Директор и учредитель

ВОПРОС: Хочу перестать быть генеральным директором в ООО, а также, чтобы сведения в ЕГРЮЛ обо мне не было как о руководителе ООО.
Учредитель (собственник) ничего для этого не делает, указывает на то, что пока никого не нашел. Что в такой ситуации делать???
ОТВЕТ: Полагаем, что выход есть из такой ситуации.
Правовое обоснование.
На руководителя юридического лица независимо от организационно-правовой формы (ООО, ОАО, Кооператив и т.д.) распространяются требования Трудового кодекса России (ТК РФ).
Особенности регулирования трудовых отношений регулируются главной 43 ТК РФ, в частности порядок досрочного расторжения трудовых отношений руководителем.
В силу статьи 280 ТК РФ «Руководитель организации имеет право досрочно расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя (собственника имущества, его представителя) в письменной форме не позднее чем за 1 (один) месяц».
Таким образом, Вам как руководителю необходимо письменно довести до сведения учредителя ООО о своем желании уволиться, сделав это за месяц до предполагаемого увольнения.
Порядок уведомления учредителя следующий: 1) письменное изложение своей просьбы, поданной учредителю с отметкой (подписью) учредителя в принятии. 2) при отказе получить лично от Вас такое уведомление, отправляйте почтой с заказным письмом с уведомление о вручении.
УВЕДОМЛЕНИЕ О ВРУЧЕНИИ НЕ ВЫБРАСЫВАЙТЕ.
С момента уведомления учредителя (с конкретной даты) отсчитывайте 30 дней, принимайте приказ об увольнении, делайте запись в Трудовой книжке. Все!
Что касается записи о Вас в качестве руководителя ООО, содержащиеся в ЕГРЮЛ, выход следующий:
Вариант первый – оставить, так как есть. В случае, каких либо вопросов к Вам показывайте Уведомление о вручении письменного заявления адресованного учредителю ООО, с пояснением, что учредитель так и не внес сведения в ЕГРЮЛ.
Вариант второй – заверить у нотариуса форму заявления №14001 (см. на нашем сайте), с заполнением листа К заявления о прекращении Ваших полномочий в качестве руководителя. Письмо-ответ налогового органа позволяющего подобную смену директора смотрите по .
Вариант третий, как возможный в такой ситуации. Обратиться в суд в случае отказа в регистрации по варианту два, где Ваши оппонентом будет ИФНС (налоговая) не зарегистрировавшая смену руководителя. Либо обратиться в суд по первому варианту, к учредителю ООО, который не исполняет требования законодательства и не вносит необходимые сведения в ЕГРЮЛ, в результате чего Вас как бывшего руководителя «достают» инспекторы налоговой.

«При военном коммунизме я, правда, совсем не сидел, исчезла чистая коммерция, не было работы. Но зато как я сидел при нэпе! Как я сидел при нэпе! Это были лучшие дни моей жизни».

Зицпредседатель Фунт, «Золотой теленок».

Зицпредседатель Фунт, один из персонажей произведения «Золотой телёнок», всегда знал, что делает. Получая деньги за «номинальное директорство», он принимал на себя риск тюремного заключения.

Подобные «председатели» есть и сейчас. Однако в настоящее время структура контроля строится сложнее: используется сочетание инструментов непосредственного и опосредованного контроля. Создается комбинация между прямым владением и «наслаиванием» организаций второй, третьей и последующих линий контроля.

В чистом виде контроль (опосредованный и прямой) в сложных структурах, не пользующихся услугами посредников, используется относительно редко.

Задача номинального лица во многих случаях заключается в защите либо сокрытии личности бенефициарного владельца или контролера компании, либо актива.

Зачем нужен номинальный директор? Чтобы переложить бремя ответственности с «кукловода» на «марионетку».

Зачем нужен номинальный участник/акционер? В большинстве случае, чтобы создать видимость независимости юридического лица; для оптимизации налогообложения; для сокрытия персоны «кукловода».

Пострадавшими в такой игре оказываются «номиналы». По российскому законодательству и судебной практике номинальные руководители и участники будут нести ответственность наряду с фактически контролирующими лицами.

Единоличный исполнительный орган или участник, обладающий правом самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами, распоряжаться более 50% голосов в общем собрании участников юридического лица предполагаются контролирующими (ст.61.10 Федерального закона от 26.10.2002г. №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Номинальное положение руководителя не означает потерю возможности влияния на должника и не освобождает их от осуществления обязанностей по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (п.6 Постановления Пленума ВС РФ №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»). Данные разъяснения о номинальном руководителе учитывают также ситуацию, при которой корпоративный контроль находится у лица, исключительно формально владеющего долей участия.

В отношении руководителя общества логика понятна. Это обусловлено тем, что единоличным исполнительный орган (далее – ЕИО) осуществляет руководство текущей деятельностью (п.3 ст.40 Федерального закона от 08.02.1998г. №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»; ст. 69 Федерального закона от 26.12.1995г. №208-ФЗ «Об акционерных обществах»); представляет интересы юридического лица в отношениях с третьими лицами (государственными органами, контрагентами).

Руководитель общества осуществляет в том числе и публичные функции. Такой директор фактически является соучастником по совершению действий во вред кредиторам. Применим ли такой подход к номинальным учредителям?

На мой взгляд, субсидиарная ответственность участника общества должно наступать только в случае совершения действий, повлекших причинение вреда кредиторам. Нельзя применять и к директору, и к учредителю один и тот же стандарт добросовестности.

Как отмечал председатель СКЭС ВС РФ И.В. Разумов в своей статье, суд должен устанавливать степень вовлеченности привлекаемого лица, проверять, насколько было значительным его влияние на принятие существенных деловых решений.

Номинальный акционер или участник общества не обладает такой степенью контроля. Он только «сидит», позволяя директору, находящемуся в связи с реальным собственником, осуществлять нужные операции.

Российские суды (как до издания Пленума ВС РФ №53, так и после) отклоняли доводы участников обществ о том, что они являлись только номинальными участниками корпорации.

Номинальный участник может быть привлечен к солидарной ответственности вместе с виновным директором, за бездействие по контролю за действиями директора или за бездействие по своевременной смене руководителя общества. Отметим, что в практике имеются и обратные примеры: суды отклоняют доводы о возможности влияния учредителя на директора в связи с недоказанностью.

Такой участник может быть привлечен к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) должника о собственном банкротстве, если он должен был знать о наличии признаков несостоятельности у общества, он обладал полномочиями по созыву собрания органа должника, к компетенции которого отнесено принятие данного корпоративного решения, или обладал полномочиями по самостоятельному решению, но не предпринял мер, направленных на для решения вопроса об обращении в суд.

Так, к субсидиарной ответственности может быть привлечен участник корпорации – банкрота за бездействия по принятию решений о ликвидации, об обращении с заявлением должника о несостоятельности.

При этом, фактическим контролем такой «подставной» участник не обладает и в реальности не может повлиять на управление.

Суть корпоративного контроля — возможность оказать влияние на корпорацию. Отсутствие этого элемента разрушает цепочку выводов между формальным статусом лица, как учредителя, и наступившими негативными последствиями.

Номинальный участник в таком случае выступает только в качестве держателя актива, но не является его действительным собственником.

Кого же тогда привлекать? Отвечать должны действительные деликвенты – т.н. «теневые директора» (shadow directors). Концепция «номинальный учредитель» для целей субсидиарной ответственности/ взыскания убытков излишняя. Даже если лицо формально обладало корпоративным контролем, то только это обстоятельство не позволяет привлекать такого «номинала» к ответственности.

Поскольку доктрина «теневого директора» пришла из английского правопорядка, стоит подробнее рассмотреть институт.

Применительно к корпоративному контролю, встретить упоминание о фактически контролирующем должника лице можно как в корпоративном законодательстве, так и в законодательстве о банкротстве.

В Companies Act 2006 есть указание на shadow directors. Для признания лица в качестве теневого директора необходимо доказать, что компания действовала в соответствии с указаниями данного лица.

В Insolvency Act 1986 такой «кукловод» также может быть признан ответственным в рамках такого вида деликта, как «wrongful trading» (российский аналог – ответственность за несвоевременную подачу заявления о банкротстве).

В иностранной литературе по корпоративному праву понятия «номинальный учредитель» или «теневой учредитель» мне не встречались. В учебнике по корпоративному праву под авторством Janet Dine и Marios Koutsias указывается, что концепция «теневого директора» использована для того, чтобы лицо, реально злоупотребляющее властью в корпорации и формально не назначенное в качестве директора, было привлечено к ответственности. Такой директор влияет на принятие решений в компании. Однако в отличие от директора «de facto», осуществляющего свое влияние на корпорацию открыто, для теневого директора характерно создание видимости контроля иного лица. Аналогичная позиция встречается и в учебнике «Company Law» (авторы: Alan Dignam, John Lowry, Chris Riley), и в работе «Company Law. Fundemantal Principles» ( Stephen Griffin).

Следовательно, изначальная идея состояла в том, чтобы привлекать действительно ответственное лицо, которое фактически осуществляет контроль корпорацией. Номинальный директор выступал только в качестве «фасада» или «витрины» для настоящего руководителя.

В такой ситуации, номинальный учредитель не может быть признан в качестве «теневого директора» и не должен отвечать за действия такого лица.

Концепция непреднамеренного траста. Этот институт англо-саксонского правопорядка может быть применим при оценке корпоративного контроля в ситуации с номинальным участником/акционером.

Как указывает В.А. Канашевский, непреднамеренный траст (resulting trust) это ситуация, когда одно лицо передает юридический титул на имущество другому лицу без получения от него встречного удовлетворения, при которой передавший титул сохраняет право на извлечение. Считается, что получатель титула приобретает юридически титул на имущество, на имущество считается находящимся в его доверительной собственности в пользу бенефициара.

В российском законодательстве такой подход можно встретить в пп.3 п.4 ст.61.10 Закона о банкротстве, в п.2 ст.7 НК РФ. Согласно позиции ВС РФ, выраженной в п.7 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017г. №53, контролирующим лицом является выгодоприобретатель, извлекший существенный преимущества из ненадлежащей системы организации предпринимательской деятельности должника.

Верховный Суд РФ в своих определениях обращал внимание на необходимость установления конечного бенефициара при корпоративном управлении (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.05.2017 по делу N 305-ЭС17-2441, А40-249501/2015, Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 28.03.2019 N 305-ЭС18-17629(2) по делу N А40-122605/2017).

В этой связи, действия номинального учредителя могут быть рассмотрены в качестве действий доверительного управляющего, имеющего фидуциарные отношения по отношению к доверителю. По общему правилу, такой «номинал» не должен отвечать за убытки, причиненные его доверителем.

Занимаясь проблемой номинального участия в корпорации, частное право перетягивает на себя те функции, которые должны быть реализованы публичным правом. В рамках налогового (ст.7 НК РФ) и уголовного права (ст. 173.1 УК РФ) есть механизмы для решения данной проблемы. Нет необходимости подтягивать дальнобойное оружие в виде законодательства о банкротстве.

Оговорки. Допускаю исключения. Например, когда номинальный акционер по указанию бенефициара осуществляет очевидные действия во вред кредиторам (одобрение сделки по выводу активов, выбор «вредоносного» номинального директора).

Возражения и замечания. Нужно сказать, что при отказе от привлечения к ответственности номинального участника, уменьшается вероятность удовлетворения требований кредиторов. Это верно. Однако если обратить внимание на эффективность взыскания задолженности, то обнаружится, что эффективности нет.

Эффективности не будет. Номинальные учредители зачастую не обладают активами для значимого погашения долга. Текущие затраты на привлечение к ответственности и последующее взыскание задолженности с такого лица превысит возможные доходы для конкурсной массы.

Экономика доходов и затрат. По данным Федресурса (см. Статистический бюллетень ЕФРСБ) за 2 кв. 2019г. подано 1621 заявление о привлечении к ответственности. Удовлетворено 26% из данных заявлений. Для сравнения, за аналогичный период прошлого года было подано 1291 заявление, удовлетворено 30%. При этом, доля удовлетворенных требований кредиторов за 2019г. составляет 5,5%, что меньше чем за аналогичный период прошлого года (7,1%).

При этом, в 2019г. объем заявленных требований был в 2,5 раза больше — 83,9 млрд. К ответственности привлечены 555 человек. Во втором квартале 2018г., общий объем требовний составлял 37,3 млрд рублей к ответственности привлечен 471 человек.

В результате, при возрастающем объеме заявленных требований кредиторы в действительности получают меньшие деньги в процедуре банкротства. Задачей субсидиарной ответственности является пополнение конкурсного массы, а не ее трата. Подобные действия руководителей

Можно также возразить тем, что подав заявление о привлечении к ответственности, мы стимулируем участника к раскрытию информации.

Однако в силах ли это номинального участника? Он не является представителем юридического лица, не мог реально повлиять на решение, принимаемые директором в корпорации. Зачастую такой владелец не имеет понятия, кто является реальным владельцем. Насколько частное право должно наказывать такое лицо?

Резюмируя, в результате такой практики под ответственность попадают не реальные деликвенты, а их «куклы». К сожалению, инструменты законодательства о банкротстве работают вхолостую, а настоящий причинитель вреда уходит от ответственности.

Воловик Е. Борьба с анонимностью продолжается. Сокрытие бенефициарного владения // Финансовая газета. 2018. N 35. С. 5 — 7.

Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 22.11.2018 №Ф07-14062/2018 по делу №А05-2366/2016, Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 17.07.2018 №Ф06-34806/2018 по делу №А57-31101/2015.

Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 29.04.2019 N Ф04-26780/2015 по делу N А03-22360/2014

п.13 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017г. №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»// «Российская газета», №297, 29.12.2017

Постановление Арбитражного суда Московского округа от 02.10.2017 №Ф05-4405/2016 по делу №А41-59140/15, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 06.06.2019 №Ф05-7666/2019 по делу №А40-59819/2016.

Канашевский В.А. Офшорные компании и трасты. Антиофшорное регулирование – М.: Международные отношения, 2018, с. 175.

— «Вы понимаете, что вас используют в качестве номинального директора?»
— «Подтверждаете ли Вы, что фактически финансово-хозяйственную деятельность не осуществляете, документы и отчетность не подписываете, то есть являетесь «номинальным» руководителем?»
— «Осознаете ли Вы, что несете полную ответственность (=субсидиарную) по долгам создаваемого Вами юридического лица?» С подобными вопросами сейчас сталкиваются не только асоциальные граждане, которых опрашивают о непричастности к деятельности 100500 юридических лиц, якобы учрежденных ими, но и добросовестные предприниматели, намеревающиеся создать или возглавить юридическое лицо.
Сегодня порассуждаем, может ли директор / учредитель ссылаться на свой «номинальный» статус в компании, дабы избежать субсидиарной ответственности по долгам такого юридического лица. На тему нас натолкнул все чаще возникающий вопрос: а каковы пределы субсидиарной ответственности того «хорошего парня», который согласился носить гордое название «директор» или «учредитель».
Анализ судебной практики позволяет оценить витиеватость сюжетных линий по перекладыванию субсидиарки друг на друга:

  • учредители (участники, акционеры) на директора и обратно;

  • новый директор на предшественников и наоборот;

  • и, наконец, конкурсный управляющий пытается привлечь всех сразу — и учредителей, и предыдущих руководителей.

Напомним, что в результате очередных изменений порядка привлечения к субсидиарной ответственности летом 2017 года, в законе «О несостоятельности (банкротстве)» впервые использован народный термин «номинальный руководитель».
Считается, что лицо осуществляло функции органа управления номинально, если оно докажет, что фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность юридического лица.На основании п.9 ст.61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»

Номинальный руководитель имеет шансы избежать субсидиарной ответственности

однако для этого он должен:

  • содействовать установлению настоящего контролирующего лица

И / ИЛИ

  • найти его сокрытое имущество или имущество компании — банкрота.

Комментируя изменения в закон, ФНС России не могла обойти вниманием этот пункт:
Предоставление данной возможности номинальным руководителям финансово мотивирует их представлять суду доказательства, раскрывающие схему вывода имущества должника, подтверждающие наличие статуса контролирующего лица у иного лица, а также сведения о его имуществе, что позволит впоследствии исполнить судебный акт о привлечении к субсидиарной ответственности. Кредиторы получают преимущество от того, что номинальные руководители, действуя в своих интересах (уменьшая размер субсидиарной ответственности), содействуют наиболее полному погашению долга.
С момента внесения упомянутых изменений прошло уже достаточно времени, чтобы подвести промежуточные итоги.
1. По вопросу высказались ФНС России и Верховный суд, добавив характеристик к описанию фигуры номинального руководителя. Доказательствами номинального статуса могут стать:

(А) оформление генеральной доверенности на управление другому лицу;
(Б) принятие ключевых решений исключительно по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя).
2. Номинальный руководитель в конечном счете несет ответственность за свои решения, поэтому не может быть освобожден от субсидиарной ответственности.
Важно! По общему правилу фактический и номинальный руководители несут субсидиарную ответственность солидарно, то есть вместе.
Конечно, и ФНС, и Верховный суд, выражая свое мнение о практическом применении законодательства о банкротстве, подтвердили и наличие возможности для «номинала» избежать ответственности полностью или частично, однако скорее как исключение, после выполнения обязательных условий, а именно:

  • раскрытая информация должна быть неизвестна ранее и недоступна третьим лицам;

  • за счет найденного имущества должна быть удовлетворена хотя бы часть претензий кредиторов.

Таким образом, недостаточно просто указать на некое лицо и даже представить доказательства того, что именно оно являлось фактическим руководителем.
Однако возможна и обратная ситуация: номинальный руководитель, не обладая значимым имуществом, готов принять весь «удар» на себя, не раскрывая фактического руководителя и его имущество. В результате требования кредиторов остаются неудовлетворенными. Единственное, о чем стоит помнить в этом случае, что долги по субсидиарной ответственности — навсегда. Они не погашаются даже по результатам личного банкротства физического лица.
Анализ судебной практики по конкретным делам опасен необъективностью: мы можем судить только о доводах, изложенных судьей в решении. За кадром остаются очень многие обстоятельства. И тем не менее посмотрим, что говорят суды о субсидиарной ответственности номинала.

В одном из дел нам встретился список типичных характеристик номинального руководителя.

  • смена директора осуществлена в период наличия у должника признаков несостоятельности или неплатежеспособности или в период, предшествующий обращению с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом);

  • после смены руководителя осуществляются мероприятия по выводу активов должника;

  • номинальные руководители в период «исполнения» возложенных на них обязанностей занимались иной деятельностью — учились, работали по иному месту, проживали в ином городе;

  • «номинальные руководители» не осуществляют самостоятельной финансово-хозяйственной деятельности, поскольку не принимают самостоятельных решений;

  • свидетели — работники должника подтверждают, что с руководителем не знакомы и никаких производственных вопросов с ним не решали, все переговоры велись с другим лицом;

  • «номинальный руководитель» не обладает полной и достоверной информацией об осуществляемой от его имени деятельности.

Такой перечень может стать подспорьем для «номинала», однако ему не следует забывать, что помимо доказывания своего статуса, необходимо помочь найти фактического руководителя и конкретное имущество для погашения требований кредиторов.

В другом деле директор пытался избежать субсидиарки, ссылаясь на свою номинальность и отсутствие вины в банкротстве:

  • именно учредитель принял решение о ликвидации и последующем переходе к несостоятельности (банкротству), а значит именно он должен нести всю полноту ответственности;

  • не получал оплату за исполнение полномочий директора. На это суд отметил, что это не соответствует статусу номинала, для которого характерно получение оплаты за подписание документов, не вдаваясь в их содержание;

  • предоставлял займы Обществу для уплаты текущих налогов и сборов. Этот довод суд также оценил иначе, указав, что директор принимал участие в финансировании деятельности Общества, что противоречит его номинальному статусу.

В результате директору не удалось ни избежать присвоения статуса контролирующего лица, ни снизить размер субсидиарной ответственности.
Практика уменьшения размера ответственности тоже начала складываться. В частности, есть пример уменьшения ее размера в 3 раза, поскольку благодаря раскрытой номиналом информации удалось установить контролирующих лиц и место нахождения документов организации — должника.
Вывод напрашивается однозначный: с учетом изменения законодательства номинальному руководителю уже недостаточно доказать, что он не имел отношения к реальному управлению компанией, чтобы избежать ответственности по ее долгам. Логика законодателя прозрачна: согласившись стать номинальным директором или учредителем, человек должен предполагать возможные отрицательные последствия своего решения. И чтобы их избежать, нужно помочь установить тех, кто причастен к банкротству. То есть пойти на сделку с судом… и совестью.

Вопрос участника вебинара про кассовые операции: в компании генеральный директор и учредитель одно лицо. Как заключать трудовой договор. Обязательно ли должна начисляться и выплачиваться зарплата генеральному директору. Можно ли зарплату генерального директора брать в расходы. Размер зарплаты должен быть минимальный, или любой какой может позволить компания?

Вебинары для бухгалтеров в Контур.Школе: изменения законодательства, особенности бухгалтерского и налогового учета, отчетность, зарплата и кадры, кассовые операции.

Трудовой договор с директором — учредителем

Вопрос о том, требуется ли заключение с директором трудового договора или нет, не имеет однозначного ответа среди специалистов. По данному поводу было разъяснение Роструда. В письме от 28.12.2006 № 2262-6-1 говорится: особенности регулирования труда руководителя организации предусмотрены гл. 43 ТК РФ. Согласно ст. 273 ТК РФ положения указанной главы не распространяются на руководителя организации в случае, если он является единственным участником (учредителем) организации.

Согласно ст. 56 ТК РФ трудовой договор заключается между работником и работодателем. В этой ситуации по отношению к генеральному директору отсутствует его работодатель.

Подписание трудового договора одним и тем же лицом от имени работника и от имени работодателя не допускается. Таким образом, в указанном случае трудовой договор с генеральным директором как с работником не заключается.

Минздравсоцразвития России в письме от 18.08.2009 № 22-2-3199 придерживается такой же позиции: из нормы статьи 273 Трудового кодекса следует, что подписание трудового договора и от имени организации, и от себя лично, невозможно, так как не может быть одной и той же подписи с обеих сторон, а другого собственника у организации нет.

Но также имеются и судебные решения. Например, в постановлении ФАС Северо-Западного округа от 19.05.2004 № А13-7545/03-20 сказано, что в соответствии со ст. 11 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее — Закон № 14-ФЗ) решение об учреждении общества может быть принято одним лицом. Согласно п. 1 ст. 40 Закона № 14-ФЗ единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие) избирается общим собранием участников общества на срок, определенный уставом общества. Единоличный исполнительный орган общества может быть избран также и не из числа его участников. Договор между обществом и лицом, осуществляющим функции единоличного исполнительного органа общества, подписывается от имени общества лицом, председательствовавшим на общем собрании участников общества, на котором избрано лицо, осуществляющее функции единоличного исполнительного органа общества, или участником общества, уполномоченным решением общего собрания участников общества. Таким образом, возложение единоличным учредителем общества на себя функций исполнительного органа этого же общества не противоречит ни правовым нормам, ни положениям устава общества.

Итак, если организация заключает трудовой договор, то следует помнить следующее.

  • Совет директоров решает вопрос об избрании генерального директора. Трудовой договор с генеральным директором подписывает единственный участник от имени общества, так как других участников нет. В данном случае работодателем будет Общество с ограниченной ответственностью.
  • Прием на работу генерального директора общества оформляется в обычном порядке, согласно ст. 68 ТК РФ. На основании решения единственного участника ООО о назначении генерального директора издается приказ о приеме на работу, который будет подписан генеральным директором.

Зарплата директора-учредителя

В случае если руководитель является единственным участником, при отсутствии письменного трудового договора, размер его заработной платы можно предусмотреть в штатном расписании.

Если имеется трудовой договор, то согласно ст. 57 ТК РФ, условие об оплате труда работника обязательно должно быть включено в трудовой договор. Согласно ст.133 ТК РФ, месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда (МРОТ).

Кроме того, директор, являющийся единственным учредителем, может получать дивиденды и не получать зарплату. Но при их выплате необходимо соблюдать следующие правила:

  • выплачивать дивиденды не чаще одного раза в квартал;
  • выплачивать за счет чистой прибыли организации, оставшейся после уплаты всех налогов;
  • на основании решения собственника.

Самая распространенная ошибка при выплате дивидендов — это их выплата ежемесячно. Любая проверка переквалифицирует такую выплату дивидендов в зарплату со всеми вытекающими налоговыми последствиями.

Как учесть расходы на зарплату директора учредителя?

Можно ли зарплату директора-учредителя учесть в составе расходов по оплате труда, ведь, что касается общих случаев, то начисленная зарплата учитывается в составе расходов (п.1 ст. 255 НК РФ)?

Дело в том, что трудовые отношения имеют место, так как работник фактически допущен к работе, независимо от того заключен договор «на бумаге» или нет (ч.2 ст. 16, ст. 19, ч.2 ст.67 ТК РФ). Поэтому, можно предположить, что этот пункт Налогового кодекса применим и в этом случае, даже если письменный договор с генеральным директором — единственным учредителем не заключался.

Если договор заключен, то заработная плата должна быть прописана в договоре. Следовательно, ее тоже можно учесть в расходах по оплате труда.

Вебинары для бухгалтеров в Контур.Школе: изменения законодательства, особенности бухгалтерского и налогового учета, отчетность, зарплата и кадры, кассовые операции.

admin