Административная ответственность конкурсного управляющего

Улезько С. И., Улезько Г. С., Улезько А. Ю.

УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ АРБИТРАЖНОГО УПРАВЛЯЮЩЕГО ПРИ НЕПРАВОМЕРНЫХ ДЕЙСТВИЯХ ПРИ БАНКРОТСТВЕ:

ПОСТАНОВКА ПРОБЛЕМЫ

17. ЭКОНОМИЧЕСКОЕ УГОЛОВНОЕ ПРАВО

17.1. УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ АРБИТРАЖНОГО УПРАВЛЯЮЩЕГО ПРИ НЕПРАВОМЕРНЫХ ДЕЙСТВИЯХ ПРИ БАНКРОТСТВЕ: ПОСТАНОВКА ПРОБЛЕМЫ

Улезько Сергей Иванович, доктор юридических наук, профессор. Должность: заведующий кафедрой, профессор. Подразделение: кафедра уголовного и уголовно-исполнительного права, криминологии

Место работы: Ростовский государственный экономический университет (РИНХ).

Улезько Геляна Сергеевна, старший государственный налоговый инспектор. Подразделение: отдел выездных проверок №1 Место работы: ИФНС по Октябрьскому району г. Ростова-на-Дону

Улезько Аэлита Юрьевна, кандидат юридических наук, доцент. Должность: доцент кафедры. Подразделение: кафедра гражданского права юридического факультета

Место работы: Ростовский государственный экономический университет (РИНХ)

litas17@yandex. ru

Аннотация: в статье рассматриваются проблемы уголовной ответственности арбитражного управляющего за неправомерные действия при банкротстве.

Ключевые слова: арбитражный управляющий, банкротство, административная ответственность, уголовная ответственность, декриминализация.

CRIMINAL LIABILITY OF THE RECEIVER FOR THE UNLAWFUL ACTIONS IN BANKRUPTCY: PROBLEM STATEMENT

litas17@yandex. ru

В соответствии со статьей 94 федерального закона 127-ФЗ от 26 октября 2002 г. «О несостоятельности (банкротстве)» с даты введения внешнего управления прекращаются полномочия руководителя должника, управление делами должника возлагается на внешнего управляющего . С этого момента арбитражный управляющий чуть ли не единственное лицо, обладающее полными и, что наиболее важно, достоверными данными о финансово-хозяйственном состоянии фирмы. Именно он хранит у себя все печати и штампы, имеет неограниченный доступ к внутренней информации о деятельности фирмы, распоряжается имуществом и принимает решения об очередности погашения возникшей задолженности. Единственным ре-

ально контролирующим арбитражного управляющего органом может стать комитет кредиторов, к сожалению, создание такого комитета не является сегодня обязательным. Таким образом, отсутствие контролирующих органов сверху и специальный статус арбитражного управляющего создает благоприятную обстановку для использования служебного положения для вывода активов предприятия с дальнейшей целью личного обогащения, а халатность и недобросовестное исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей может нанести существенный ущерб конкурсным кредиторам. Все это предполагает необходимость для государства принять соответствующие меры в рамках отечественного законодательства

Проблемы экономики и юридической практики

5’2017

к недобросовестным арбитражным управляющим. На практике к наиболее распространенным неправомерным действиям/бездействиям относят:

— неоспаривание подозрительных сделок;

— увеличение неплатежеспособности организации;

— манипуляции с голосами кредиторов;

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

— превышение лимитов оплаты труда лицам, привлеченным арбитражным управляющим, с последующим применением системы откатов;

— растрата денежных средств должника;

— оформление займов задним числом;

— создание искусственного долга с последующей его перепродажей аффилированным организациям;

— проведение фиктивных торгов, когда имущество передается аффилированным лицам по существенно заниженной стоимости .

Все эти деяния охватываются положениями диспозиции ст.14.3 КОАП РФ, предусматривающей административную ответственность, «за сокрытие имущества, имущественных прав или имущественных обязанностей, сведений об имуществе, о его размере или месте нахождения или иной информации об имуществе, имущественных правах или имущественных обязанностях, передача имущества во владение иным лицам, отчуждение или уничтожение имущества либо сокрытие, уничтожение или фальсификация бухгалтерских и иных учетных документов, отражающих экономическую деятельность юридического лица либо индивидуального предпринимателя, а также неправомерное удовлетворение имущественных требований отдельных кредиторов за счет имущества должника -юридического лица руководителем юридического лица или его учредителем (участником) либо индивидуальным предпринимателем или гражданином заведомо в ущерб другим кредиторам либо принятие такого удовлетворения кредиторами, знающими об отданном им предпочтении в ущерб другим кредиторам, если эти действия совершены при наличии признаков банкротства» . При наличии крупного ущерба (свыше 1,5 млн. руб.), причиненного теми же действиями, которые описаны в административном законодательстве, виновные лица привлекаются к уголовной ответственности по ст.195 УК РФ.

Сегодня при наличии прямо предусмотренной законодательством административной и уголовной ответственности, наиболее частый вид ответственности арбитражного управляющего — гражданско-правовая. До 2002 года было проблематично взыскать за убытки, нанесенные управляющим в связи со своей деятельностью. Но в Законе Российской Федерации «О несостоятельности (банкротстве)» законодатель предусмотрел материальную ответственность со стороны арбитражного управляющего и сам механизм взыскания убытков. Так, статья 20.4 Закона о банкротстве гласит: «Неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей, возложенных на арбитражного управляющего в соответствии с настоящим Федеральным законом или федеральными стандартами, является основанием для отстранения арбитражным судом арбитражного управляющего от исполнения данных обязанностей по требованию лиц, участвующих в деле о банкротстве, а также по требованию саморегулируемой организации арбитражных управляющих, членом которой он является. Арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о

банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда» .

Нечастые случаи привлечения управляющего к административной и уголовной ответственности, связаны, во-первых, с появлением вышеуказанной гражданско-правовой нормы, по существу обеспечившей достаточно эффективную борьбу с неправомерными действиями арбитражных управляющих при банкротстве.

Во-вторых, с отсутствием интереса уполномоченных органов к фигуре самого управляющего. Интерес со стороны контролирующих органов в основном направлен в сторону учредителей и бывших руководителей, обанкротивших фирму. Таким образом, арбитражный управляющий всегда остается в стороне, между тем, являясь ключевой фигурой на предприятии.

В-третьих, приоритет гражданско-правовых мер в сфере охраны общественных отношений, касающихся экономической деятельности, и гуманизация уголовной политики в отношении лиц, совершивших экономические преступления, сегодня является приоритетным направлением в осуществлении охранительной функции государством.

В-четвертых, затруднения в применении норм, устанавливающих ответственность арбитражного управляющего за неисполнение или ненадлежащее исполнение возложенных обязанностей, связаны, прежде всего, с их излишней дискуссион-ностью при отсутствии разъяснений Пленума ВС РФ. Судьям приходится самостоятельно определяться в конгломерате законодательства о банкротстве.

В-пятых, судебная практика при рассмотрении уголовных дел и административных материалов, касающихся неправомерных действий арбитражного управляющего при банкротстве, показывает, что сложность оценки доказательств и квалификации действий лиц, привлекаемых к ответственности, обусловлена, прежде всего, бланкетным характером диспозиций соответствующих норм закона .

В-шестых, субъектами неправомерных действий при банкротстве по ч.1. ст.195 УК РФ могут быть, в том числе, и входящие в состав временной администрации, назначенные судом с целью проведения процедур банкротства, арбитражные управляющие (временный, административный, внешний, конкурсный . Несмотря на то, что арбитражный управляющий может являться субъектом преступлений, предусмотренных ст. 195 УК РФ, на практике данная статья не применяется, вместо нее используют всем понятные хищение и мошенничество (158,159 УК РФ).

В-седьмых, неоднозначным для административной и уголовно-правовой науки и практики является вопрос о том, кем и когда определяется момент совершения арбитражным управляющим неправомерных действий. Представляется, что указанные в ч. 1 и 2 ст. 195 УК РФ и ст.14.3 КОАП РФ действия должны рассматриваться как выполнение объективной стороны общественно-опасного деяния независимо от того, совершаются они при наличии признаков банкротства до судебного решения о признании должника банкротом либо после такого решения. В противном случае при установлении в действиях арбитражного управляющего объективной стороны противоправных деяний, предусмотренных ст. 195УК РФ и ст.14.3 КОАП РФ, потребуется решение арбитражного суда об отстранении от исполнения обязанностей временного управляющего, административного управляющего, внешнего управляющего в случаях и в порядке, предусмотренных ч. 3 ст. 65, ч. 5 ст. 82, ч. 3 ст. 98 Федерального закона «О несостоятельности (банкрот-

Улезько С. И., Улезько Г. С., Улезько А. Ю.

УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ АРБИТРАЖНОГО УПРАВЛЯЮЩЕГО ПРИ НЕПРАВОМЕРНЫХ ДЕЙСТВИЯХ ПРИ БАНКРОТСТВЕ:

ПОСТАНОВКА ПРОБЛЕМЫ

стве)» соответственно. Это приведет к тому, что решение арбитражного суда станет необходимым также при установлении фиктивного банкротства (ст. 55 Закона о банкротстве), что, как представляется, подменит функциональное назначение гражданско-правового акта в уголовном судопроизводстве.

Таким образом, учитывая вышеизложенное, пришла пора поставить вопрос о декриминализации ст.195 УК РФ и исключении ее из уголовного кодекса.

Статья проверена программой «Антиплагиат». Оригинальность 83,28%.

Список литературы:

6. Пятаков В.В. Ответственность арбитражного управляющего/ Пятаков В.В.-М.: Корпоративное право, 2016-10.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

УДК 340

Прудникова Альбина Евгеньевна

кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры гражданского права Кубанского государственного университета solntsie67@mail.ru

Ложкин Виталий Викторович

магистрант 1 курса юридического факультета Кубанского государственного аграрного университета solntsie67@mail.ru

Albina E. Prudnikova

Vitaly Lozhkyn

Master of 1 course of the Faculty of Law Kuban State Agrarian University solntsie67@mail.ru

Ответственность за

воспрепятствование деятельности арбитражного управляющего

Аннотация. В статье рассматриваются вопросы, касающиеся ответственности субъектов за воспрепятствование деятельности арбитражного управляющего. Реализуя свои полномочия, арбитражные управляющие нередко сталкиваются с «сопротивлением» со стороны руководителей должника (юридического лица) и иных лиц, причастных к процессу банкротства. Законодатель, защищая законный порядок осуществления арбитражными управляющими своих правомочий, предусмотрел ответственность, для лиц, которые препятствуют им в осуществляемой деятельности. По мнению авторов, такие понятия, как «воспрепятствование» и «уклонение», требуют нормативного дефинирования.

Ключевые слова: банкротство, процедуры банкротства, арбитражный управляющий, уголовная ответственность, объективная сторона преступления, незаконное воспрепятствование деятельности.

The responsibility for

obstructing the activities of the arbitration manager

Согласно положениям ст. 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее по тексту 127- )

(далее, по тексту — АУ) — гражданин Российской , —

емой организации арбитражных управляющих.

20 20.2 127-

более подробные требования, предъявляемые к

,

статус арбитражного управляющего, как к члену СРО арбитражных управляющих, так и непосредственно при утверждении в АУ деле о банкротстве. Правовой статус является совокупностью прав и обязанностей.

127- ,

как некоторый статический перечень прав и обязанностей арбитражного управляющего, закреп-

ленный в ст. 20.3 анализируемого Федерального

закона, так и динамический, зависящей от ста,

ст. 66-67 — наблюдение; ст. 83 — финансовое оздоровление; ст. 99 — внешнее управление; ст. 129 — конкурсное производство.

Однако, при осуществлении своей общественно-значимой функции -координации всей хозяйственной деятельности должника в целях максимального удовлетворения требований его кредиторов, реализуя свои полномочия, арбитражные управляющие нередко сталкиваются с «»

( ) , —

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

частных к процессу банкротства. И законодатель, разумно защищая законный порядок осуществления АУ своих правомочий, предусмотрел ответственность, для лиц, которые препятствуют АУ в их деятельности.

Статьей 195 УК РФ установлена уголовная ответственность за неправомерные действия при банкротстве. В плоскости исследуемого нами вопроса, непосредственный интерес для нас представляет часть 3 указанной статьи.

Частью 3 ст. 195 УК РФ законодатель, под страхом , —

препятствование деятельности арбитражного управляющего либо временной администрации кредитной или иной финансовой организации, в том числе уклонение или отказ от передачи арбитражному управляющему либо временной администрации кредитной или иной финансовой органи-,

возложенных на них обязанностей, или имущества, принадлежащего юридическому лицу, в том числе кредитной или иной финансовой организации, в

случаях, когда функции руководителя юридическо-, —

,

арбитражного управляющего или руководителя временной администрации кредитной или иной финансовой организации, если эти действия (бездействие) причинили крупный ущерб.

За рассматриваемое деяние установлены следующие виды и размеры наказаний: штраф в размере до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до восемнадцати месяцев, либо обязательные работы на срок до четырехсот вось-,

на срок до двух лет, либо принудительные работы на срок до трех лет, либо арест на срок до

,

до трех лет.

Однако, данная норма, на наш взгляд, нуждается в законодательной корректировке.

Объективную сторону преступления, предусмотренного ч.3 ст. 195 УК РФ, составляют (примени):

арбитражного управляющего; уклонение от передачи арбитражному управляющему докумен-

,

на них обязанностей, или имущества, принадлежащего юридическому лицу; отказ от передачи арбитражному управляющему документов, необходимых для исполнения возложенных на них

обязанностей, или имущества, принадлежащего .

Согласно примечанию к ст. 169 УК РФ, крупным

ущербом в рамках ст. 195 УК РФ является ущерб в

,

рублей. При этом стоит отметить, что уклонение и отказ от передачи документов и имущества являются лишь отдельными способами воспрепятствования законной деятельности АУ.

«Обязательным признаком объективной стороны состава преступления является время соверше-.

, —

дического лица или кредитной (иной финансо-)

арбитражного управляющего или руководителя

временной администрации кредитной (иной финансовой) организации» .

На наш взгляд, решение законодателя, о введении такого временного периода — когда функции руководителя юридического лица возложены на арбитражного управляющего — является опрометчивым, тж. остаются «уязвимыми» для противодействия деятельности арбитражного

управляющего периоды наблюдения и финансо-.

цели процедуры наблюдения: обеспечение сохранности активов должников до вынесения арбитражным судом решения по существу дела,

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

анализ финансового состояния должника и , —

становить его платёжеспособность, а также составление реестра требований кредиторов и проведение первого собрания кредиторов. Цели стадии наблюдения имеют важное значения для

всей последующей процедуры банкротства

( , ,

),

нанести существенный вред общественным отношениям, складывающимся в процессе экономической деятельности коммерческих организаций при осуществлении процедуры банкротства.

Согласно ч.2 ст.3 УК РФ, применение уголовного закона по аналогии не допускается.

«В комментируемой статье не указаны все воз-

( ),

образуют объективную сторону, преступлением

следует признавать любые действия (бездей-), —

ляющему или руководителю временной администрации кредитной или иной финансовой организации выполнять возложенные на них законом

,

крупного ущерба» .

Неоднозначность формулировки объективной , .

195 УК РФ, которая выражается в отсутствии нормативно-регламентированного понятия воспрепятствования, уклонения и отказа, допускает расширительное толкование указанных терминов, а это есть не что иное, как аналогия права.

И если со смысловым содержанием отказа все более-менее понятно, то такие понятия, как воспрепятствование и уклонение, требуют норма.

трактовку понятия уклонения: «Утонение от — ( ), —

ленные на не передачу документов или имущества при отсутствии явно выраженного отказа от передачи» .

Также не раскрытым остается вопрос, что понимать под воспрепятствованием? Так, например, часть авторов следующим образом определяет воспрепятствование: «Под незаконным воспрепятствованием деятельности потерпевших понимают создание условий и обстоятельств, которые или вообще не позволяют заниматься

этой деятельностью законно, или существенно ее затрудняют, ограничивают» .

Следует ли определять воспрепятствование как

( ),

АУ осуществлять свои права и нести свои обязанности на соответствующей стадии банкротства, либо понимать воспрепятствования, как

( ), ,

либо существенно затруднившие исполнения АУ своих прав и обязанностей, связанных с участием в процедуре банкротства?

Мы видим следующие пути решения вышеописанных проблем:

1. Считаем необходимым в ч. 3 ст. 195 УК РФ

» ,

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Литература:

Федерации (постатейный) / Ю.В. Грачева, Л. Д. Ермакова, ГА. Есаков и др.; отв. ред. А.И. Рарог. 7-е изд., перераб. и доп. М., 2011. 824 с.

2. -ской Федерации (постатейный) / ТЖ. Агузаров, АЛ. Ашин, П.В. Головненков и др.; под ред.

A.И. Чучаева. Испр., доп., перераб. М., 2013. 672 с.

3. -ской Федерации (постатейный) / А. В. Бриллиантов, Г.Д. Долженкова, Я.Е. Иванова и др.; под ред. А.В. Бриллиантова. М., 2010. 1392 с.

4. -ской Федерации (постатейный) / В.П. Верин, О.К. Зателепин, С.М. Зубарев и др.; отв. ред.

B. И. Радченко, науч. ред. А.С. Михлин, В. А. Казакова. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2008. 704 с.

юридического лица, в том числе кредитной или иной финансовой организации, возложены соответственно на арбитражного управляющего или руководителя временной администрации кредитной или иной финансовой организации» заменить следующими словами: «в случаях, когда арбитражный управляющий или руководитель временной администрации кредитной или иной финансовой организации утвержден судом в деле о банкротстве в порядке, предусмотренном действующим законодательством».

2. Дополнить ст. 195 УК РФ примечанием, в котором раскрыть понятия незаконного воспрепятствования, уклонения и отказа передачи документов, необходимых для исполнения возложенных на АУ обязанностей, или имущества, принадлежащего юридическому лицу.

Инесса Трофимова Александровна, юрист-эксперт, к.ю.н., доцент кафедры гражданско-правовых дисциплин Московского финансового юридического университета

E-mail: alekc1.05@mail.ru

Деятельность арбитражного управляющего отличается многофункциональностью. Ему приходится решать множество разнообразных задач: от комплексного анализа проблем предприятия на разных стадиях банкротства до нахождения наиболее приемлемых и максимально эффективных путей финансового оздоровления организации. Но часто сами арбитражные управляющие при осуществлении своих обязанностей в рамках процедуры банкротства допускают нарушения законодательства. В данной статье мы попытаемся проанализировать основные аспекты привлечения арбитражных управляющих к административной ответственности.

В соответствии с Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ от 26 октября 2002 г. (далее — Закон о банкротстве), а также Постановлением Правительства Российской Федерации от 3 февраля 2005 г. № 52 «О регулирующем органе, осуществляющем контроль за деятельностью саморегулируемых организаций арбитражных управляющих», Федеральная служба государственной регистрации, кадастра и картографии и её территориальные органы вправе обращаться в суд с заявлением о привлечении арбитражных управляющих к административной ответственности.

По правилам главы 25 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявления о привлечении арбитражных управляющих к административной ответственности рассматриваются арбитражными судами.

Наибольшее количество решений арбитражных судов о привлечении арбитражных управляющих к административной ответственности вынесено в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением ими обязанностей, предусмотренных Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ от 26 октября 2002 г.

В соответствии с Законом о банкротстве (ст. ст. 28, 54, 128) арбитражный управляющий обязан направить для опубликования в официальном издании сведения о введении в отношении должника процедур банкротства, прекращении производства по делу о банкротстве и другие обязательные сведения в порядке и в сроки, установленные Законом о банкротстве. Не редки случаи, когда арбитражные управляющие не исполняют обязанности по размещению таких сведений, что приводит к негативным последствиям для кредиторов должника. Иногда арбитражными управляющими могут быть допущены сразу несколько нарушений законодательства о банкротстве.

Так, Арбитражным судом Красноярского края 01 октября 2014 года установлено, что арбитражным управляющим Ч.А.А. не исполнено требование абз. 10 п. 7 ст. 12 Закона о банкротстве в части своевременного размещения в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве (ЕФРСБ), сведений о решениях собрания кредиторов должника, проведённого 13.03.2014. Также судом было выявлено бездействие арбитражного управляющего Ч.А.А., выразившееся в непроведении оценки имущества должника до даты судебного заседания по рассмотрению итогов процедуры наблюдения, что указывает на неисполнение обязанности, предусмотренной абзацем 2 пункта 1 статьи 207 Закона о банкротстве (Решение Арбитражного суда Красноярского края от 01 октября 2014 года дело № А33-15436/2014).

Аналогичное решение было принято Арбитражным судом Республики Бурятия по делу № А005-404/2014 от 10 ноября 2014 г. Арбитражный управляющий МУ МОП ЖКХ «Илькинское» М. в нарушение п. 4 ст. 13 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» не исполнил обязанность конкурсного управляющего по включению в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве сообщения о проведении собрания кредиторов должника в установленные Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» сроки, чем совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 3 ст. 14.13 КоАП РФ. Решением Арбитражного суда Республики Бурятия М. назначено наказание в виде штрафа в размере 26 000 руб.

На основании ч. 3 ст. 14.13 Кодекса РФ об административных правонарушениях неисполнение арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния, влечёт наложение административного штрафа на должностных лиц в размере от 25 000 до 50 000 руб. или дисквалификацию на срок от шести месяцев до трёх лет.

Определением Конституционного Суда РФ от 3 июля 2014 г. № 1552-О норма ч. 3 ст. 14.13 Кодекса РФ об административных правонарушениях признана соответствующей Конституции РФ и не рассматривается как нарушающая конституционные права арбитражных управляющих.

Представление конкурсным управляющим в арбитражный суд отчёта о результатах конкурсного производства, ряд сведений которого не подкреплён документами, может являться основанием для привлечения конкурсного управляющего к административной ответственности, предусмотренной ч. 3 ст. 14.13 КоАП РФ.

Вывод подтверждается арбитражной практикой. Определением Высшего Арбитражного Суда РФ от 12.10.2010 № ВАС-13359/10 установлено, что управление Федеральной регистрационной службы по Новосибирской области обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением о привлечении арбитражного управляющего Ц.С.И. к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ за неисполнение обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве).

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 11.11.2009 заявленное требование удовлетворено: арбитражный управляющий привлечён к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ, в виде наложения штрафа в размере 2 500 рублей.

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 02.03.2010 решение суда первой инстанции оставлено без изменения. Федеральный арбитражный суд Западно-Сибирского округа постановлением от 03.06.2010 судебные акты первой и апелляционной инстанций оставил без изменения (Определение Высшего Арбитражного Суда РФ от 12.10.2010 № ВАС-13359/10).

Значительная часть решений выносится судом в связи с неисполнением арбитражными управляющими обязанностей, связанных с информированием кредиторов о ходе конкурсного производства в отношении должника, нарушением порядка уведомления кредиторов о предстоящих собраниях (ст. 13, п. 1 ст. 143 АПК РФ).

Рассмотрим пример из практики. Как установлено Арбитражным судом Хабаровского края, первое собрание кредиторов должника ООО «УК «Сервисгарант» назначено и проведено 13.01.2015, то есть с нарушением установленного Законом о банкротстве срока на 14 дней. Арбитражный управляющий П.Е.А. привлечён к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ и подвергнут административному наказанию в виде штрафа в размере 25 000 рублей в доход федерального бюджета (Решение Арбитражного суда Хабаровского края от 24 марта 2015 года дело № А73-1987/2015).

Ненадлежащее управление юридическим лицом может проявляться: в необеспечении управляющим своевременного и качественного выполнения всех договоров и обязательств должника; необеспечении своевременной выплаты заработной платы; совершении сделок с имуществом вопреки интересам должника и его кредиторов; использовании предоставленных должнику третьими лицами целевых средств не по назначению и т. п.

К действиям, выходящим за рамки полномочий управляющего, могут быть отнесены действия, которые управляющий или вообще не вправе совершать, или которые он может совершать с соблюдением установленных законом условий и порядка, оснований и форм совершения этих действий.

Таким образом, нарушение может выражаться также в необоснованных расходах и незаконных действиях арбитражного управляющего. Так, арбитражным судом Самарской области были признаны незаконными действия арбитражного управляющего П.С.М., выразившиеся в необоснованном расходовании денежных средств в размере 460 000 руб. на оплату услуг привлечённых специалистов и по заключению соглашений об отступном — передаче имущества в счёт оплаты услуг (вознаграждения) привлечённых специалистов С.И.В. по соглашению от 24.01.2012, Я.С.А. по соглашению от 24.01.2012 и К.А.И. по соглашению от 27.06.2011 (Определение Самарской области от 05 сентября 2013 года дело № А55-6123/2005).

Отсутствие у арбитражного управляющего информации об изменении законодательства не является основанием для освобождения от административной ответственности за неисполнение арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве).

Согласно Постановлению Шестого арбитражного апелляционного суда от 03.09.2014 по делу № А73-5650/2014, арбитражный управляющий, в силу специфики своей профессиональной деятельности, должен был знать требования нормативных актов, регулирующих деятельность арбитражного управляющего, и обязан был предвидеть возможность наступления вредных последствий в случае ненадлежащего исполнения требований этих нормативных актов, но без достаточных к тому оснований рассчитывал на предотвращение таких последствий, суд первой инстанции правомерно посчитал установленной вину арбитражного управляющего в совершении вменённого ему правонарушения по ч. 2 ст. 2.2 КоАП РФ.

Восьмой арбитражный апелляционный суд в Постановлении от 12.09.2014 по делу № А70-4525/2014 также указал, что допущенные арбитражным управляющим нарушения вследствие изменения законодательства, о котором он узнал позднее, не являются основанием для освобождения арбитражного управляющего от ответственности.

В большинстве случаев Верховный Суд РФ поддерживает решения нижестоящих судов. Рассмотрим пример из практики. Решением Арбитражного суда города Москвы от 21.07.2014, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2014 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 27.01.2015, арбитражный управляющий Ж.А.А. был привлечён к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ в виде взыскания 25 000 руб. штрафа. Верховный Суд РФ оставил решения нижестоящих судов без изменения, а жалобу арбитражного управляющего без удовлетворения (Постановление Верховного Суда РФ от 24 апреля 2015 г. № 305-АД15-2666).

На практике арбитражные суды, рассматривающие дела о привлечении управляющих к административной ответственности, как правило, применяют к виновным лицам наказание в виде административного штрафа. Известны случаи освобождения судом арбитражных управляющих от ответственности в виду малозначительности допущенных правонарушений и отсутствия вредных последствий для должника и кредиторов, когда суд ограничивался вынесением управляющему устного замечания.

Так, Верховный Суд РФ оставил жалобу Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Татарстан без удовлетворения в связи с малозначительностью административного правонарушения. Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.08.2014 арбитражный управляющий Г.Л.А. была признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ; ей назначено наказание в виде взыскания 25 000 руб. штрафа.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2014, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 19.01.2015, решение от 07.08.2014 отменено. Было принято новое решение о признании арбитражного управляющего Г.Л.А. виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ, и освобождении её от административной ответственности в связи с малозначительностью, ограничившись устным замечанием (Постановление Верховного Суда РФ от 15 июня 2015 г. № 306-АД15-3535).

Отказ в привлечении арбитражного управляющего к ответственности может быть при нарушении процедуры привлечения арбитражного управляющего к административной ответственности. Так, 23 июня 2014 года начальником отдела по контролю и надзору в сфере саморегулируемых организаций Управления Росреестра по Волгоградской области Луневой Н. В. в отношении арбитражного управляющего К.А.В., в его отсутствие, составлен протокол № 00663414 об административном правонарушении по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ.

Судебные инстанции, отказывая в удовлетворении заявленного требования, пришли к выводу о том, что административным органом существенно нарушена процедура привлечения арбитражного управляющего к административной ответственности, выразившееся в неизвещении К.А.В. о месте и времени составления протокола об административном правонарушении (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 18 февраля 2015 г. № Ф06-19859/2013).

Вместе с тем арбитражные суды применяют к недобросовестным управляющим и более серьёзное наказание в виде дисквалификации на срок от шести месяцев до трёх лет. Так, Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 19.09.2013 арбитражный управляющий был привлечён к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ и подвергнут административному наказанию в виде дисквалификации сроком на шесть месяцев. Постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2014, Постановлением Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 16.04.2014 и Определением Высшего Арбитражного Суда РФ от 21.07.2014 № ВАС-9440/14 решение суда первой инстанции было оставлено без изменения (Определение Высшего Арбитражного Суда РФ от 21 июля 2014 г. № ВАС-9440/14).

Проанализировав судебную практику, можно сделать вывод, что от деятельности арбитражного управляющего зависит соблюдение и эффективное применение законодательства о банкротстве. Поэтому неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражными управляющими своих обязанностей нарушает установленный порядок осуществления процедуры банкротства.

В арбитражной практике наибольшее применение получила часть 3 статьи 14.13 КоАП РФ, согласно которой неисполнение арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о банкротстве, если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния, влечёт наложение административного штрафа.

В некоторых случаях арбитражные суды применяют к недобросовестным управляющим и более серьёзное наказание в виде дисквалификации на срок от шести месяцев до трёх лет. Однако на практике такой вид наказания, как дисквалификация, применяется крайне редко.

Довольно часто арбитражные управляющие избегают штрафов и дисквалификации, так как суды при рассмотрении исковых заявлений активно применяют положения ст. 2.9 КоАП РФ и признают допущенные правонарушения малозначительными, ограничиваясь устными замечаниями.

Причём применение к управляющему иных санкций, например, его отстранение от исполнения соответствующих обязанностей, не становится препятствием для применения положений о малозначительности совершённого им правонарушения.

Таким образом, административная ответственность арбитражных управляющих в достаточной степени урегулирована действующим законодательством Российской Федерации. Однако, несмотря на это, существует необходимость совершенствования и конкретизации соответствующих правовых институтов.

В частности, необходимо уделить внимание установлению степени «тяжести» совершённого административного правонарушения и соблюдения принципа неотвратимости применения административного наказания за неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей.

27 ноября Пленум Верховного Суда принял постановление о внесении в Госдуму законопроекта, которым предлагается дополнить ч. 3 ст. 4.5 КоАП РФ «Давность привлечения к административной ответственности».

Согласно действующей редакции ч. 3 данной статьи за административные правонарушения, влекущие применение наказания в виде дисквалификации, лицо может быть привлечено к административной ответственности не позднее одного года со дня совершения правонарушения, а при длящемся правонарушении – одного года со дня его обнаружения. Законопроектом предлагается предусмотреть, что срок привлечения к ответственности за длящееся правонарушение будет равен году только в случае, если ч. 1 этой статьи не предусмотрен более длительный срок.

В пояснительной записке к проекту закона указано, что ч. 1 ст. 4.5 КоАП для ряда нарушений, в том числе для нарушений законодательства о несостоятельности, установлен срок давности привлечения к ответственности три года, в то время как в соответствии с ч. 3 данной статьи он составляет год. При этом не определяется, какая из норм является приоритетной. Это свидетельствует о наличии коллизии и влечет сложности в правоприменении.

В качестве примера приводится случай привлечения арбитражного управляющего впервые к административной ответственности в виде предупреждения или штрафа. Срок давности привлечения его к ответственности составляет три года. При этом за повторное нарушение законодательства о несостоятельности, влекущее дисквалификацию, то есть более строгое наказание, срок давности согласно ч. 3 ст. 4.5 КоАП составляет один год.

Предполагается, что изменение положений ч. 3 ст. 4.5 КоАП устранит коллизию между правовыми нормами и исключит ситуацию, позволяющую избежать административной ответственности лицам, повторно совершающим нарушение законодательства о несостоятельности.

Комментируя предлагаемое изменение, арбитражный управляющий, член Ассоциации «Московская саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих» Алексей Леонов отметил, что оно соответствует общему тренду ужесточения административного законодательства, в том числе по отношению к арбитражным управляющим.

Он добавил, что в законопроекте закрепляется правовая позиция, ранее изложенная Верховным Судом в Определении от 5 октября 2018 г. № 302-АД17-15232 по делу № А33-414/2017. Как рассказал Алексей Леонов, судебная коллегия проанализировала изменение первоначальной редакции ч. 1 ст. 4.5 КоАП и, руководствуясь положениями ч. 1 в действующей редакции и ч. 3 ст. 4.5 КоАП, отменила принятые по делу судебные акты. Коллегия пришла к выводу о том, что для определения срока, в течение которого должностное лицо может быть привлечено к административной ответственности по ч. 3.1 ст. 14.13 КоАП за повторное нарушение законодательства о несостоятельности, следует исходить из направленности внесенных в ч. 1 ст. 4.5 КоАП изменений на усиление ответственности за совершение отдельных видов правонарушений.

Судебная коллегия указала, что при повторном нарушении законодательства о несостоятельности срок давности привлечения к административной ответственности не может быть меньше, чем при первоначально совершенном правонарушении. Кроме того, коллегия судей указала, что срок давности привлечения к административной ответственности за совершение повторного нарушения законодательства о несостоятельности, предусмотренного ч. 3.1 ст. 14.13 КоАП, не зависит от субъекта, совершившего правонарушение (должностное лицо, к которому применяется наказание в виде дисквалификации, или юридическое лицо, к которому применяется наказание в виде административного штрафа), а также от назначенного вида наказания. Иное может привести к нарушению закрепленного в ч. 1 ст. 1.4 КоАП принципа равенства перед законом.

Судебная коллегия признала ошибочным вывод судов о применении к рассматриваемым правонарушениям годичного срока давности привлечения к административной ответственности.

«Правовая позиция ВС по этому делу не нашла отражения в обзорах судебной практики Верховного Суда, что может свидетельствовать об отсутствии единого подхода высшей судебной инстанции к этому вопросу, – рассказал Алексей Леонов. – В то же время данным законопроектом ВС указывает законодателю на необходимость устранения имеющихся коллизий между правовыми нормами и дальнейшего ужесточения административной ответственности арбитражных управляющих».

«Полагаю, что внесение предложенного изменения облегчит участникам дел о банкротстве наказание «неугодных” и постановку под контроль «строптивых” арбитражных управляющих путем инициирования ретроспективных проверок их деятельности, в том числе по давно завершенным процедурам, – предположил эксперт. – Находясь в течение трехлетнего срока под угрозой деквалификации, арбитражный управляющий будет утрачивать независимость в принятии решений в рамках процедуры банкротства. В этой ситуации любое новое формальное нарушение закона может фактически означать для него длительный запрет на профессию».

Алексей Леонов заключил, что принятие законопроекта не будет способствовать укреплению принципа независимости арбитражного управляющего, что негативно скажется на профессиональном сообществе.

Партнер юридической компании «Дювернуа Лигал» Александр Арбузов отметил, что позиция Пленума Верховного Суда заслуживает внимания, однако, по его мнению, с нею вряд ли можно согласиться в полной мере. «С одной стороны, авторы законопроекта правы, обращая внимание на сложность в применении судами ч. 1 и 3 ст. 4.5 КоАП в делах о банкротстве: в ч. 1 определен трехлетний срок давности привлечения к административной ответственности, в то время как ч. 3 устанавливает один год для административных правонарушений, влекущих наказание в виде дисквалификации, – пояснил он. – С другой стороны, лично я не усматриваю в этом коллизии между правовыми нормами, о которой сказано в постановлении Пленума».

Александр Арбузов пояснил свою позицию: если взглянуть на различные составы административных правонарушений в сфере банкротства, то мы увидим, что некоторые из них не предусматривают дисквалификацию – например, ч. 3 ст. 14.13 КоАП («Неисполнение арбитражным управляющим, реестродержателем, организатором торгов, оператором электронной площадки либо руководителем временной администрации кредитной или иной финансовой организации обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве)»). Соответственно, по словам эксперта, для таких дел может применяться трехлетний срок, а для других, где дисквалификация присутствует, – один год.

«Такой подход может показаться неудобным, но все же разобраться в этом не так сложно, – считает он. – Со своей стороны, я бы предложил альтернативный вариант: не увеличивать годичный срок ч. 3 ст. 4.5 КоАП, а, напротив, уменьшить применительно к банкротствам установленные ч. 1 ст. 4.5 КоАП три года до одного. Дело в том, что процесс банкротства известен своими сложностями в части установления фактов, особенно когда оно длится долго и когда речь идет о привлечении кого-либо к ответственности. Поэтому вместо того, чтобы заставлять суды ретроспективно разбираться в обстоятельствах аж трехлетней давности, я бы рекомендовал сократить это время, стимулируя тем самым процесс с другой стороны».

Между ООО «Ромашка» и ООО «Подсолнух» был заключен договор. ООО «Подсолнух признан несостоятельным (банкротом). Конкурсный управляющий ООО «Подсолнух» запросил у ООО «Ромашка» все документы по договору (акты, платежки, отчеты и т.д.), но, чтобы предоставить эти документы ООО «Ромашка» нужно потратить уйму времени, сил и бумаги, так как объем этих документов составляет более 8000 листов.
Имеется ли у арбитражного управляющего (конкурсного управляющего) безусловное право запрашивать документы на основании п. 1 ст. 20.3 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 N 127-ФЗ? Имеется ли безусловная обязанность у ООО «Ромашка» предоставлять запрашиваемы документы? Должен ли доказать арбитражный управляющий тот факт, что они у него отсутствуют (не были ему переданы)?

Сообщаем Вам следующее:

Закон о банкротстве наделяет арбитражного управляющего правом самостоятельно запрашивать необходимые сведения о должнике, о лицах, входящих в состав органов управления должника, о контролирующих лицах, о принадлежащем им имуществе (в том числе имущественных правах), о контрагентах и об обязательствах должника , в том числе, у юридических лиц (абз. 7 п. 1 ст. 20.3 Закона о банкротстве).

Закон о банкротстве не ограничивает конкурсного управляющего в выборе юридических лиц, обязанных предоставить сведения и документы конкурсному управляющему. Необходимым условием представления документов является лишь наличие в них сведений, непосредственно касающихся должника, его обязательств, контролирующих лиц и имущества. Законодатель также не ограничивает арбитражного управляющего в объеме запрашиваемой информации.

По смыслу указанной правовой нормы конкурсный управляющий вправе запросить нужные ему документы во внесудебном порядке непосредственно у контрагентов должника в целях получения полной и достоверной информации для реализации целей и задач конкурсного производства — формирование конкурсной массы в полном объеме и проведение расчетов со всеми кредиторами.

В случае отказа контрагента либо непредставления им запрошенных конкурсным управляющим документов не исключена возможность истребования конкурсным управляющим сведений и документов у контрагента путем обращения в арбитражный суд в рамках дела о банкротстве с самостоятельным требованием в порядке ст. ст. 20.3 и 129 Закона о банкротстве Контрагент как лицо, участвующее в соответствующем обособленном споре, вправе заявить возражения относительно требования конкурсного управляющего, представлять доказательства в обоснование своих возражений, обжаловать судебный акт, принятый по результатам разрешения спора (ст. ст. 4, 9, 65 АПК РФ).

За непредставление документов по запросу арбитражного управляющего руководитель юридического лица может быть привлечен к административной ответственности по ч. 4 ст. 14.13 КоАП РФ.

Документы КонсультантПлюс для ознакомления:

Вопрос: Обоснованно ли обращение конкурсного управляющего в суд с требованием к контрагенту должника о предоставлении недостающих (отсутствующих) документов по сделкам?

Ответ: Да, обоснованно при наличии в них сведений, непосредственно касающихся должника, его обязательств, контролирующих лиц и имущества.

Обоснование: Согласно ст. 2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве) конкурсное производство — процедура, применяемая в деле о банкротстве к должнику, признанному банкротом, в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

Для проведения указанной процедуры арбитражным судом утверждается конкурсный управляющий, который с даты своего утверждения арбитражным судом осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления.

Являясь профессиональным участником антикризисных отношений, будучи наделенным Законом о банкротстве компетенцией по оперативному руководству процедурой конкурсного производства, конкурсный управляющий, действуя добросовестно и разумно в интересах должника и его кредиторов, обязан принимать такие управленческие решения, которые с максимальной эффективностью будут способствовать достижению цели конкурсного процесса — формирование конкурсной массы в полном объеме и проведение расчетов со всеми кредиторами (Определение Верховного Суда РФ от 12.09.2016 N 306-ЭС16-4837 по делу N А65-17333/2014).

Основными обязанностями конкурсного управляющего являются поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, взыскание дебиторской задолженности, заявление возражений относительно обоснованности требований кредиторов (п. 2 ст. 129 Закона о банкротстве).

Конкурсный управляющий наделен Законом о банкротстве также полномочиями по оспариванию сделок должника, взысканию с контролирующих должника лиц убытков, обращению в суд с требованием о привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности (п. 3 ст. 129 Закона о банкротстве).

В целях своевременного обеспечения конкурсного управляющего полной и достоверной информацией и документами о хозяйственной деятельности должника закон возлагает на руководителя должника, а также временного управляющего, административного управляющего, внешнего управляющего в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обеспечить передачу конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей (абз. 2 п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве).

Наряду с этим Закон о банкротстве наделяет арбитражного управляющего правом самостоятельно запрашивать необходимые сведения о должнике, о лицах, входящих в состав органов управления должника, о контролирующих лицах, о принадлежащем им имуществе (в том числе имущественных правах), о контрагентах и об обязательствах должника у физических лиц, юридических лиц, государственных органов, органов управления государственными внебюджетными фондами Российской Федерации и органов местного самоуправления, включая сведения, составляющие служебную, коммерческую и банковскую тайну (абз. 7 п. 1 ст. 20.3 Закона о банкротстве).

Закон о банкротстве не ограничивает конкурсного управляющего в выборе юридических лиц, обязанных предоставить сведения и документы конкурсному управляющему. Необходимым условием представления документов является лишь наличие в них сведений, непосредственно касающихся должника, его обязательств, контролирующих лиц и имущества.

По смыслу указанной правовой нормы конкурсный управляющий вправе запросить нужные ему документы во внесудебном порядке непосредственно у контрагентов должника в целях получения полной и достоверной информации для реализации целей и задач конкурсного производства — формирование конкурсной массы в полном объеме и проведение расчетов со всеми кредиторами.

Запрошенные конкурсным управляющим сведения и документы должны быть представлены в течение семи дней со дня получения запроса без взимания платы (абз. 10 п. 1 ст. 20.3 Закона о банкротстве).

Обращение конкурсного управляющего именно к контрагентам должника обычно обусловлено наличием сведений, свидетельствующих о наличии у должника с контрагентом договорных отношений, имеющимися у управляющего сомнениями в реальности таких отношений, намерением оспорить сделки должника, заявить возражения относительно обоснованности требования кредитора по включению в реестр требований кредиторов, ограниченностью имеющихся у конкурсного управляющего документов, невозможностью получения документов другим способом, непредставлением документов руководителем должника, а также нахождением документов лишь у контрагента.

Поэтому в случае отказа контрагента либо непредставления им запрошенных конкурсным управляющим документов не исключена возможность истребования конкурсным управляющим сведений и документов у контрагента путем обращения в арбитражный суд в рамках дела о банкротстве с самостоятельным требованием в порядке ст. ст. 20.3 и 129 Закона о банкротстве (Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 21.08.2019 N Ф07-9308/2019 по делу N А21-7290/2015; Постановление Арбитражного суда Московского округа от 05.08.2019 N Ф05-12626/2019 по делу N А40-311784/2018; Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 17.01.2019 N Ф04-6364/2018 по делу N А46-9205/2018 (Определением Верховного Суда РФ от 06.05.2019 N 304-ЭС19-4809 отказано в передаче дела N А46-9205/2018 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного Постановления)).

При разрешении арбитражным судом спора об истребовании у контрагента должника необходимых документов конкурсный управляющий должен в числе прочего обосновать необходимость такого обращения в суд, конкретизировать свое требование (указать перечень документов и сведений), обосновать необходимость их представления, невозможность получения документов другим способом, а также указать, какие сведения о должнике содержатся в этих документах. Контрагент как лицо, участвующее в соответствующем обособленном споре, вправе заявить возражения относительно требования конкурсного управляющего, представлять доказательства в обоснование своих возражений, обжаловать судебный акт, принятый по результатам разрешения спора (ст. ст. 4, 9, 65 АПК РФ).

Необходимо иметь в виду, что согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 29.09.2015 N 2015-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Ермаковой Светланы Валерьевны на нарушение ее конституционных прав ст. 20.3 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и ст. 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», положения ст. 20.3 Закона о банкротстве, предусматривающие право арбитражного управляющего запрашивать у физических лиц необходимые сведения о должнике, о лицах, входящих в состав органов управления должника, о контролирующих лицах, о принадлежащем им имуществе (в том числе имущественных правах), о контрагентах и об обязательствах должника, направлены исключительно на надлежащее проведение арбитражным управляющим процедур банкротства и как сами по себе, так и во взаимосвязи с нормами ст. 66 АПК РФ, допускающими в числе прочего отсутствие возможности представить доказательство у лица, от которого оно истребуется арбитражным судом (ч. 8), не могут рассматриваться как нарушающие права лиц, у которых арбитражный суд истребует документы о должнике, поскольку эти лица могут быть привлечены к ответственности за неисполнение обязанности по предоставлению истребованных у них документов лишь при установлении их вины.

{Вопрос: Обоснованно ли обращение конкурсного управляющего в суд с требованием к контрагенту должника о предоставлении недостающих (отсутствующих) документов по сделкам? (Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2020) {КонсультантПлюс}}

Арбитражный управляющий в деле о банкротстве имеет право запрашивать необходимые сведения о должнике, о лицах, входящих в состав органов управления должника, о контролирующих лицах, о принадлежащем им имуществе (в том числе имущественных правах), о контрагентах и об обязательствах должника у физических лиц, юридических лиц, государственных органов, органов управления государственными внебюджетными фондами Российской Федерации и органов местного самоуправления, включая сведения, составляющие служебную, коммерческую и банковскую тайну (абз. 7 п. 1 ст. 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве)).

На основании анализа приведенных норм законодательства и судебной практики можно сделать вывод, что срок, указанный в абз. 10 п. 1 ст. 20.3 Закона о банкротстве, должен исчисляться в календарных днях.

За непредставление документов по запросу арбитражного управляющего руководитель юридического лица может быть привлечен к административной ответственности по ч. 4 ст. 14.13 КоАП РФ.

В соответствии с ч. 4 ст. 14.13 КоАП РФ на руководителя может быть наложен штраф в размере от сорока тысяч до пятидесяти тысяч рублей или дисквалификация на срок от шести месяцев до одного года.

{Вопрос: Организация получила от арбитражного управляющего в деле о банкротстве запрос о представлении документов. Как исчисляется срок представления документов: в рабочих или календарных днях? Какая ответственность предусмотрена за непредставление документов? (Консультация эксперта, 2019) {КонсультантПлюс}}

В силу п. 2 ст. 129 Закона N 127-ФЗ конкурсный управляющий обязан, в числе прочего, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц.

Согласно п. 1 ст. 20.3 Закона N 127-ФЗ арбитражный управляющий в деле о банкротстве имеет право запрашивать необходимые сведения о должнике, о лицах, входящих в состав органов управления должника, о контролирующих лицах, о принадлежащем им имуществе (в том числе имущественных правах), о контрагентах и об обязательствах должника у физических лиц, юридических лиц, государственных органов, органов управления государственными внебюджетными фондами Российской Федерации и органов местного самоуправления, включая сведения, составляющие служебную, коммерческую и банковскую тайну.

Физические лица, юридические лица, государственные органы, органы управления государственными внебюджетными фондами Российской Федерации и органы местного самоуправления представляют запрошенные арбитражным управляющим сведения в течение семи дней со дня получения запроса без взимания платы (абз. 10 п. 1 ст. 20.3 Закона N 127-ФЗ).

Из содержания указанных норм следует, что в отношении имущества конкурсный управляющий вправе запросить актуальную информацию, то есть о том имуществе, которое принадлежит должнику. Законодатель не ограничивает арбитражного управляющего в объеме запрашиваемой информации.

{Вопрос: …Правомерен ли отказ таможенного органа конкурсному управляющему в предоставлении информации (документов), подтверждающей ввоз товара на территорию РФ, поскольку данная информация не может предоставляться третьим лицам? (Консультация эксперта, Саратовская таможня ПТУ ФТС России, 2017) {КонсультантПлюс}}

admin