Договор цессии по исполнительному листу

  • Особенности составления договора
  • Порядок подписания

Краткий обзор договора об уступке требования (цессии) по исполнительному листу, позволяющий получить общую информацию об особенностях, важных деталях при заключении, а также сведения о нормативной базе, регулирующей данный вопрос.

Договор об уступке требования (цессии) по исполнительному листу целесообразно заключать, когда на имеющийся долг уже вынесено судебное решение, оно вступило в законную силу, и взыскателю выдан исполнительный лист.

Рассмотрим важные условия и особенности данного договора.

Договор в обязательном порядке должен содержать:

  • полные данные сторон договора – цедента (передающего долг) и цессионария (принимающего долг);
  • максимально описанный предмет: суть передаваемого обязательства или его размер, основания возникновения, реквизиты решения суда, сведения о его вступлении в силу, реквизиты выданного исполнительного листа;
  • порядок уведомления должника о замене кредитора, и о заключении договора уступки;
  • порядок расторжения;
  • акт передачи оригиналов всех документов, на основании которых возникло передаваемое обязательство.

ВАЖНО. Если до заключения договора об уступке требования (цессии) по исполнительным листам часть денежного обязательства ранее была исполнена должником, необходимо отразить размер оставшегося требования, права на которое уступаются (ч.2 ст.384 ГК).

Особенности составления договора

Договор об уступке требования (цессии) по исполнительному листу совершается в той же форме, что и основная сделка, обязательства по которой передаются (ст.389 ГК).

Цедент несет ответственность за действительность переданного обязательства, но не обязан гарантировать, что оно будет фактически исполнено должником.

ВНИМАНИЕ! Не допускается заключать договор на взыскание алиментов, вреда, причиненного жизни или здоровью, иные взыскания, когда исполнение связано с личностью кредитора (ст.383 ГК, ч.2 ст.388 ГК).

Новому кредитору недостаточно оформления лишь соглашения об уступке: необходимо обратиться в суд с ходатайством о замене взыскателя (ст.48 АПК, ст.44 ГПК), и только после этого такую замену сможет осуществить пристав (ч.2 ст.52 ФЗ № 229-ФЗ). Следовательно, необходимо предусмотреть четыре оригинальных экземпляра – для сторон, суда и пристава.

Порядок подписания

Договоры об уступке требования (цессии) по исполнительным листам со стороны цедента уполномочены подписывать лица, которым изначально принадлежит право на получение исполнения обязательства, либо их представители по доверенности.

Момент перехода права требования определяется датой подписания договора.

СПРАВКА. Рассматриваемый договор не нужно заключать в случае законного перехода прав: универсальное правопреемство, исполнение обязательств поручителем, суброгация страховщику (ст.387 ГК РФ).

Более детально изучить нормы, регулирующие указанный договор, можно в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54.

(Уруков В.) («Право и экономика», 2004, N 8)

ЦЕССИЯ ПО ИСПОЛНИТЕЛЬНОМУ ЛИСТУ

В. УРУКОВ

Одной из сложных и актуальных проблем цессии является правопреемство, основанное на уступке права требования, при исполнительном производстве. Среди специалистов и практиков нет единообразного суждения о моменте перехода права требования по исполнительным листам, основанного на договоре цессии, и единообразной судебно-арбитражной практики. Это обусловлено следующими обстоятельствами. По общему правилу, право (требования), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона (п. 1 ст. 382 ГК РФ). Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права (ст. 384 ГК РФ). Как следует из вышеназванных норм, какие-либо исключения в отношении цессии по исполнительному листу закон не содержит. Следовательно, цессия по исполнительному листу переходит в обычном состоянии, и момент перехода права к новому кредитору определяется общими правилами о заключении договора (ст. 425 ГК РФ). Согласно п. 1 ст. 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения. Трудность применения вышеуказанных норм гражданского закона в отношении уступок по исполнительным листам заключается в том, что имеются нормы в других федеральных законах, которые в определенных случаях не только не согласуются с ними, но и противоречат им. Прежде всего это Федеральный закон от 21 июля 1997 г. N 119-ФЗ «Об исполнительном производстве». В соответствии со ст. 32 данного Закона в случае выбытия одной из сторон (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга) судебный пристав-исполнитель обязан своим постановлением произвести замену этой стороны ее правопреемником, определенным в порядке, установленном федеральным законом. Для правопреемника все действия, совершенные до его вступления в исполнительное производство, обязательны в той мере, в какой они были бы обязательны для стороны, которую правопреемник заменил. Возникает вопрос: каким федеральным законом определен порядок замены? Специального федерального закона по этому поводу нет. На практике происходит следующее. В одних случаях судебный пристав-исполнитель своим постановлением производит замену стороны (кредитора) в исполнительном производстве, а в других случаях — отказывается делать это, ссылаясь на соответствующею норму АПК РФ. Действительно, в соответствии со ст. 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает об этом в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса. Судебный акт, которым произведена замена стороны ее правопреемником, может быть обжалован. Для правопреемника все действия, совершенные в арбитражном процессе до вступления правопреемника в дело, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для лица, которое правопреемник заменил. Таким образом, налицо коллизии законов: Гражданский кодекс не содержит норм, специально регулирующих уступку по исполнительному листу, т. е. замена стороны по исполнительному листу происходит с момента заключения договора цессии; согласно Закону об исполнительном производстве для замены стороны по уступке права требования по исполнительному листу требуется специальное постановление о правопреемстве по исполнительному производству; согласно АПК РФ для того чтобы правопреемство состоялось, необходим судебный акт — определение о замене стороны на исполнительной стадии. Эти обстоятельства отрицательно сказываются на гражданском обороте, поскольку: во-первых, однозначно нельзя утверждать, с какого момента происходит замена кредитора по исполнительному производству — с момента заключения цессии или вынесения постановления судебным приставом-исполнителем о замене стороны правопреемником либо с момента вступления в законную силу определения суда о замене стороны правопреемником; во-вторых, безусловно, между вышеуказанными промежутками времени пройдет определенное время (месяцы, а то и годы), за это время не исключена возможность того, что первоначальные стороны «исчезают», а хуже всего — уступленное требование недобросовестным контрагентом еще раз будет передано по цессии; в-третьих, поскольку для нового кредитора — предпринимателя важным является фактор времени, то он, как правило, не может уступить это требование за деньги (например, по договору факторинга) или его средства «замораживаются» в виде права требования по исполнительному листу, пока не будет соответствующего акта о правопреемстве судебного пристава-исполнителя или судебного акта; в-четвертых, вышеназванные обстоятельства напрямую затрудняют развитие института цессии, поскольку не всякий здравомыслящий предприниматель захочет иметь дело с цессией; в-пятых, ввиду того, что оборот сделок, основанных на уступке права требования по исполнительным листам, не соответствует нормальному гражданскому обороту, это способствует выбытию определенного имущества из оборота, что нежелательно для рыночной экономики. Судебно-арбитражная практика иногда не только не стремится устранить перечисленные отрицательные обстоятельства, а наоборот, в отдельных случаях решение суда фактически ущемляет права и интересы добросовестного нового кредитора по исполнительному листу. Это можно проиллюстрировать на одном из характерных примеров, рассмотренных Арбитражным судом Чувашской Республики. ООО «Фабий» г. Чебоксары обратилось в суд с заявлением о замене взыскателя МУП «Цивильское ПО ЖКХ» г. Цивильска на ООО «Фабий» г. Чебоксары по исполнительному листу N 031877 по делу N А79-4425/2000-СК2-4005. В судебном заседании представитель заявителя поддержал заявление. Определением Арбитражного суда Чувашской Республики от 19 января 2001 г. по указанному делу утверждено мировое соглашение, по которому МУЗ Цивильская ЦРБ обязалась возместить МУП «Цивильское ПО ЖКХ» долг в сумме 183138 руб. 22 коп. не позднее 31 марта 2001 г. 22 февраля 2001 г. по договору об уступке права требования МУП «Цивильское ПО ЖКХ» уступило ООО «Фабий» право требования долга с МУЗ Цивильская ЦРБ в сумме 183138 руб. 22 коп. по исполнительному листу от 19 февраля 2001 г. N 031877 за оказанные юридические услуги. На основании изложенного заявитель просит удовлетворить заявление. Ответчик возразил против замены взыскателя, пояснив, что на день рассмотрения заявления исполнительный лист N 031877 должником МУЗ Цивильская ЦРБ исполнен путем передачи векселей и перечислением денежных средств. Исполнительное производство окончено. Суд установил следующее: определением Арбитражного суда Чувашской Республики от 19 января 2001 г. утверждено мировое соглашение, по которому МУЗ Цивильская ЦРБ обязалось возместить МУП «Цивильское ПО ЖКХ» долг в сумме 183138 руб. 22 коп. не позднее 31 марта 2001 г. 22 февраля 2001 г. МУП «Цивильское ПО ЖКХ» и ООО «Фабий» подписали договор об уступке права требования долга с МУЗ Цивильская ЦРБ в сумме 183138 руб. 22 коп. по исполнительному листу N 031877. Согласно ст. 48 Арбитражного процессуального кодекса РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса. Из материалов дела и исполнительного производства видно, что 28 марта 2001 г. по исполнительному листу арбитражного суда N 031877 было возбуждено исполнительное производство N 1-253 в отношении должника МУЗ Цивильская ЦРБ о взыскании 183138 руб. 22 коп. Постановлением от 28 декабря 2001 г. исполнительное производство было окончено на основании заявления взыскателя МУП «Цивильское ПО ЖКХ» о прекращении исполнительного производства в связи с погашением задолженности в полном объеме. Суд считает, что исполнение судебного акта представляет собой стадию арбитражного процесса. На день рассмотрения заявления о замене взыскателя по исполнительному листу исполнительное производство окончено в связи с отзывом исполнительного листа и исполнением его со стороны должника. Следовательно, все стадии арбитражного процесса закончены, а правопреемство, в соответствии со ст. 48 АПК РФ, возможно лишь на стадии арбитражного процесса. Суд определил: ООО «Фабий» в удовлетворении заявления о замене взыскателя по исполнительному листу N 031877 отказать. Таким образом, через два года после заключения уступки требования суд отказал в замене первоначального кредитора по исполнительному листу, несмотря на то, что должник с момента подписания договора цессии 19 января 2001 г. в надлежащем порядке был извещен о состоявшейся уступке в соответствии с нормами ст. 385 ГК РФ. Другая проблема, которую высветило данное дело, заключается в том, что первоначальный кредитор, несмотря на договор об уступке по исполнительному листу от 19 января 2001 г., отзывает исполнительный лист «в связи с погашением задолженности в полном объеме». В силу ст. 382 ГК РФ такое действие первоначального кредитора неправомерно, поскольку по договору об уступке происходит безусловная замена стороны (кредитора), на что неоднократно обращалось внимание Президиумом Высшего Арбитражного Суда РФ <*>. ——————————— <*> См., например, Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 19 октября 1999 г. N 7945/98 // СПС «КонсультантПлюс Арбитраж».

Апелляционная инстанция Арбитражного суда Чувашской Республики по делу N А79-4425/00-СК2-4005 с выводами суда первой инстанции не согласилась, указывая следующее. Выводы не соответствуют действующему законодательству об исполнительном производстве. Принятое судебным приставом-исполнителем постановление от 28 декабря 2001 г. об окончании исполнительного производства в связи с отзывом взыскателем исполнительного листа в соответствии со ст. 27 Федерального закона «Об исполнительном производстве» не является окончанием исполнительного производства как стадии арбитражного процесса, а лишь свидетельствует об окончании исполнительного производства в данном подразделении службы судебных приставов. При этом исполнительный лист был возвращен взыскателю по его просьбе и находился в дальнейшем у него без движения. При таких обстоятельствах суду следовало выяснить, действительно ли должник (МУЗ Цивильская ЦРБ) погасил задолженность перед взыскателем (МУП «Цивильское ПО ЖКХ») до того, как поставил его в известность о замене взыскателя по договору цессии от 22 февраля 2001 г. Апелляционная инстанция приходит к выводу, что МУЗ Цивильская ЦРБ была уведомлена о замене взыскателя по договору цессии судом при рассмотрении данного заявления ООО «Фабий», т. е. не позднее июля 2001 г. К этому времени должник передал первоначальному кредитору 17 июля 2001 г. вексель на сумму 20000 руб. с указанием назначения платежа — в погашение задолженности, что суд расценивает в соответствии с ч. 3 ст. 382 ГК РФ как исполнение надлежащему кредитору. Переданный 12 июля 2001 г. вексель N 1748093 (также как и перечисленные 27 апреля 2001 г. 14000 руб.) не может быть признан как исполнение обязательств по данному исполнительному листу, т. к. назначение платежа указано — за отопление. Установлено, что между МУП «Цивильское ПО ЖКХ» и МУЗ Цивильская ЦРБ отношения по предоставлению услуг водопровода и канализации существовали и в период 2000 — 2002 гг. Все остальные векселя (л. д. 110, т. 2) переданы должником первоначальному кредитору, во-первых, после его уведомления о произведенной цессии, во-вторых, назначение платежей в них указано — за использование воды. Поэтому следует признать, что задолженность МУЗ Цивильская ЦРБ перед МУП «Цивильское ПО ЖКХ» по спорному исполнительному листу не погашена в сумме 163138 руб. 22 коп. Поскольку исполнительное производство прекращено не было, то заявление ООО «Фабий» о замене взыскателя по данному исполнительному листу подлежало удовлетворению за вычетом 20000 руб. Арбитражный суд постановил: Определение Арбитражного суда Чувашской Республики от 4 ноября 2002 г. по делу N А79-4425/2000-СК2-4005 отменить. Произвести замену взыскателя по делу N А79-4425/2000-СК2-4005 на стадии исполнительного производства с муниципального унитарного предприятия «Цивильское производственное объединение жилищно-коммунального хозяйства» г. Цивильска на общество с ограниченной ответственностью «Фабий» г. Чебоксары. Исполнительный лист N 031877 признать утратившим силу. Взыскателю выдать исполнительный лист на сумму 163138 руб. 22 коп. При повторном рассмотрении дела суд апелляционной инстанции полно, всесторонне и объективно исследовал представленные участниками процесса доказательства, дал им соответствующую правовую оценку и при правильном установлении фактических обстоятельств спора сделал правомерные выводы о выбытии стороны в установленном решением суда материальном правоотношении и об отсутствии оснований для отказа в удовлетворении требования правопреемника. Федеральный арбитражный суд по Волго-Вятскому округу поддержал доводы апелляционной инстанции, указав об этом в постановлении от 26 марта 2003 г. Данный вывод ФАС Волго-Вятского округа не только, на мой взгляд, соответствует нормам гл. 24 ГК РФ, но и является важным для правоприменительной практики и для гражданского оборота, поскольку сделан практический вывод о моменте правопреемства по уступке права требования по исполнительному листу — с момента заключения договора цессии первоначальный кредитор безусловно выбывает из спорного правоотношения. Данный вывод ФАС также будет играть положительную роль в единообразном применении законодательства о цессии и исключает неверное (по моему мнению) решение в отдельных случаях арбитражными судами дел по уступке по исполнительным листам. Следующая проблема цессии по исполнительным листам выявилась в ходе судебного разбирательства Арбитражного суда Чувашской Республики по делу N А79-4568/01-СК2-4204. ООО «Фабий» г. Чебоксары обратилось в арбитражный суд с заявлением о выдаче исполнительного листа. Представитель заявителя доводы заявления поддержал, пояснив, что определением Арбитражного суда Чувашской Республики от 18 июля 2001 г. произведено процессуальное правопреемство по арбитражному определению от 18 января 2001 г., согласно которому ОАО «Спецмонтажгаз» г. Чебоксары — взыскатель был заменен на ООО «Фабий» г. Чебоксары по договору переуступки права требования от 18 января 2001 г. в сумме 387189 руб. 26 коп. Представитель должника требования заявителя о выдаче исполнительного листа отклонил, пояснив, что рассчитался с основным должником путем передачи векселей и денежной суммы. Представитель ОАО «Спецмонтажгаз» г. Чебоксары и представитель ООО «Фабий» считают, что должником сумма уплачена ненадлежащему взыскателю. Судебным приставом-исполнителем представлено суду на обозрение исполнительное производство по спорному вопросу. Суд установил следующее: определением суда от 18 января 2001 г. судом было утверждено мировое соглашение между ОАО «Спецмонтажгаз» г. Чебоксары и СХПК им. Кирова Канашского района. Согласно условиям мирового соглашения СХПК им. Кирова обязалось погасить долг в сумме 387189 руб. 26 коп. ОАО «Спецмонтажгаз» г. Чебоксары не позднее 18 апреля 2001 г. 6 июня 2001 г. должником во исполнение мирового соглашения были переданы взыскателю векселя на сумму 300000 руб. 18 июля 2001 г. определением арбитражного суда было произведено процессуальное правопреемство по арбитражному определению от 18 января 2001 г., по которому ОАО «Спецмонтажгаз» г. Чебоксары — основной взыскатель был заменен на ООО «Фабий» г. Чебоксары во исполнение договора переуступки права требования по договору от 18 января 2001 г. в сумме 387189 руб. 26 коп. Также согласно распоряжению главы администрации Канашского района от 30 января 2001 г. N 15 на частичное погашение долга были выделены средства в размере 93000 руб., которые в сумме 743000 руб. были погашены основному должнику, что подтверждается платежным поручением от 31 января 2001 г. N 8. Доказательств направления определения суда от 18 июля 2001 г. в службу судебных приставов для замены взыскателя заявителем суду не представлено. Суд считает, что заявление ООО «Фабий» г. Чебоксары на основании вышеизложенного подлежит отклонению. Согласно представленным должником доказательствам определение суда по утвержденному мировому соглашению исполнено ранее, чем принято определение о процессуальном правопреемстве. Суд считает, что судебным приставом-исполнителем правомерно окончено исполнительное производство в связи с исполнением должником решения суда основному должнику. Суд определил: заявление ООО «Фабий» г. Чебоксары о выдаче исполнительного листа отклонить. Таким образом, суд решил, что после определения правопреемства по исполнительному листу новый кредитор обязан уведомить об этом службу судебных приставов. Такой вывод суда, как представляется, не является бесспорным, поскольку, во-первых, законодательство этого не требует, во-вторых, служба судебных приставов являлась участницей процесса, и в ее адрес направлялось данное определение суда. Следовательно, если и согласиться с логикой суда, то неизвещение новым кредитором службы судебных приставов об определении суда о замене взыскателя не может являться основанием отказа удовлетворения заявления ООО «Фабий». Апелляционная инстанция решила: заявитель обратился с апелляционной жалобой на определение суда от 12 апреля 2002 г., считая, что определение суда было вынесено с нарушением норм материального права, а именно ст. ст. 309, 312, 316, п. 2 ст. 382 Гражданского кодекса РФ. По мнению заявителя, отсутствуют какие-либо доказательства того, что вексель на сумму 300000 руб. был передан в счет исполнения обязательства по спорному исполнительному листу. В судебном заседании заявитель поддержал апелляционную жалобу, повторил изложенные в ней доводы. Представители администрации и СХПК им. Кирова просили определение суда от 12 апреля 2002 г. оставить в силе. Обсудив доводы жалобы и исследовав письменные материалы дела, апелляционная инстанция оснований для отмены определения не усматривает. В соответствии с условиями мирового соглашения, заключенного между ОАО «Спецмонтажгаз» и СХПК им. Кирова, утвержденного определением суда от 18 января 2001 г., СХПК им. Кирова обязалось погасить долг в сумме 387189 руб. 26 коп. ОАО «Спецмонтажгаз» не позднее 18 апреля 2001 г. 30 июня согласно распоряжению главы администрации Канашского района от 30 января 2001 г. N 15 СХПК им. Кирова было выделено 93000 руб. из бюджета Чувашской Республики на частичное погашение долга. 6 июня 2001 г. во исполнение условий мирового соглашения должник передал взыскателю 300000 руб., что подтверждается актом приема-передачи векселей (л. д. 102). Определением суда от 18 июля 2001 г. была произведена замена взыскателя, в соответствии с которым ОАО «Спецмонтажгаз» — основной взыскатель было заменено на ООО «Фабий» во исполнение договора переуступки права требования, заключенного между ними 18 января 2001 г. на сумму 387189 руб. 26 коп. В связи с тем, что замена взыскателя производилась в рамках исполнительного производства, ООО «Фабий» становилось надлежащим взыскателем лишь с 18 июля 2001 г. Как следует из материалов дела, на момент замены взыскателя долг СХПК им. Кирова был полностью погашен ОАО «Спецмонтажгаз». 9 августа 2001 г. судебным приставом-исполнителем было вынесено постановление об окончании исполнительного производства в связи с фактическим исполнением, которое в судебном порядке не отменено. Таким образом, основания для выдачи исполнительного листа ООО «Фабий» отсутствуют. Апелляционная инстанция постановила: определение Арбитражного суда Чувашской Республики от 12 апреля 2002 г. по делу N А79-4568/01-СК2-4204 оставить без изменения, а апелляционную жалобу — без удовлетворения. Таким образом, Арбитражный суд Чувашской Республики разрешил два по существу одинаковых спора по цессии по исполнительным листам по-разному, т. е. выводы судебных инстанций фактически взаимоисключающие. Обнаружилось два подхода: (который, по моему мнению является правильным) — цессия считается состоявшейся с момента заключения договора об уступке права требования по исполнительному листу и уведомления об этом должника; второй — для признания цессии по исполнительному листу помимо договора требуются соответствующий судебный акт и уведомление службы приставов, и только с этого момента цессия по исполнительному листу считается состоявшейся. Очевидно, разные решения арбитражного суда по спору о цессии по исполнительному листу связаны с трудностью определения момента перехода прав новому кредитору по сделке (договору) об уступке права требования по исполнительному листу. В интересах нормального гражданского оборота, по-видимому, будет верным первый подход. С этой точки зрения представляется правильным суждение О. А. Колесникова, который указывает следующее: «Представляется, что при отсутствии в гл. 24 ГК РФ прямого указания на момент перехода обязательственного права следует применять нормы этой главы, опираясь прежде всего на более устоявшийся институт — общие нормы об обязательстве. Такой подход предполагает необходимость применения к цессии аналогии закона о передаче вещи» <*>. ——————————— <*> Колесников О. А. О моменте перехода обязательственных прав на основании сделки. // Арбитражная практика. Специальный выпуск: Уступка права требования. 2003. С. 11, 12.

Возможно, эту точку зрения поддерживают не все специалисты, но в настоящий момент, когда нет специального закона, содержащего нормы о моменте перехода гражданских прав (права требования), в частности, по исполнительным листам, предложение О. А. Колесникова в достаточной степени защищает интересы и права добросовестного нового кредитора. Второй вариант разрешения указанной проблемы возможен с помощью ст. 32 Федерального закона «Об исполнительном производстве». Согласно данной статье судебный пристав-исполнитель своим постановлением, без какого-либо судебного акта, обязан на основании уступки права требования произвести замену стороны. Закон ему этого делать не запрещает. Поэтому представляется, что решение суда по уступке права требования и замене взыскателя (правопреемника) носит факультативный характер и направлено на усиление позиции кредитора в исполнительном производстве. Наоборот, такие действия судебного пристава-исполнителя, прежде всего, будут направлены на стабильность исполнительного производства. В этой стадии заслуживает внимания позиция специалистов, сформулированная следующим образом: «Было бы правильным принять решение о законности услуги прав в исполнительном производстве, если установленное судом правоотношение допускает правопреемство, и уже в зависимости от этого решать вопросы о законности или незаконности действий судебного пристава-исполнителя, которые также могут быть обжалованы в соответствующий суд лицами, участвующими в исполнительном производстве» <*>. Ведь если есть заключенный договор об уступке, следовательно, по исполнительному листу появился новый кредитор. Значит, чтобы не прерывались исполнительные действия ввиду неопределенности взыскателя, следует осуществить правопреемство в исполнительном производстве. При этом какие-либо ущемления прав должника не имеются, поскольку для последнего не имеет значения, кто является для него кредитором. А если в действиях судебного пристава-исполнителя по осуществлению правопреемства имелись нарушения закона, они могут быть обжалованы в судебном порядке, в том числе должником, а суд дает оценку правильности перемены кредитора в исполнительном производстве. Данное предложение отвечает интересам кредитора, но, как практика показывает, правами, предусмотренными ст. 32 Закона об исполнительном производстве, помогают распоряжаться не все судебные приставы-исполнители по разным причинам: незнание законов, поскольку большинство судебных приставов-исполнителей — вчерашние выпускники юридических вузов; давление административных органов, «могущественных» должников, отсутствие единообразной практики по таким спорам и т. п. ——————————— <*> Елькин С. К. Перемена лиц в обязательстве путем перехода прав кредитора к другому лицу. // Арбитражная практика. Специальный выпуск. 2001. С. 65.

Однако пока существуют проблемы и коллизии в исполнительно-процессуальном и гражданском законодательстве. Из этого следует, что Пленуму Высшего Арбитражного Суда РФ представляется необходимым в одном из постановлений по вышеизложенным проблемам внести ясность на уровне правоприменительной практики в отношении цессии по исполнительным листам.

Главной целью любого судебного разбирательства является разрешение спора путем вынесения законного и исполнимого судебного акта. Но его принятие в большинстве случаев — только первый этап на пути получения ожидаемого результата. Все же главной целью лица, в пользу которого принят данный документ, является его исполнение. На этой стадии может возникнуть ряд сложностей, в том числе и в связи с необходимостью замены стороны: как взыскателя, так и должника. Основные подводные камни этого процесса и способы избежать их на примерах исполнения актов арбитражных судов рассмотрим в материале.

Идеальной представляется ситуация, когда для исполнения вынесенного акта не требуется применения процедур принудительного исполнения, например в случае добровольной выплаты присужденной суммы. Но, к сожалению, на практике в большинстве случаев требуется принудительное исполнение, в частности обращение в Федеральную службу судебных приставов, а в случае взыскания денежных средств — в кредитную организацию.

По смыслу Арбитражного процессуального кодекса РФ исполнение судебного акта является неотъемлемой частью судебного процесса. Данное правило абсолютно логично, так как важен не сам судебный процесс, а его результат — восстановление нарушенных прав и законных интересов участников разбирательства. Иное означало бы потерю связи между судом как органом, наделенным полномочиями на разрешение возникающих споров, и непосредственным исполнением судебного акта как внешним выражением результата разрешения спора. Суд на данной стадии в большей степени наделен функциями контроля и разрешения организационных вопросов.

Указанное является не праздным теоретическим рассуждением, а имеет сугубо практическое применение.

Если исполнение судебного акта является стадией судопроизводства, то логичным является распространение в отношении исполнения норм о правопреемстве, предусмотренных процессуальным законом, в частности ст. 48 АПК РФ. В части 1 обозначенной статьи указано, что правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса, следовательно, и при исполнении судебного акта.

В случае если происходит принудительное исполнение, то корреспондирующей нормой к положениям АПК РФ выступает ст. 52 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее — Закон об исполнительном производстве).

Цитируем документ

В случае выбытия одной из сторон исполнительного производства (смерть гражданина, реорганизация организации, уступка права требования, перевод долга) судебный пристав — исполнитель производит замену этой стороны исполнительного производства ее правопреемником.

Статья 52 Закона об исполнительном производстве

При этом более важным в данном случае является не лицо, производящее замену, а основание такой замены. В соответствии с действующим законодательством единственным способом осуществить правопреемство на стадии исполнения судебного акта является получение судебного акта о правопреемстве (п. 1 ч. 2 ст. 52 Закона об исполнительном производстве).

Указанный вывод дополнительно подтвердил Пленум Верховного суда РФ в п. 27 постановления от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» (далее — постановление № 50).

Цитируем документ

В случае выбытия взыскателя или должника в исполнительном производстве, возбужденном на основании выданного судом исполнительного документа (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в правоотношениях), вопрос о правопреемстве подлежит разрешению судом (ст. 44 ГПК РФ, ст. 44 КАС РФ, ст. 48 АПК РФ, п. 1 ч. 2 ст. 52 Закона об исполнительном производстве).

Пункт 27 постановления № 50

Правило о необходимости судебной замены лица справедливо и для исполнения судебного акта кредитной организацией. Так как банк должен исполнять именно судебный акт, то замена стороны также происходит в соответствии с требованиями процессуального законодательства. При этом стоит отметить, что Закон об исполнительном производстве регулирует принудительное исполнение не только со стороны приставов, но и со стороны кредитных организаций.

В каких случаях необходима замена и как она производится?

Правопреемство — достаточно распространенный институт гражданских правоотношений. При этом закон не делает каких-либо отличий при замене стороны как в случае универсального, так и в случае сингулярного правопреемства. Необходимость замены стороны на стадии исполнения судебного акта может возникнуть в случае наследования, реорганизации юридического лица, уступки права требования и т.д.

Инициатором замены стороны на стадии исполнения может выступать судебный пристав — исполнитель, стороны исполнительного производства, лицо, считающее себя правопреемником выбывшей стороны исполнительного производства. Соответствующее заявление подается вне зависимости от того, выдавался исполнительный лист или нет, так как данный факт не может ограничить права лиц на правопреемство.

В постановлении № 50 указано, что вопрос о правопреемстве выбывшей стороны исполнительного производства суды рассматривают, применяя положения АПК РФ об отсрочке или рассрочке исполнения судебного акта, изменении способа и порядка его исполнения (ст. 324 АПК РФ). Данный порядок подразумевает извещение судебного пристава — исполнителя, стороны исполнительного производства и лица, указанного в качестве правопреемника. Нарушение порядка извещения указанных лиц является основанием для отмены судебного акта.

Судебный пристав — исполнитель не привлекается к рассмотрению заявления, если исполнительное производство не возбуждено и замена производится для целей будущего обращения за принудительным исполнением.

Отметим, что положения ст. 333.21 Налогового кодекса РФ не содержат требования об оплате государственной пошлины при подаче заявления о процессуальном правопреемстве.

Суд при рассмотрении заявления о процессуальном правопреемстве должен проверить и установить, действительно ли сторона выбыла из правоотношения, в котором она является стороной по делу, а также состоялась ли передача стороной соответствующих прав ее правопреемнику в случаях, предусмотренных законодательством, на момент рассмотрения вопроса.

Например, в постановлении АС Московского округа от 03.04.2017 № Ф05-1996/2017 по делу № А40-145733/2015 рассмотрена ситуация, когда в передаточном акте организации отсутствовало указание на то, что права по договору, из правоотношений по которому возник спор по делу, передавались новому юридическому лицу в результате правопреемства. Суд отказал в удовлетворении заявления о замене, так как исходил из отсутствия факта перехода прав.

Достаточно распространенной является судебная практика, по которой суды отказывают в правопреемстве по договорам цессии. Суды изучают момент перехода права и устанавливают, был ли осуществлен такой переход. Например, если в договоре цессии установлено, что право цедента переходит к цессионарию только после получения встречного исполнения, а подтверждений такого исполнения, в частности оплаты, не предоставлено, суд отказывает в удовлетворении заявления о правопреемстве (см., например, постановление АС Дальневосточного округа от 18.07.2016 № Ф03-3247/2016 по делу № А51-13992/2007).

Если передача прав запрещена либо не соответствует законодательству Российской Федерации, то заявителю будет отказано в произведении замены. В случае, если правопреемство произошло на основании договора цессии, а в соответствии с требованиями законодательства такой договор должен быть зарегистрирован, отсутствие регистрации является основанием для отказа в удовлетворении заявления о правопреемстве (см., например, постановление АС Северо-Западного округа от 24.01.2017 № Ф07-11476/2016 по делу № А66-1561/2015).

Таким образом, при подаче заявления о замене стороны исполнительного производства необходимо внимательно проанализировать обстоятельства и имеющиеся документы на предмет фактического перехода прав по правоотношениям. Отсутствие подтверждения факта передачи прав и обязанностей является одной из наиболее распространенных причин для отказа в удовлетворении заявления о замене стороны.

В соответствии со ст. 187 АПК РФ определение о процессуальном правопреемстве вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в течение месяца со дня вынесения. При этом Налоговый кодекс РФ не предусматривает обязанности по оплате госпошлины при обжаловании определения об отказе в удовлетворении заявления об установлении процессуального правопреемства.

В каких случаях замена не производится?

Помимо необоснованности заявления о правопреемстве, основаниями для отказа суда в удовлетворении соответствующего требования будут следующие случаи.

В соответствии со ст. 383 ГК РФ переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований о выплате алиментов и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, не допускается. На невозможность правопреемства в рамках исполнения судебного акта в случаях, если права или обязанности неразрывно связаны с личностью стороны, также указывает Пленум ВС РФ в постановлении № 50.

Согласно позиции Верховного суда РФ в случае, если у организации произошло изменение наименования без процедур реорганизации, необходимости в подачи заявления о процессуальном правопреемстве нет (п. 20 постановления № 50). В таком случае состав сторон не изменяется, соответственно, переход прав по смыслу гражданского законодательства не происходит. Из чего следует, что основания для внесения изменений в субъектный состав отсутствуют.

Данной позиции придерживался и Высший арбитражный суд РФ. В частности, в постановлении Президиума ВАС РФ от 22.03.2012 № 14953/11 по делу № А56-13787/2011 cказано, что если изменяется наименование взыскателя, то выбытия стороны из правоотношения не происходит и, следовательно, необходимости в разрешении судом вопроса о процессуальном правопреемстве нет.

Хотя по данному вопросу существует и иной подход, основанный на п. 17.36 Инструкции по делопроизводству в арбитражных судах Российской Федерации (первой, апелляционной и кассационной инстанций) (утв. постановлением Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 № 100, далее — Инструкция по делопроизводству). В соответствии с ним при процессуальном правопреемстве, смене наименования должно быть вынесено отдельное определение.

Такого подхода придерживался Семнадцатый арбитражный апелляционный суд при вынесении постановления от 25.11.2014 № 17АП-4785/2014-ГК по делу № А60-43953/2013. В этом деле суд указал, что при изменении взыскателем или должником своего наименования без признаков правопреемства необходимо вносить изменения в исполнительный лист или материалы исполнительного производства для фиксации точного наименования стороны.

С учетом позиции ВС РФ и сложившейся практики представляется, что при подаче заявления о замене стороны в случае изменения наименования заявитель, скорее всего, получит отказ. Однако при непосредственном исполнении взыскатель может столкнуться с трудностями, связанными с иным толкованием норм со стороны судебного пристава. Для минимизации рисков при обращении в службу судебных приставов целесообразно сослаться на позицию ВС РФ, а также на сформировавшуюся судебную практику.

В какой суд подавать заявление о замене стороны?

Вопрос о замене стороны рассматривается судом, который выдает исполнительный лист. Так как исполнительный лист по общему правилу выдается судом первой инстанции, соответственно, заявление подается в суд первой инстанции.

В случае обращения заявителя с нарушением подсудности суды указывают, что вопросы исполнительного производства не входят в компетенцию суда вышестоящей инстанции, при этом выносится определение о прекращении производства по такому заявлению (см., например, постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 05.02.2013 по делу № А58-3057/2009).

Сроки для подачи заявления

В целом судебная практика исходит из того, что для замены стороны существует пресекательный срок, связанный с истечением срока на предъявление исполнительного листа. Так как истечение такого срока влечет окончание стадии исполнения судебного акта, то у суда отсутствуют правовые основания для осуществления процессуальной замены стороны исполнительного производства на правопреемника.

Такая позиция была сформулирована Президиумом ВАС РФ в постановлении от 10.05.2011 № 7169/04 по делу № А57-13170/02-13-34. Впоследствии она нашла отражение в Определении ВС РФ от 21.03.2016 № 307-ЭС16-807 по делу № А05-5870/2007 и в иных судебных актах.

Однако существует и другой подход (см. постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2013 по делу № А14-3694/2007). Статья 48 АПК РФ не связывает осуществление процессуального производства с соблюдением взыскателем срока предъявления исполнительного листа к исполнению. Именно поэтому пропуск срока предъявления к исполнению исполнительного листа не должен влиять на вопрос о процессуальном правопреемстве, поскольку действующее законодательство не ставит правопреемство в зависимость от истечения срока предъявления исполнительного документа к исполнению.

При разрешении вопроса о процессуальном правопреемстве следует установить факт выбытия одной стороны в установленном актом арбитражного суда правоотношении и определить правопреемника такого лица. При этом замена взыскателя по исполнительному листу в порядке процессуального правопреемства не влечет возможности восстановления пропущенного первоначальным взыскателем без уважительных причин срока на предъявление исполнительного листа к взысканию.

В целом второй подход представляется более разумным, так как стороны правоотношения могут в любой момент передать свои права, например по просуженному долгу, даже после истечения срока предъявления исполнительного листа. Однако в любом случае замена стороны не восстановит срок для взыскания. Поэтому правопреемникам необходимо внимательно относиться к срокам, отведенным на принудительное исполнение судебного акта.

Какие еще возникают вопросы?

Зачастую в практике возникает вопрос о необходимости получения нового исполнительного листа в случае принятия судом определения о процессуальном правопреемстве.

В соответствии с п. 17.36 Инструкции по делопроизводству при процессуальном правопреемстве действует ранее выданный исполнительный лист с учетом соответствующего судебного акта арбитражного суда о внесенных изменениях. Новый исполнительный лист не выдается. При этом судебный акт, содержащий изменения, вносимые в исполнительный лист, подписывается судьей, председательствующим в судебном заседании, и заверяется гербовой печатью суда.

Соответственно, новый исполнительный лист не должен и не может быть выдан в связи с процессуальным правопреемством. Указанное подтверждается и судебной практикой (см., например, постановление АС Московского округа от 17.01.2018 № Ф05-20130/2017 по делу № А40-79749/2017). В рамках указанного дела суд пришел к выводу, что в случае принятия судом определения о процессуальном правопреемстве отсутствует необходимость получения нового исполнительного листа. Исполнение должно производиться на основании ранее выданного исполнительного документа с учетом вынесенного определения о правопреемстве.

Однако это не означает, что у взыскателя не может возникнуть проблем с возбуждением судебным приставом — исполнителем исполнительного производства. В качестве примера неверного толкования норм права со стороны судебных приставов может выступить постановление АС Дальневосточного округа от 31.10.2017 № Ф03-4258/2017 по делу № А51-8400/2017. В этом деле заявитель оспаривал отказ пристава в возбуждении исполнительного производства на основании исполнительного листа, где в качестве взыскателя фигурировал правопреемник заявителя.

Как установил суд, нижестоящим судом было вынесено определение о процессуальном правопреемстве, которое в соответствии с законодательством было приложено к заявлению о возбуждении исполнительного производства вместе с исполнительным листом. На основании этого суд оставил судебные акты нижестоящих судов в силе, признав незаконными действия судебного пристава, выразившиеся в отказе в возбуждении исполнительного производства.

Таким образом, несмотря на достаточно высокую степень урегулирования вопросов, связанных с заменой стороны в рамках исполнения судебных актов, на практике все же возникают трудности. Именно поэтому для наиболее эффективного взыскания необходимо учитывать все тонкости процесса изменения стороны, в том числе и сложившуюся судебную практику.

admin