в карательный отряд германского контрразведывательного органа ГФП-520, которым руководил еще один предатель по фамилии Иванов, сменивший ее на Берг и выдававший себя за князя.

Пользуясь благородной фамилией, Александр настаивал на своем родстве с династией промышленников и помещиков Строгановых, за что и получил кличку Граф. Вскоре он вместе с такими же предателями вступил в ГФП-520 и стал под видом партизана колесить по деревням.

Пособники фашистов старательно входили в образ: один из карателей носил фуражку пограничника, второй — моряцкую тельняшку, а главарь Иванов-Берг ходил в форме красноармейского командира, которую снял с убитого.

Предатели втирались в доверие к местным жителям, чтобы выявить среди них помощников советских солдат и партизан

Если такие находились, каратели накидывали им на шеи петли, прогоняли по улицам и вешали на деревьях. Некоторых перед смертью зверски пытали, не щадя даже подростков. Жертвами карателей, среди прочих, стали участники группы партизан под руководством коммуниста Павла Носова: они перестали выходить на связь в 1942 году и считались пропавшими без вести.

Как выяснилось позже, Носов со своими бойцами совершил роковую ошибку, приняв карателей во главе с Ивановым-Бергом за бойцов Красной армии. В итоге партизан вычислили и расстреляли.

После войны Строганов сначала бежал в Германию, а затем перебрался в Австрию. Его пособники прикинулись пассивными коллаборационистами и попали под амнистию. Чекисты безуспешно искали Графа вплоть до 1957 года, когда он сам, прослышав об амнистии, не решил вернуться домой в Подмосковье — к жене и дочери.

О своих «подвигах» предатель умолчал: он выдал себя за пленного, которого увезли в Германию и заставили там работать на заводе. Но долго в Подмосковье Строганов не задержался — вскоре расстался с женой и переехал в Армавир. Неизвестно, как сложилась бы его жизнь дальше, но тут в дело вмешалась бывшая разведчица по имени Нина.

Во время войны ее группу поймали фашисты из ГФП-520.

Они расстреляли всех пленных, кроме Нины: она приглянулась одному из высокопоставленных немцев, и он дал команду пощадить разведчицу

Позже Нина везде сопровождала своего покровителя и присутствовала при многих казнях. Она хорошо помнила зверства, которые творил Строганов, и указала чекистам место захоронения группы партизан Носова.

Одновременно сотрудники КГБ повторно допросили осужденных участников ГФП-520 — и те сразу же стали «топить» бывших подельников. Благодаря их показаниям, собранным доказательствам и воле случая удалось задержать пятерых приспешников Строганова.

А вскоре настал черед и самого Графа, которого вызвали для дачи показаний в Ленинград: дело вело городское управление КГБ. Оказавшись на допросе, Строганов сначала признал, что был военнопленным в Выре, а после рассказал и о своем преступном прошлом.

Удивительно, но после таких признаний Строганова отпустили в гостиницу — возможно, его раскаяние было настолько убедительным, что чекисты отмели мысль о возможном побеге предателя. Но Граф все же попытался сбежать — его задержали на окраине Ленинграда. Суд приговорил Строганова и двух его подельников к 15 годам лишения свободы. Еще двое бывших участников ГФП-520 получили высшую меру наказания — расстрел.

По следам Тоньки-пулеметчицы

История знает случаи, когда в годы Великой Отечественной войны на сторону врага переходили и советские женщины. Но по степени жестокости никто из них не мог сравниться с Антониной Макаровой по кличке Тонька-пулеметчица. За годы пособничества немцам Макарова расстреляла более 1,5 тысяч человек в селе Локоть Брянской области. Причем среди ее жертв были не только партизаны, но и женщины с детьми.

Макарова — жительница Подмосковья — в 20 лет добровольно пошла на фронт, почти сразу попала в плен к немцам и оказалась на Брянщине. Там фашисты отправили ее расстреливать пленников из пулемета «Максим», за каждый расстрел она получала 30 марок.

Бездушие Макаровой поражало: если она замечала на будущей жертве красивое платье, то стреляла в голову, чтобы не повредить вещь, которую потом снимала и носила.

После очередной казни Тонька-пулеметчица шла на вечеринку с фашистами, которых ублажала до утра

Незадолго до того, как в Локоть пришли советские войска, немцы отправили Макарову в концлагерь. После освобождения она придумала себе легенду, что была медсестрой на фронте, — это позволило ей обзавестись военным билетом и перебраться в Кенигсберг.

Вскоре она вышла замуж, взяла фамилию Гинзбург и вместе с мужем перебралась в белорусский город Лепель, где устроилась работать швеей. В свободное время Тонька-пулеметчица выступала перед школьниками и рассказывала о подвигах медсестер на войне.

Советские спецслужбы искали преступницу больше четверти века, причем поиски несколько раз приостанавливались. В 1965 году дело Тоньки положили на полку из-за поступившей информации, что в 1943 году Макарову якобы расстреляли после того, как она заразила фашистов венерической болезнью. Но спустя некоторое время выяснилось, что к пулеметчице расстрелянная женщина не имеет никакого отношения, и дело возобновили.

Поиски военной преступницы усложнял казус, связанный с ее фамилией. При рождении Тонька-пулеметчица была Антониной Макаровной Парфеновой, но в школе ее почему-то записали как Макарову — по имени отца. Эта ошибка пошла дальше, и Антонина Парфенова стала Макаровой и в паспорте, и в комсомольском билете. Ее родители ошибку почему-то не исправили. Из-за этого чекисты долгое время не могли найти родственников бывшей коллаборационистки.

Но и фамилия Макарова стала известна следствию только после задержания начальника локотской тюрьмы, который пролил свет на таинственную личность Тоньки-пулеметчицы. В ходе ее поисков были проверены 250 женщин — тезок и однофамилиц карательницы, причем к их опознанию привлекли уцелевших свидетелей расстрелов. Но на след преступницы выйти так и не удалось.

В 1976 году родственники Макаровой объявились сами: некий Парфенов обратился в органы за разрешением на выезд за границу. Изучив его анкету, чекисты обратили внимание на то, что у заявителя есть родная сестра Антонина Макарова. Вызванный на допрос Парфенов сообщил, где она живет.

Сотрудники КГБ вместе со свидетелями незамедлительно отправились в Лепель и спустя несколько дней Макарову задержали

По некоторым данным, одним из первых карательницу опознал ее бывший любовник — полицай, которого специально для этого этапировали из лагеря.

Тонька-пулеметчица призналась во всех преступлениях, рассчитывая на смягчение приговора. О содеянном преступница не сожалела: ее волновало лишь то, как она будет жить в Лепеле после возвращения из лагеря. Впрочем, эти волнения оказались напрасными: 20 ноября 1978 года суд вынес Антонине Макаровой смертный приговор, который был приведен в исполнение год спустя.

Макарова стала одной из трех женщин, расстрелянных в СССР в послесталинскую эпоху, наряду со спекулянткой Бертой Бородкиной по кличке Железная Белла и отравительницей Тамарой Иванютиной.

«Живые, отомстите за нас»

Молодежная подпольная организация «Молодая гвардия», в состав которой входило около ста юношей и девушек, была сформирована в 1942 году в оккупированном фашистами городе Краснодоне Ворошиловградской области Украинской ССР. Главной целью подпольщиков была борьба с немцами и помощь Красной армии.

В начале декабря 1942 года молодогвардейцам удалось поджечь «черную биржу» — здание, где хранились списки людей, которых фашисты планировали переправить в Германию в качестве рабской силы. Таким образом комсомольцы спасли около двух тысяч земляков.

Воодушевленные успехом, подпольщики стали готовить восстание в Краснодоне, в ходе которого хотели разбить все силы врага

Однако этим планам не суждено было сбыться из-за нелепого стечения обстоятельств. В самом начале 1943 года молодогвардейцы напали на телегу с новогодними подарками для фашистов.

Двое молодогвардейцев — Виктор Третьякевич и Евгений Мошков — попытались продать добычу на местном рынке, но попались немцам. Те не сразу поняли, кто оказался у них в руках, и после допроса решили выпороть задержанных и отпустить.

Но тут в дело вмешался тайный фашистский осведомитель, местный житель Василий Громов — задержанные приходились приятелями его пасынку Геннадию Почепцову, участнику «Молодой гвардии». Громов без труда расколол Почепцова — тот выложил отчиму все, что знал о подпольщиках, назвав почти все их имена.

Эту информацию Громов донес фашистам. В Краснодоне начались массовые аресты: молодогвардейцев ловили и доставляли в полицию, где пытали — выкручивали руки, вырезали на лице и теле звезды, выкалывали глаза, отрезали уши, загоняли иголки под ногти.

Особенно зверствовал бывший адвокат, фашистский приспешник Михаил Кулешов, которому было поручено вести дело. Он ненавидел брата Третьякевича и долго истязал молодогвардейца, но тот выдержал все пытки и не сдал товарищей. Но Кулешов все равно выставил его предателем партизан.

Ожидая казни в камерах, измученные молодогвардейцы писали послания на стенах. Одно из них гласило: «Живые, отомстите за нас». Во второй половине января — начале февраля были расстреляны 57 участников «Молодой гвардии». Тела 43 из них были сброшены в 58-метровую шахту. Некоторые из них в тот момент были еще живы.

Процесс над мучителями молодогвардейцев начался после того, как советские войска освободили Краснодон в середине февраля 1943 года и обнаружили захоронение партизан, на которое указали местные жители

Тогда перед судом предстали Кулешов, Громов и Почепцов, которых приговорили к смертной казни.

Однако в ходе расследования было установлено, что в расправах над партизанами участвовали около 70 человек, в том числе краснодонцы, которые бежали из города перед приходом Красной армии. Всех фашистов, причастных к казням, советские спецслужбы нашли в 1945 году в лагерях для военнопленных, они получили от 15 до 25 лет лишения свободы.

И такой же срок — 15 лет за решеткой — едва не получил полицай Василий Подтынный, активный участник издевательств над молодогвардейцами. Сотрудники госбезопасности искали его около 16 лет, а Подтынный ближе к концу войны сумел подделать документы и примкнуть к Красной армии.

После 1945 года он осел в Сталинской области (ныне территория Украины и ДНР), работал в совхозе, со временем стал председателем, женился и завел детей. Предатель уже уверился в своей безнаказанности, но в 1959 году в его совхоз для закупки скота прибыла делегация из Краснодонского района, и один из прибывших узнал в председателе совхоза мучителя молодогвардейцев.

Подтынного арестовали. Благодаря его показаниям был реабилитирован партизан Виктор Третьякевич, который до той поры считался предателем. По первому приговору Подтынный получил 15 лет лагерей, но позже его дело было пересмотрено с формулировкой:

«Суд не учел тех обстоятельств, что осужденный, будучи офицером Советской армии, изменил Родине и добровольно поступил в карательные органы немецких оккупантов».

Подтынного приговорили к расстрелу, который привели в исполнение в 1960 году.

Его участь разделил еще один предатель — каратель Иван Мельников, который тоже пытал и расстреливал молодогвардейцев. До войны Мельников работал шахтером, а после появления в Краснодоне фашистов переметнулся на их сторону.

Сначала Мельников работал у оккупантов кухонным разнорабочим, а потом стал тюремным надзирателем

После освобождения города перебежчик ушел с немцами и даже поступил на службу в вермахт. Позже, в Молдавии, каратель попал в советский плен, но сумел всех обмануть и убедить в своей невиновности.

Мельников поступил на службу в одно из пулеметных подразделений Красной армии, был ранен в бою и получил медаль «За отвагу». А после войны бывший палач обосновался в Одесской области, стал колхозником и был немало удивлен, когда на пороге его дома появились чекисты, которым все же удалось его разоблачить. Мельникова казнили в начале апреля 1966 года в Киеве.

«Согнанные в сарай женщины и дети были расстреляны»

22 марта 1943 году в Белорусской ССР произошла страшная трагедия: силами карателей из 118-го батальона шуцманшафта и батальона СС «Дирлевангер» были сожжены и расстреляны 149 жителей деревни Хатынь, в том числе 75 детей. Поводом для расправы стало то, что в деревне ночевали партизаны из отряда Василия Воронянского, известного как дядя Вася.

22 марта партизаны обстреляли карателей из 118-го батальона и убили шеф-командира Ганса Вильке. В отместку фашисты решили сжечь всех жителей Хатыни, обвинив их в пособничестве партизанам. Помимо немцев в состав 118-го батальона входили и коллаборационисты, 13 из которых в 1961 году приговорили к смертной казни.

А вот начальнику штаба Григорию Васюре и командиру взвода Василию Мелешко, принимавшим активное участие в уничтожении жителей Хатыни, поначалу удалось уйти от правосудия.

Младший лейтенант Мелешко попал в плен в первый день войны 22 июня 1941 года и, оказавшись в концлагере, сразу же согласился сотрудничать с немцами. В составе 118-го батальона шуцманшафта Мелешко был переброшен в Белоруссию для борьбы с партизанами.

Помимо расправы в Хатыни каратель не раз участвовал в расстреле мирных жителей. Так, при непосредственном участии Мелешко была учинена расправа над жителями деревни Осови, подобная той, что была в Хатыни. В результате погибли 78 человек.

Но в 1944 году предатель понял, что фашисты в войне победить не смогут, и убедил некоторых карателей стать партизанами

Для этого они сформировали 2-й украинский батальон имени Тараса Шевченко, который позже включили в состав Французского иностранного легиона. Вернувшись из-за рубежа, Мелешко пытался скрыть свою службу у фашистов, но был арестован.

Однако самые кровавые факты биографии перебежчика от чекистов ускользнули: в 1949 году Мелешко получил 25 лет тюрьмы, отсидел шесть лет и освободился по амнистии. После этого он поселился на хуторе в Ростовской области и стал главным агрономом.

В 70-х годах размещенную в газете фотографию агронома Мелешко случайно увидел один из выживших жителей Хатыни. Признав в передовике производства палача, свидетель поспешил в органы. Мелешко арестовали и в 1974 году заново судили, приговорив к смертной казни. Каратель до последнего отрицал свое участие в расстреле жертв.

Григорий Васюра тоже успел отсидеть после войны и после амнистии поселился в Киевской области. Несмотря на свое прошлое, Васюре удалось сделать неплохую карьеру и выбиться в председатели крупного совхоза. Каратель строил из себя невинную жертву советского режима и убеждал всех, что отсидел лишь потому, что побывал в плену. Так же как «героическая медсестра» Макарова, Васюра не раз выступал перед школьниками с рассказами о войне.

Палача в итоге сгубили жадность и наглость: в 1985 году он прослышал, что в связи с грядущим 40-летием Великой Победы всем ветеранам дают ордена Отечественной войны II степени, и подал прошение. Изучая биографию потенциального орденоносца, чекисты обратили внимание на существенные нестыковки: к примеру, во время войны «ветеран» числился пропавшим без вести.

Спецслужбам стоило огромного труда доказать причастность Васюры к карательным операциям в Белоруссии — свою роль сыграли показания Мелешко, которые он дал перед расстрелом. Кроме того, выяснилось, что Васюра также был карателем в Бабьем Яре, где погибли больше ста тысяч человек.

Присутствующие на судебных слушаниях свидетели зверств Васюры хотели линчевать карателя, причастность которого к гибели 360 человек следствию доказать удалось. 72-летний Васюра был расстрелян в октябре 1987 года, став последним казненным хатынским палачом.

Обратная связь с отделом «Силовые структуры»: Если вы стали свидетелем важного события, у вас есть новость или идея для материала, напишите на этот адрес: crime@lenta-co.ru

admin