Хозяйственное ведение имуществом

Энциклопедия МИП » Гражданское право » Собственность » Права собственника в отношении имущества, находящегося в хозяйственном ведении

Предприятие унитарного типа не может быть поделено на доли, а имущество, закрепленное за ним, также неделимо.

Классификация и перечень прав собственника имущества унитарного предприятия

Унитарное предприятие – коммерческая структура, которая не имеет права собственности на имущество, особая форма организации деятельности. За унитарными предприятиями закрепляется право на имущество собственниками.

Предприятие унитарного типа не может быть поделено на доли, а имущество, закрепленное за ним, также неделимо.

Особенности унитарного предприятия и его собственности:

  • не имеет права собственности на имущество;
  • юридическое лицо унитарного типа формируется не путем объединения собственности участников, а путем выделения определенного имущества собственником;
  • право собственности сохраняется за владельцем определенного имущества;
  • имущество неделимо – это важная особенность унитарного предприятия;
  • юридическое лицо получает на имущество закрепленное вещное право, в форме оперативного управления или хозяйственного ведения.

На основании норм закона могут формироваться унитарные структуры муниципальные и государственные.

Особенности собственности и имущественных прав унитарных структур на распоряжение имуществом регулируются нормами гражданского законодательства. Ряд законов и нормативных актов утверждают нормы, относительно специфических видов деятельности юридического лица данного типа.

Собственник имущества имеет такие права:

  • право сформировать предприятие, назначить руководителя, осуществить реорганизацию, ликвидацию. Эти права касаются организации работы юридического лица.
  • вторая группа прав касается непосредственных операций с имуществом, которое может быть передано предприятию в аренду.

Имуществом предприятие может распоряжаться, исходя из целей и задач деятельности в рамках закона. Если речь идет о недвижимости, то юридическое лицо не может осуществлять действия относительно имущества без согласия собственника. Движимое имущество может отчуждаться путем, например, продажи, если иное не предусмотрено положениями закона.

Содержание имущества на правах аренды

Согласно закону, унитарное предприятие не имеет имущественных прав. Собственник передает имущество на основании договора в хозяйственное ведение или аренду.

Аренда – особый вид имущественного договора, который подразумевает передачу собственности арендатору за установленную плату, на определенный срок, в пользование или владение. Имущество на данный период находится у арендатора.

Унитарное предприятие может получить имущество для деятельности на правах аренды. Имущество, переданное на основании аренды, не может быть объектом взысканий со стороны кредиторов. Запрета на передачу собственности в аренду в законодательстве нет.

В аренду может быть передано движимое и недвижимое имущество. Договор должен быть заключен в письменной форме и точным указанием всех особенностей сделки. Сторонами договора выступают – арендодатель и арендатор.

Перечисление в соответствующий бюджет части прибыли государственным или муниципальным предприятием

Одним из обязательств унитарного предприятия является перечисление в определенный бюджет части прибыли. Определенная сумма перечисляется на основании положений закона ежегодно. Данная прибыль остается после оплаты других обязательных платежей. Например, налогов.

Размер прибыли, которую приносит имущество, определяется для всех юридических лиц определенного собственника.

Сроки и объем выплаты определяются:

  • законами;
  • нормативными актами;
  • решением уполномоченных органов власти.

Собственник имущества имеет право требовать перечислять данные выплаты. Помимо этого права, собственник может заниматься формированием унитарного предприятия, осуществлять различные операции, относительно имущества, ликвидировать и реорганизовать предприятие, согласно нормам права.

Это право представляет собой производное от права собственности вещное право юридических лиц — несобственников по хозяйственному и иному использованию имущества собственника. Основы современного правового режима хозяйственного ведения закреплены в главе 19 ГК РФ. Субъектами права хозяйственного ведения могут быть государственные или муниципальные унитарные предприятия, а также дочерние предприятия, созданные государственными и муниципальными предприятиями. Перечисленные предприятия именуются унитарными, поскольку их имущество является неделимым и не может быть распределено по вкладам, паям, долям, акциям. Имущество, переданное предприятию на праве хозяйственного ведения, выбывает из фактического обладания собственника-учредителя, зачисляется на баланс предприятия и служит базой его самостоятельной имущественной ответственности.

Законодательство определяет права и самого собственника в отношении имущества, находящегося в хозяйственном ведении. В силу ст. 295 ГК РФ собственник, которым в данном случае является публичное образование, принимает решение о создании, реорганизации, ликвидации государственного или муниципального предприятия. Так, решение о создании и ликвидации федеральных предприятий принимается Правительством РФ на основании совместного представления Минимущества РФ, Министерства экономики РФ и федерального органа исполнительной власти, на который по действующему законодательству возложены координация и регулирование деятельности в соответствующей отрасли. Решения о реорганизации принимаются в том же порядке. Кроме того, решения о создании и реорганизации предприятий должны быть согласованы с антимонопольным органом в случаях и в порядке, предусмотренных Законом РФ «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках*. К компетенции Минимущества РФ отнесено осуществление юридических действий, связанных с созданием, реорганизацией и ликвидацией федеральных предприятий. Собственник принимает решение о наделении предприятия имуществом, в том числе о формировании уставного фонда. Передачу имущества в хозяйственное ведение осуществляют соответствующие органы (Минимущество, Департамент государственного и муниципального имущества г. Москвы). Правом данных органов является осуществление контроля за использованием по назначению и сохранностью государственного имущества, закрепленного за предприятиями. Обязательное условие контракта с руководителями государственных предприятий — обязанность руководителя обеспечивать сохранность, рациональное использование, своевременную реконструкцию, восстановление и ремонт закрепленного за предприятием имущества. Предусмотрены также материальная ответственность руководителя за причинение предприятию ущерба в результате его виновного поведения и обязательная отчетность руководителя предприятия.

В соответствии со ст. 49 ГК РФ унитарные предприятия относятся к числу юридических лиц специальной правоспособности. Совершенные унитарными предприятиями сделки, противоречащие предмету и целям их деятельности, являются ничтожными на основании ст. 168 ГК РФ. Предметы и цели деятельности унитарных предприятий закрепляются в их уставах. Уставы государственных предприятий утверждаются федеральными органами исполнительной власти или органами исполнительной власти субъектов РФ.

Согласно закону собственник имеет право на получение части прибыли от использования имущества находящегося в хозяйственном ведении предприятия. Порядок распределения прибыли согласовывается с соответствующим отраслевым органом управления и фиксируется в уставе.

Права предприятия по владению, пользованию и распоряжению имуществом определены следующим образом. Правомочие владения реализуется предприятием путем закрепления переданного имущества на самостоятельном балансе. Правомочие пользования до;1жно осуществляться в соответствии с целями деятельности и назначением имущества. Однако у собственника нет права изымать используемое не по назначению имущество в качестве санкции за неправомерное поведение предприятия.

Государственные и муниципальные предприятия пользуются всеми правами, предоставленными законом собственнику, на судебную защиту закрепленного за ними на праве хозяйственного ведения имущества, включая право на предъявление виндикационного и негаторного исков, в том числе и в отношении собственника указанного имущества.

Реализация правомочия распоряжения закрепленным имуществом имеет следующие особенности. В соответствии со ст. 295 ГК РФ предприятие вправе самостоятельно, без согласия собственника, распоряжаться движимым имуществом, за исключением случаев, установленных законом или иными правовыми актами. Что же касается недвижимого имущества, то предприятие вправе его продавать, сдавать в аренду, отдавать в залог, вносить в качестве вклада в уставный (складочный) капитал хозяйственных обществ и товариществ или иным способом распоряжаться им только с согласия собственника. Порядок получения согласия должен быть урегулирован в уставе предприятия или договоре о передаче имущества. В любом случае согласие должно быть предварительным и облечено в письменную форму.

Поскольку закон устанавливает принцип специальной правоспособности унитарных предприятий (ст. 49 ГК РФ), действия предприятия по распоряжению закрепленным за ним имуществом собственника должны быть обусловлены прежде всего задачами уставной деятельности предприятия и целевым назначением предоставленного для выполнения этих задач имущества. Поэтому в тех случаях, когда действия предприятия по отчуждению или предоставлению в долгосрочное пользование другим лицам закрепленного за предприятием на праве хозяйственного ведения движимого и недвижимого имущества, непосредственно участвующего в производственном процессе, приводит к невозможности использования имущества по целевому назначению, соответствующие сделки являются недействительными по основаниям, предусмотренным ст. 168 ГК РФ. Сделки являются ничтожными даже в том случае, если они совершены с согласия собственника (уполномоченного им органа).

Согласно ст. 299 ГК РФ плоды, продукция и доходы от использования имущества, находящегося в хозяйственном ведении, а также имущество, приобретенное унитарным предприятием по договору или иным основаниям, поступают в хозяйственное ведение предприятия.

Определяя в ст. 294, 295 ГК РФ правомочия унитарного предприятия по владению, пользованию и распоряжению государственным (муниципальным) имуществом, находящимся в хозяйственном ведении, законодатель не предусматривает обязательности заключения договоров между собственником соответствующего имущества и предприятием. Однако это не лишает сторон права такой договор заключить, конкретизировав в нем состав имущества, права, обязанности, ответственность сторон.

Типовой договор о закреплении государственного (муниципального) имущества на праве хозяйственного ведения за государственным (муниципальным) унитарным предприятием г. Москвы был утвержден Постановлением Правительства Москвы от 15 июня 1999 г. № 5422. Целью договора является создание экономических условий, обеспечивающих повышение эффективности использования имущества, находящегося в собственности г. Москвы. Договор заключается между Департаментом государственного и муниципального имущества г. Москвы и унитарным предприятием в лице его руководителя.

Неотъемлемым приложением к договору о закреплении имущества является паспорт имущественного комплекса, содержащий следующие документы: акты оценки стоимости имущественного комплекса, справку о наделении оборотными средствами, штатное расписание, свидетельство на право аренды недвижимого имущества, выписки из паспортов БТИ (пообъектно), свидетельство о праве собственности на земельные участки, план земельного участка. Право хозяйственного ведения в соответствии со ст. 299 ГК РФ возникает у предприятия с момента передачи имущества. Фактическая передача имущества в хозяйственное ведение предприятия осуществляется после оформления свидетельства о праве владения, заключения контракта и подписания акта приемки-передачи имущества. Имущество передается от балансодержателя городской собственности (или прежнего балансодержателя) на баланс предприятия.

Право хозяйственного ведения прекращается по основаниям и в порядке, предусмотренным для прекращения права собственности, а также в случаях правомерного изъятия или перераспределения имущества собственником (например, при реорганизации или ликвидации предприятия). Государственное (муниципальное) предприятие сохраняет право хозяйственного ведения имуществом при смене собственника.

И. Epшoвa

Предпринимательское право…

Правовое регулирование вопросов государственной регистрации вещных прав на объекты недвижимого имущества производится как в нормах Гражданского кодекса РФ (далее по тексту – ГК РФ), так и в специальном ФЗ от 21 июля 1997 г. «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним».

В ст. 131 ГК РФ говорится об обязательной государственной регистрации помимо права собственности и таких ограниченных вещных прав, как право хозяйственного ведения, право оперативного управления.

Государственные предприятия и учреждения обладают имуществом на ограниченных вещных правах — праве хозяйственного ведения (ст. 294 ГК РФ) и праве оперативного управления (ст. 296 ГК РФ). Право хозяйственного ведения может принадлежать государственным и муниципальным унитарным предприятиям. Субъектами права оперативного управления могут быть казенные предприятия и учреждения.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 299 ГК РФ право хозяйственного ведения и право оперативного управления возникают на основании акта собственника о закреплении имущества за унитарным предприятием или учреждением. Поэтому в случае попытки закрепить имущество, находящееся у другого предприятия, учреждения, собственник не сможет осуществить его фактическую передачу. Также право хозяйственного ведения и право оперативного управления возникают в результате приобретения унитарным предприятием или учреждением имущества по договору или иному основанию.

В силу абзаца пятого пункта 1 статьи 216 ГК РФ право хозяйственного ведения и право оперативного управления относятся к вещным правам лиц, не являющихся собственниками. В этой связи право хозяйственного ведения и право оперативного управления на недвижимое имущество возникают с момента их государственной регистрации.

Поскольку имущество, передаваемое унитарному предприятию на праве хозяйственного ведения, выбывает из фактического обладания собственника – учредителя и зачисляется на баланс предприятия, сам собственник уже не может осуществлять в отношении этого имущества по крайней мере правомочия владения и пользования (а в значительной мере (и правомочие распоряжения)(статья 295 ГК РФ).

Вместе с тем говорить о полной самостоятельности и свободе унитарного предприятия по распоряжению переданным имуществом тоже нельзя. Субъекты права хозяйственного ведения — государственные и муниципальные унитарные предприятия и субъекты права оперативного управления — казенные предприятия и учреждения наделены различным объемом прав на принадлежащее им недвижимое имущество. Согласно ст.295 ГК РФ государственным и муниципальным унитарным предприятиям запрещено продавать принадлежащее им недвижимое имущество, сдавать его в аренду, вносить в качестве вклада в уставный (складочный) капитал хозяйственного общества или товарищества, а также иным способом распоряжаться им без согласия собственника. Субъекты права оперативного управления — казенные предприятия могут распоряжаться закрепленными за ними движимыми и недвижимыми объектами только с согласия собственника этого имущества. Учреждения вообще не вправе отчуждать или иным способом распоряжаться закрепленным за ним имуществом и имуществом, приобретенным за счет средств, выделенных ему по смете (ст. 298 ГК РФ).

По объему правомочий право оперативного управления уже, чем право хозяйственного ведения. Его субъектами являются казенные предприятия и учреждения. Под правом оперативного управления понимается право учреждения или казенного предприятия владеть, пользоваться и распоряжаться закрепленным за ним имуществом собственника в пределах, установленных законом в соответствии с целями его деятельности, заданием собственника и назначением имущества.

Свои правомочия казенные предприятия и учреждения осуществляют в пределах, установленных законом и собственником. В частности, казенные предприятия вправе отчуждать или иным способом распоряжаться закрепленным за ними имуществом лишь с согласия собственника этого имущества, однако казенное предприятие по общему правилу вправе самостоятельно реализовывать производимую им продукцию. Что касается учреждений, то они не вправе отчуждать или иным способом распоряжаться закрепленным за ними имуществом и имуществом, приобретенным за счет средств, выделенных им по смете. Однако если учреждению предоставлено право заниматься предпринимательской деятельностью, то оно имеет право свободно распоряжаться полученными доходами, а также имуществом, приобретенным на эти доходы.

Сделки унитарного предприятия, заключенные с нарушением норм ГК РФ и норм Закона «О государственных и муниципальных унитарных предприятий», являются оспоримыми, поскольку могут быть признаны недействительными по иску самого предприятия или собственника имущества.

Прекращение рассматриваемого вещного права происходит не только по общим основаниям прекращения соответствующих правоотношений, например банкротство, но и в случаях правомерного изъятия имущества собственником (по основаниям, допускаемым законом). Важно, что в п.3 ст.299 КГ РФ в качестве таких общих оснований названы основания прекращения права собственности. Это означает, что изъятие данного имущества помимо воли самого предприятия допустимо лишь в том порядке и при тех же условиях, что и изъятие имущества у собственника (ст.235 ГК РФ). Вместе с тем предприятие не вправе прекращать свои правомочия путем отказа от прав на имущество подобно собственнику в порядке, предусмотренном ст.236 ГК РФ, ибо это будет являться нарушением права собственности на данное имущество их учредителя.

Н.В. Сандалова, ведущий консультант Консалтинговой группы «Лекс»

Статья 8 Федерального закона от 14.11.02 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных пред­приятиях» (далее — Закон № 161-ФЗ) указывает на возможность учреждения муниципальных унитарных предприятий в случае необходимости осуществления деятельности для решения социальных задач (в т. ч. реализации определенных товаров и услуг по мини­мальным ценам). Зачастую принятые способы управ­ления унитарными предприятиями как планово-убыточ­ными приводят к их банкротству. Чтобы минимизировать потери имущества при банкротстве, администрации муниципальных образований в большинстве случаев стараются вывести активы из убыточных предприятий. Судебная практика в отношении оспаривания таких действий, а точнее, ненормативных актов, которыми изымается указанное имущество, весьма разнообраз­на. В приводимом примере рассмотрен один из случаев, когда суд признал правомерным изъятие имущества МУП.

Главой муниципального района в 2004 г. было издано распоряжение, утвердившее решение о ликвидации муниципального унитарного предприятия (МУП) в связи с его убыточностью. Приказом учредителя МУП — Коми­тета по управлению муниципальным имуществом администрации муниципального образования (Комитет) -была создана ликвидационная комиссия. После внесения в единый государственный реестр юридических лиц записи о принятии решения о ликви­дации МУП приказами Комитета на основании хода­тайств директора МУП было предписано передать с баланса предприятия на баланс Комитета имущест­во на общую сумму 2 млн руб. Передача имущества оформлена актами приема-передачи основных средств.Через три месяца решением арбитражного суда МУП было признано несостоятельным (банкротом) и в отно­шении него открыто конкурсное производство. Не согласившись с приказами о передаче имущества, МУП в лице конкурсного управляющего обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недей­ствительными приказов о передаче имущества на ба­ланс Комитета. В качестве третьего лица к участию в деле привлечена администрация муниципального образования.

Решением арбитражного суда, оставленным постанов­лением апелляционной инстанции без изменения, МУП отказано в удовлетворении требований. Суд кассационной инстанции в соответствии со ст. 284, 286 АПК РФ, изучив материалы дела, не нашел осно­ваний для отмены решения и постановления суда по следующим обстоятельствам. Согласно ст. 295 ГК РФ собственнику не предоставлено право изымать или иным образом распоряжаться иму­ществом, закрепленным за предприятием на праве хозяйственного ведения, при этом само предприятие не вправе отчуждать имущество, переданное ему на праве хозяйственного ведения, когда такое отчуждение приводит к невозможности осуществления им хозяйст­венной деятельности.

Пункт 3 ст. 299 ГК РФ допускает возможность прекращения по решению собственника права хозяйственно­го ведения на имущество, закрепленное за предпри­ятием лишь по основаниям и в порядке, предусмотрен­ном ГК РФ, другими законами и иными правовыми актами для прекращения права собственности, а также при правомерном изъятии имущества у предприятия по решению собственника.

Пункт 1 ст. 235 ГКРФ, в котором перечислены основа­ния прекращения права собственности, применяемый к возникшим правоотношениям с учетом положений п. 3 ст. 299 ГК РФ, предусматривает возможность уни­тарного предприятия отказаться от имущества, закрепленного за ним на праве хозяйственного ведения. Такое право предприятие может реализовать в силу ст. 49 ГК РФ и ст. 18 Закона № 161-ФЗ лишь при условии, что отказ от имущества не отразится на возможно­сти осуществления деятельности, цели, предмет и виды которой определены уставом, с соблюдением принципа специальной (целевой) правоспособности унитарных предприятий, в силу которого действия пред­приятия по распоряжению закрепленным за ним иму­ществом собственника должны быть обусловлены прежде всего задачами его уставной деятельности и целевым назначением имущества, предоставленного для их выполнения.

Как установлено судом, закрепление имущества за МУП на праве хозяйственного ведения было обусловлено не­обходимостью осуществления уставной деятельности. На основании имеющихся в деле доказательств суд пришел к выводу о том, что Комитет, рассмотрев хода­тайства директора МУП, содержащие отказ от пере­данного МУП в хозяйственное ведение имущества, принял оспариваемые приказы с соблюдением пере­численных норм гражданского права.

Суд счел, что отказ от имущества не мог отразиться на возможности осуществления уставной деятельности МУП, поскольку в связи с принятием учредителем ре­шения о ликвидации МУП дальнейшее его функциони­рование не предполагалось.

По аналогии изъятие имущества на основании ходатайства директора, содержащего отказ от всего или части имущества, находящегося в хозяйственном веде­нии МУП, возможно и в том случае, если собственник (администрация муниципального образования) исклю­чил или изменил цели, предмет и виды деятельности муниципального предприятия путем внесения измене­ний в устав предприятия. Например, в уставе МУП предусмотрен такой вид деятельности, как содержание полигона по утилизации бытовых отходов. Указанный полигон числится на балансе МУП. Если собственник исключит из устава МУП этот вид деятельности (что можно сделать на основании п. 1 ст. 295 ГК РФ, п. 7 ст. 9 Закона № 161-ФЗ), то директор МУП вправе отка­заться от права хозяйственного ведения на полигон. Этим он не нарушит п. 3 ст. 18 Закона № 161-ФЗ, по­скольку в связи с исключением какого-либо вида дея­тельности из устава дальнейшее его осуществление МУП с применением полигона не предполагается.

Смотрите услуги по юридическому консалтингу в сфере ЖКХ

Вернуться к разделу публикаций специалистов

Необходимость согласия собственника на совершение сделок продажи государственными и муниципальными унитарными предприятиями недвижимого имущества, закрепленного за ними на праве хозяйственного ведения, следует из закона об унитарных предприятиях. Но возникает вопрос, требуется ли проведение торгов для отчуждения этого имущества?

Суды занимают следующую позицию: при продаже унитарным предприятием имущества, переданного ему в хозяйственное ведение, проведение торгов законодательством не предусмотрено (см., например, Постановление ФАС Поволжского округа от 14.07.2009 по делу N А06-6586/2008; от 12.09.2011 по делу N А55-25431/2010).

Федеральная антимонопольная служба аналогично полагает, что при продаже государственного и муниципального имущества, закрепленного за ГУПами и за МУПами, законодательством не установлены обязательное проведение публичных торгов, а также процедура таких торгов (см. пункт 10 разъяснений ФАС России по применению статьи 17.1 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции»//fas.gov.ru; письмо ФАС России от 13 января 2011 г. N АЦ/422; письмо ФАС России от 5 августа 2013 г. N АГ/30312/13), считая, во-первых, положения статьи 17.1 Закона о защите конкуренции не применяются при продаже унитарным предприятием государственного и муниципального имущества, а во-вторых, нарушение статьи 15 Закона о защите конкуренции возможно только в случае предоставления преимущества отдельным хозяйствующим субъектам и дачи согласия собственником на отчуждение государственным или муниципальным предприятием или учреждением государственного или муниципального имущества, закрепленного за ним на праве хозяйственного ведения или оперативного управления, целевым образом, согласовывающим продажу имущества конкретному хозяйствующему субъекту.

В письме от 1 октября 2014 г. N ИА/40312/14 (Рекомендации в части квалификации действий органов власти и органов местного самоуправления, давших согласие на отчуждение государственного или муниципального имущества, находящегося в хозяйственном ведении государственных и муниципальных унитарных предприятий) ФАС России указывает, что «действия унитарных предприятий, выраженные в заключении договоров купли-продажи государственного или муниципального имущества с хозяйствующими субъектами при получении согласия собственника такого имущества формально осуществляются в рамках правового поля» и сообщает, что для доказывания неправомерности сделки необходимо учитывать следующее:

в результате отчуждения имущества унитарное предприятие лишается возможности заниматься деятельностью, целью которой является извлечение прибыли;

имущество имеет потенциальный спрос участников соответствующего рынка;

орган власти или орган местного самоуправления дал согласие на отчуждение имущества путем прямого указания в распорядительном документе на наименование хозяйствующего субъекта, которому в итоге данное имущество будет передано;

последовательная передача имущества была произведена не с целью его использования согласно уставной деятельности унитарного предприятия, а с целью реализации имущества без проведения конкурсных процедур.

При этом, ФАС России лишь «рекомендует проводить торги».

На основании изложенного следует признать, что из анализа разъяснений ФАС России и судебной практики следует вывод об отсутствии обязательного требования о проведении торгов при продаже унитарным предприятием государственного и муниципального имущества. Исключения касаются случаев притворности сделок, которые расцениваются как обход закона о приватизации и незаконное предоставление преференций.

Судебные акты в пользу ФАС России:

1) постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 30 сентября 2014 г. по делу N А69-2975/2013 (Определением Верховного Суда РФ от 23.12.2014 N 302-ЭС14-6731 отказано в передаче дела N А69-2975/2013 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного постановления)

«при закреплении за предприятием на праве хозяйственного ведения спорное имущество фактически ему во владение не передавалось и в деятельности предприятия не использовалось. Кроме того действия по закреплению имущества за предприятием, получение разрешения собственника на отчуждение и заключение договора на продажу имущества индивидуальному предпринимателю были совершены в срок меньше месяца».

Суд первой инстанции установил, что сделки по передаче имущества в хозяйственное ведение предприятия и его отчуждению индивидуальному предпринимателю носят притворный характер;

3) постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29 сентября 2016 г. по делу N А42-9030/2015 (Определением Верховного Суда РФ от 26.01.2017 N 307-КГ16-19373 отказано в передаче дела N А42-9030/2015 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного постановления)

«в данном случае закрепление спорного имущества за Предприятием, которое не использовало его в уставной деятельности, и последующее согласие собственника на продажу объектов конкретным обществам были направлены на отчуждение муниципального имущества в частную собственность в обход статей 2 и 13 Закона N 178-ФЗ.

Закрепление Комитетом муниципальных помещений и дача согласия Комитетом на их продажу через незначительный промежуток времени, а также их фактическая продажа свидетельствуют о том, что Предприятие не было заинтересовано в получении прибыли от сдачи помещений в аренду. Материалами дела подтверждается, что муниципальные помещения с момента их передачи Комитетом в хозяйственное ведение МУП «Жилэксплуатация» фактически не находились в пользовании Предприятия, не использовались последним в пределах предмета и целей уставной деятельности муниципального унитарного предприятия.

Рассматриваемые муниципальные нежилые помещения были реализованы путем заключения договоров купли-продажи с последующим согласованием сделок, минуя конкурентные процедуры.

При таких обстоятельствах, учитывая непродолжительный период времени, в течение которого данные сделки были совершены, суды обоснованно указали на признаки их притворности»;

4) постановление Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 21 ноября 2013 г. N А69-206/2013

«сроки, в которые были последовательно совершены действия Министерства, направленные на отчуждение государственного имущества, свидетельствуют о том, что передача муниципального имущества на праве хозяйственного ведения была произведена не с целью использования его для уставной деятельности СГУП «МФЦ РТ» и ГУП «Центр развития и поддержки жилищного строительства Республики Тыва», а с целью последующей продажи имущества в обход норм законодательства, регулирующих его продажу.

Спорное недвижимое имущество, на отчуждение которого Министерством дано согласие, реализовано государственными унитарными предприятиями, целевым образом без проведения торгов»;

5) постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 13 мая 2015 г. N Ф03-1603/2015 — заниженная стоимость, не учтена стоимость прав на земельный участок, унитарное предприятие лишается всего имущества, целевое согласие конкретному отдельному лицу.

«В результате совершения оспариваемой сделки произведено отчуждение всего недвижимого и движимого имущества, необходимого учреждению для выполнения своих уставных задач и закрепленного за ним на праве оперативного управления. При этом часть этого же имущества по договору аренды от 04.12.2012, заключенному между обществом «Киномир» (арендодатель) и МАУ «ЦРК-кинотеатр «Родина» (арендатор), была передана учреждению в аренду на срок до 31.12.2012 с оплатой 258 000 руб. в месяц. Указанный договор был расторгнут 31.01.2013 с прекращением всех обязательств, включая оплату задолженности по арендным платежам.

Установленные судом обстоятельства внесения муниципального имущества в уставный капитал общества с ограниченной ответственностью (в том числе и в случае установления судом заниженной стоимости объекта) могут свидетельствовать о недобросовестном поведении, в результате которого учреждение утратило вещное право на объект недвижимости, а также и потенциальную возможность использовать имущество, необходимое ему для осуществления основной деятельности, при этом получило лишь право на 34,2 процентов доли в уставном капитале общества «Киномир».

Дача собственником имущества согласия на отчуждение государственным или муниципальным предприятием или учреждением государственного или муниципального имущества, закрепленного за ним на праве хозяйственного ведения или оперативного управления, целевым образом без проведения торгов будет содержать признаки нарушения статьи 15 Закона о защите конкуренции».

Судебные акты против ФАС России:

1) определение Верховного Суда Российской Федерации от 24 октября 2014 г. N 301-КГ14-459

«решение Совета депутатов от 22.04.2013 N 198 не содержит какого-либо указания на конкретного хозяйствующего субъекта, а лишь сообщает о предоставлении налоговой льготы по земельному налогу организациям и индивидуальным предпринимателям, осуществляющим определенный вид деятельности, поэтому указанное решение не является муниципальной преференцией»;

2) постановление Арбитражного суда Московского округа от 13 октября 2017 г. по делу N А40-178767/16

«положения статьи 17.1 Закона о защите конкуренции не распространяются на распоряжение государственным и муниципальным имуществом, которое предполагает его отчуждение.

В связи с изложенным, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу о том, что в рамках норм действующего законодательства, обязанности проводить торги по продаже государственного имущества у ГУП «Московское имущество» не имеется»;

3) определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 апреля 2013 г. N ВАС-3724/13

«действие Комитета (правомочного органа муниципального образования), выразившееся в даче муниципальному предприятию согласия на отчуждение указанного объекта недвижимости, принадлежавшего ему на праве хозяйственного ведения, не подпадает под нарушение пункта 7 части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции, так как не может быть приравнено к предоставлению Комитетом муниципальной преференции»;

4) постановление Арбитражного суда Московского округа от 19 мая 2017 г. по делу N А41-13829/16 (Определением Верховного Суда РФ от 30.08.2017 N 305-ЭС17-12433 по делу N А41-13829/2016 в передаче дела в Судебную коллегию по экономическим спорам ВС РФ отказано)

«давая согласие на совершение сделки по отчуждению спорного объекта, Комитет не определил и не ограничил круг лиц, которые могут выступать на стороне покупателя при совершении крупной сделки.

С учетом изложенного, рассматриваемые правоотношения по реализации муниципальным предприятием объекта недвижимости, закрепленного за ним на праве хозяйственного ведения, путем заключения договора купли-продажи не могут быть приравнены к предоставлению Комитетом преференции и, соответственно, об отсутствии в его действиях нарушения п. 7 ч. 1 ст. 15 ФЗ «О защите конкуренции».

Указанная правовая позиция соответствует определению Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.04.2013 по делу N А72-9172/11.

Спорная сделка осуществлена исходя из стоимости помещения, указанной Комитетом в решении N 47/17 от 16.03.2015, т.е. в размере не менее той, что определена в отчете N 1/14/12 от 24.11.2014″;

5) Постановление Федерального арбитражного суда Волго-Вятского округа от 17.07.2012 по делу N А79-6416/2011

Требование: О признании недействительным решения антимонопольного органа.

Обстоятельства: Антимонопольный орган признал администрацию нарушившей п. 7 ч. 1 ст. 15 ФЗ «О защите конкуренции», посчитав, что отчуждение по договору купли-продажи имущества, принадлежащего на праве хозяйственного ведения предприятию, осуществлено при отсутствии преференции и без проведения торгов, что создает предпринимателю преимущественные условия.

Решение: Требование удовлетворено, поскольку спорное отчуждение не предусматривает проведения торгов и не может быть приравнено к предоставлению администрацией преференции;

6) Постановление Федерального арбитражного суда Поволжского округа от 30 ноября 2012 г. по делу N А72-9172/2011 (Определением ВАС РФ от 17.04.2013 N ВАС-3724/13 отказано в передаче дела N А72-9172/2011 в Президиум ВАС РФ для пересмотра в порядке надзора данного постановления)

«Частью 3 статьи 17.1 указанного Закона установлено, что в порядке, предусмотренном частью 1 данной статьи, осуществляется заключение договоров аренды, договоров безвозмездного пользования, иных договоров, предусматривающих переход прав владения и (или) пользования в отношении государственного или муниципального недвижимого имущества, которое принадлежит на праве хозяйственного ведения либо оперативного управления государственным или муниципальным унитарным предприятиям.

Таким образом, данная правовая норма не распространяет свое действие на заключение договоров купли-продажи в отношении муниципального имущества, принадлежащим муниципальным предприятиям на праве хозяйственного ведения, при которых происходит переход права собственности.

Правоотношения по реализации муниципальным предприятием объекта недвижимости, закрепленного за ним на праве хозяйственного ведения, путем заключения договора купли-продажи не могут быть приравнены к предоставлению Комитетом муниципальной преференции и, соответственно, об отсутствии в его действиях нарушения пункта 7 части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции»;

7) определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 апреля 2013 г. N ВАС-3724/13

«Выводы суда апелляционной инстанции о том, что указанные антимонопольной службой взаимосвязанные положения частей 1, 3 статьи 17.1 Закона о защите конкуренции касаются заключения по результатам конкурсов и аукционов договоров аренды, договоров безвозмездного пользования, договоров доверительного управления имуществом, иных договоров, предусматривающих переход прав владения и (или) пользования в отношении государственного или муниципального имущества, и не предусматривают заключения в таком порядке договоров об отчуждении имущества, принадлежащего муниципальному унитарному предприятию на праве хозяйственного ведения, соответствуют положениям названных законодательных норм и статьи 209 ГК РФ, определяющей содержание права собственности, которое включает не противоречащие законодательству и правовым актом как действия собственника по отчуждению своего имущество в собственность другим лицам, так и не связанные с отчуждением имущества действия по передаче им прав владения, пользования и распоряжения имуществом.

Положения частей 1, 3 статьи 17.1 Закона о защите конкуренции и Правил проведения конкурсов или аукционов, утвержденных Приказом Федеральной антимонопольной службы от 10.02.2010 N 67 во исполнение статьи 17.1 Закона о защите конкуренции, и приложенный к этому Приказу Перечень видов имущества, в отношении которого заключение договоров, указанных в названной законодательной норме, может осуществляться путем проведения торгов в форме конкурса, не относят к обязательному заключению в порядке конкурса или аукциона договора купли-продажи объекта недвижимости, принадлежащего муниципальному унитарному предприятию на праве хозяйственного ведения.

При таких обстоятельствах выводы судов апелляционной и кассационной инстанций о том, что действие Комитета (правомочного органа муниципального образования), выразившееся в даче муниципальному предприятию согласия на отчуждение указанного объекта недвижимости, принадлежавшего ему на праве хозяйственного ведения, не подпадает под нарушение пункта 7 части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции, так как не может быть приравнено к предоставлению Комитетом муниципальной преференции, основаны на установленных по делу обстоятельствах и нормах законодательства»;

8) Постановление Федерального арбитражного суда Поволжского округа от 20 сентября 2012 г. по делу N А55-27448/2011

«согласие собственника (Департамента) на отчуждение названного нежилого помещения не было целевым — согласовывающим продажу указанного имущества конкретному хозяйствующему субъекту.

Давая согласие на совершение сделки по отчуждению спорного объекта письмом от 08.10.2010 N 15-07-04/53887, Департамент не ограничил круг лиц, то есть согласие Департамента не является адресным.

Суды пришли к выводу о том, что в данном случае имела место реализация объекта недвижимости хозяйствующим субъектом — муниципальным предприятием посредством заключения договора купли-продажи и указанный объект недвижимости был реализован по цене, установленной независимым оценщиком, и не является льготной, что подтверждено отчетом об оценке»;

9) Постановление Федерального арбитражного суда Поволжского округа от 12 июля 2012 г. по делу N А55-19169/2011

«согласие департамента на совершение сделки по отчуждению спорного объекта не является адресным, поскольку не определяет и не ограничивает круг лиц, и позволяет осуществить реализацию объекта недвижимости любому участнику хозяйственной деятельности, соответственно не может являться нарушением антимонопольного законодательства.

В данном случае имела место реализация объекта недвижимости хозяйствующим субъектом — муниципальным предприятием посредством заключения договора купли-продажи и указанный объект недвижимости был реализован по цене, установленной независимым оценщиком, и не является льготной, что подтверждено отчетом об оценке.

Впоследствии ООО «Реноме» обратилось в муниципальное предприятие с просьбой рассмотреть возможность реализации объектов недвижимости. Последовательность таких действий со стороны общества обусловлена положениями федерального законодательства и нормативно-правовых актов городского округа Самара, и, с учетом обстоятельств дела не свидетельствует о нарушении со стороны департамента части 1 статьи 15 ФЗ «О защите конкуренции».

Как обоснованно отмечено судами, между обращением ООО «Реноме» в департамент в апреле 2010 года и обращением МП г.о. Самара «Дворец торжеств» в Департамент в июне 2010 года имеется временной разрыв, за который к предприятию имели возможность обратиться и иные хозяйствующие субъекты, помимо ООО «Реноме» о продаже нежилых помещений, переданных на правах хозяйственного ведения предприятию.

МП г.о. Самара «Дворец торжеств» письмами от 10.06.2011 N 01/01-137 и от 11.06.2010 исх. N 01/01-138, адресованным департаменту, просил последнего дать согласие на совершение сделки купли-продажи указанных выше нежилых помещений по адресу: Самарская область, г. Самара, Октябрьский район, ул. Молодогвардейская, д. 238 площадью 37,90 кв. м и площадью 26,70 кв. м, при этом в данных письмах не был указан конкретный субъект, которому предприятие планировало продать недвижимое имущество.

Рассмотрев данные обращения, департамент дал МП г.о. Самара «Дворец торжеств» согласие на продажу данных нежилых помещений, что подтверждается письмом от 15.06.2010 N 15.07-04/31536 также без указания конкретного лица — покупателя, с которым он одобряет сделки.

Таким образом, выводы суда первой и апелляционной инстанций о том, что давая согласие на совершение сделки по отчуждению спорного объекта, департамент не определил и не ограничил круг лиц, которые могут выступать на стороне покупателя при совершении крупной сделки, являются правильными. Соответственно основания для вывода о нарушении статьи 15 Закона о защите конкуренции отсутствуют»;

10) Постановление Федерального арбитражного суда Поволжского округа от 10 июля 2012 г. по делу N А55-20624/2011

«Давая согласие на совершение сделки по отчуждению спорного объекта, Департамент не определил и не ограничил круг лиц, что свидетельствует о том, что согласие Департамента не является адресным, и позволяет осуществить реализацию объекта недвижимости любому участнику хозяйственной деятельности и не может являться нарушением антимонопольного законодательства.

Проанализировав текст согласия Департамента, судебные инстанции установили, что данное согласие предполагает свободную реализацию объекта недвижимости любому участнику гражданского оборота. Муниципальное предприятие свободно осуществляет свою хозяйственную деятельность, следовательно, получив согласие, может реализовать указанный объект любому юридическому или физическому лицу, либо вообще не принимать решение о его продаже»;

11) Постановление Федерального арбитражного суда Поволжского округа от 28 июня 2012 г. по делу N А55-21201/2011

«Перед заключением договора купли-продажи от 18.05.2010 муниципального имущества с ООО «Партнер» МП г. Самары «Городской земельный центр» обращалось к уполномоченному собственнику — Департаменту управления имуществом г.о. Самара за получением согласия на продажу вышеуказанного недвижимого имущества (письмо от 15.03.2010 N 92). При этом Предприятием в письме не указывался конкретный покупатель.

На указанное обращение Предприятия Департамент письмом от 21.04.2010 N 15-07-04/21559 дал Предприятию согласие на продажу вышеуказанного имущества в порядке и на условиях, предусмотренных действующим законодательством, однако не указал на конкретного покупателя, не определил и не ограничил круг лиц, которым данное имущество может быть отчуждено.

Представление МП г.о. Самара «Городской земельный центр» в Департамент проекта договора с ООО «Партнер» не свидетельствует о том, что Департамент дал свое согласие на продажу вышеуказанного нежилого помещения именно на условиях этого договора. Кроме того, указанный проект договора не является актом органа местного самоуправления и, соответственно, не подпадает под действие части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции.

Между передачей этого имущества в хозяйственное ведение МП г.о. Самара «Городской земельный центр», дачей Департаментом согласия на его продажу и заключением МП г.о. Самара «Городской земельный центр» с ООО «Партнер» договора о его купле-продаже от 18.05.2010 не прослеживается причинно-следственная связь.

Данное согласие Департамента не являлось адресным, непосредственно в документе отсутствует ссылка на конкретного покупателя, которому Предприятие обязано по указанию Департамента продать объект. Согласие Департамента позволяет осуществить реализацию объекта недвижимого имущества любому участнику хозяйственной деятельности. Данный документ регулирует отношения между Департаментом и Предприятием, не затрагивает права и интересы третьих лиц, вследствие чего не является нарушением антимонопольного законодательства»;

12) решение Арбитражного суда Самарской области от 04 мая 2012 года, дело № А55-5653/2011

«В данном случае согласие Департамента на реализацию объекта недвижимости не является адресным, не является целевым – непосредственно в документе отсутствует ссылка на конкретного покупателя, которому муниципальное предприятие обязано по указанию Департамента продать объект. Согласие Департамента позволяет осуществить реализацию объекта недвижимого имущества любому участнику хозяйственной деятельности. Данный документ регулирует отношения между Департаментом и муниципальным предприятием, не затрагивает права и интересы третьих лиц, вследствие чего не является нарушением антимонопольного законодательства. Объект недвижимого имущества был реализован муниципальным предприятием по цене, установленной независимым оценщиком и не являющейся льготной; круг лиц, имеющих возможность обратиться в адрес муниципального предприятия по вопросу приобретения объекта, не ограничен»;

13) Постановление Федерального арбитражного суда Поволжского округа от 24 мая 2012 г. по делу N А55-19170/2011

Департамент письмом от 21.09.2010 N 15-07-04/49947 дал МП г.о. Самара «Транссервис» согласие на продажу вышеуказанного нежилого помещения в порядке и на условиях, предусмотренных законодательством Российской Федерации (л.д. 9). При этом Департамент не указал на конкретного покупателя, не определил и не ограничил круг лиц, которым данное недвижимое имущество может быть отчуждено.

Представление МП г.о. Самара «Транссервис» в Департамент проекта договора с ООО «ШАРК» не свидетельствует о том, что Департамент дал свое согласие на продажу вышеуказанного нежилого помещения именно на условиях этого договора. Кроме того, указанный проект договора не является актом органа местного самоуправления и, соответственно, не подпадает под действие части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции»;

14) Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 18.06.2014 по делу № А47-7974/2013

реализация государственного имущества с согласия Росимущества без торгов была осуществлена самой Федеральной антимонопольной службой.

admin